делали, чувство насыщения не приходит. В текстах внешние препятствия описываются следующим образом: вся еда превращается в огонь, стоит только поднести ее ко рту, или великаны выхватывают у нас пищу. В своем внутреннем переживании мы наделены крошечным, словно игольное ушко, ртом, в то время как живот принимает размеры целого города. Сколько ни глотай, живот не наполняется. Удовлетворение недостижимо.
Встречаются люди, богатые настолько, что им приходится тратить много времени, присматривая, как бы чего не пропало из их имущества, вместо того чтобы осмысленно использовать свой достаток, наслаждаться им и делиться. Конечно, нет ничего плохого в наличии у человека вещей, которые могут понадобиться в ближайшем будущем или стать полезными позже. Но если вы чувствуете, что в вашей жизни возникает слишком много скупости, жадности и эгоистической привязанности, хорошо при случае раздать часть своих богатств.
Признаки того, что в промежуточном состоянии человека уносит по направлению к этому миру, — усиливающиеся голод и жажда.
3. Мир животных: сфера запутанности
Запутанность приносит мало радости после смерти. Тот, кто осознанно лгал в прошлой жизни с целью навредить другим, всегда был расчетлив в своих суждениях, повиновался стадному инстинкту или стремился к самым глупым и грубым радостям, не используя возможности ума, после смерти не сможет справиться с безграничностью пространства и впечатлениями, возникающими в нем в виде образов.
Признак того, что человека подстерегает рождение в теле животного, — это притупление восприятия. Сознание так затуманено, что умерший просто не может вынести его проекций, и запутанность продолжает расти. Он постарается спрятаться среди скал или в кустах и, если поблизости окажутся спаривающиеся животные, совершит большую ошибку — войдет между ними. Таким образом, его реинкарнация, вероятно, будет бегать на четырех ногах круглый год в симпатичной шубке.
Без долгих размышлений понятно, сколь многочисленны страдания животных. Достаточно сходить на скотобойню, чтобы понять — животным приходится несладко. В свою очередь, домашние питомцы расплачиваются за еду своей свободой. Если заглянуть туда, где живет большинство животных: под землю или в водные глубины, — мы увидим, — в основном они только и делают, что едят друг друга. Допустим, некоторые из них живут довольно хорошо, например собаки в цивилизованных, богатых домах. Но даже в золотой тюрьме роскоши у животных остается проблема: они не могут открыть себе банку паштета.
Перерождение в трех сферах обусловленного счастья
1. Мир полубогов — сфера ревности
Если человек делал много хорошего в жизни, но при этом развил ревность, после смерти это чувство оформится в сферу полубогов, для которой характерны одновременно и обида, и хорошая карма. Поэтому полубоги статны, красивы и богаты, но страдают от постоянной войны: друг с другом и богами. Они ведут опасную жизнь, поскольку верят, что умрут, если их пронзит оружие. Боги, находящиеся на более высоком уровне сознания, переживают конец существования, только если их голова отделяется от тела.
Причина, как всегда, в уме. Полубоги переживают глубокую неудовлетворенность и обиду, завидуют счастью других и хотят обладать им сами. Несмотря на радости, которые приносит хорошая карма, они не знают покоя.
Если умершему видится, как он входит в арсенал и вооружается, — это верный знак приближения такого воплощения.
2. Мир богов — сфера гордости
Если после исчезновения чувственных образов самым большим запасом в подсознании окажется гордость, человека ждет перерождение в сфере богов. Поскольку в этом случае в сознании-хранилище есть много хороших, богатых впечатлений, боги появляются в невыразимо красивых телах, воображая, что сияют. Они воспринимают себя рослыми, сильными и здоровыми. Все происходит легко, потому что в прошлом они делали много хороших пожеланий. Им очень комфортно, и они уверены, что все давным-давно поняли.
…
Но каждый бог по-прежнему думает, что обладает своим собственным «я», — в силу этого он отделен от всеобщего целого.
Мир богов включает в себя три части. Боги без формы на четырех уровнях наслаждаются состоянием чистой абстракции и могут покоиться в нем так долго, что верят в свою вечность; на семнадцати других уровнях боги формы переживают высшее эстетическое наслаждение, красивое искусство вокруг себя и превосходство над всяким вожделением; и, наконец, в шести областях богов желания мгновенно исполняется все, чего бы им ни захотелось.
В современном западном мире посредством хороших действий или мыслей легко взрастить много гордости. И тогда после смерти умерший обнаруживает себя во дворце и отправляется гулять по неописуемо красивым залам; видит балкон с кроватью, ложится спать, снова просыпается — уже богом — и затем наслаждается чередой удовольствий на протяжении времени, которое кажется бесконечно долгим.
Но в какой-то момент все хорошие впечатления оказываются израсходованными. Тогда у бога вдруг появляется плохая мысль, и он сразу же говорит: «Я не хочу так думать». С этой мыслью у него их уже две. Вскоре он решает: «Надо с этим что-то делать», — и это третья. Так он теряет высокий уровень сознания. Наконец, в течение семи дней он открывает для себя, где и когда переродится; видит, как мало у него будет радостей по сравнению с жизнью бога, и умирает в страшных мучениях.
Итак, гордость и хорошие действия желанны, поскольку ведут в хорошие сферы и миры богов, но они не могут служить настоящим прибежищем. В них нет глубинной надежности, потому что в своем мире бог чувствует себя отделенным от общего целого, и, следовательно, даже самые радостные его впечатления все равно непостоянны.
3. Человеческое существование — мир желания
Человеческое рождение становится возможным, если в прошлом мы совершили хоть какие-то хорошие поступки и самой сильной тенденцией в сознании-хранилище является привязанность — то есть над нами в большей мере властвовало то, что нам нравится, нежели то, что не нравится. И здесь слово «желание» относится не только к вдохновляющим партнерам, это может быть также сильная тяга к успеху, увлекательным переживаниям, обладаниям или другим приятным чувственным ощущениям.
Если желание сильнее других эмоций, то в течение семи недель, пока может длиться промежуточное состояние после смерти, в нас проснется влечение к близким некогда существам, которые задолжали нам покой ума на восемнадцать лет. И, к сожалению, здесь обычно нет выбора: если человек не дал обещания работать для блага всех, его одинаково влекут и хорошие, и плохие связи. Возможно, когда-то мы грабили караваны, смиряясь при этом с гибелью пары охранников или купцов, или просто плохо обращались друг с другом в браке, — в начале новой встречи мы лишь почувствуем напряжение.
Если
