— Ах какая же я идиотка… — пробормотала Хлоя.
— Зачем вы так себя казните?
Услышав голос Джулиана, она вздрогнула от неожиданности и едва не свалилась со скамейки, на которой сидела. Он шагнул к ней и присел рядом. Хлоя сделала глубокий вдох, стараясь овладеть собой. Почувствовав запах Джулиана, она невольно вздрогнула. Уж если от одного его запаха у нее подкашивались ноги, то можно было смело утверждать, что она окончательно пропала и уже ничто не спасет ее от боли расставания с ним.
— Вы с Лео придумали окончательный план? — спросила она, чтобы хоть что-то сказать.
Граф тут же кивнул:
— Да, мы решили, что я больше не стану прятаться у себя в комнате. В конце концов, я в состоянии как-то помочь в борьбе с моими врагами. Мне надоело смотреть, как это делают другие.
— Вас это угнетало?
Он едва заметно улыбнулся:
— Да, конечно. У меня тоже есть гордость, хотя в последнее время я начал о ней забывать.
— Мне кажется, ваша матушка сразу полюбила Энтони, — заметила Хлоя.
Уловив грусть в ее голосе, Джулиан обнял ее за плечи.
— Да, вы правы. И мои сестры тоже его полюбят. Но вам не следует из-за этого огорчаться. Вы навсегда останетесь в его жизни.
— Я знаю, но все равно мне себя жалко. Однако я с этим справлюсь…
Тут Хлоя повернула голову и увидела, что губы Джулиана совсем близко от ее губ. Заглянув же в его глаза, она сразу поняла, что он хочет ее поцеловать. Хлоя знала, что должна отодвинуться, иначе случится непоправимое, но не шелохнулась даже тогда, когда он приблизил губы к ее губам. Она затаила дыхание в радостном предвкушении, но тут вдруг раздался голос Дайлис.
— Мисс Хлоя! — позвала служанка, стоявшая у двери. — Мисс Хлоя, Энтони спрашивает, не придете ли вы к нему почитать книжку. Мне кажется, он слишком возбужден, чтобы сразу идти спать.
Хлоя еще какое-то время смотрела на губы Джулиана, испытывая облегчение и вместе с тем разочарование. Наконец, повернувшись к двери, крикнула:
— Да, сейчас приду!
— Что ж, наверно, это к лучшему, — проговорил Джулиан, помогая ей подняться.
— Но все-таки это лучшее иногда вызывает чертовскую досаду, — пробормотала Хлоя и быстро зашагала к дому.
Джулиан рассмеялся и покачал головой. Ему пришлось признать, что с Хлоей Уэрлок сила воли ему изменяла. Если он с этим ничего не сделает, то, вероятно, найдет себе новую жену, едва освободившись от старой. Но, возвращаясь в дом, он вдруг понял, что эта мысль почему-то не тревожит его так, как должна была бы тревожить.
Глава 8
«Удивительно, всего три дня, а такая разница», — думал Джулиан, надевая жилет и не чувствуя боли ни в плече, ни в боку. Швы сняли два дня назад, а целебная мазь, которую ему давала Хлоя, помогала избежать обычного для заживающих ран зуда. Все же ему очень повезло, и он молил Бога, чтобы везло и впредь. Очень скоро, как только выйдет из тени, он подвергнет свою удачу суровой проверке.
Взглянув на себя в зеркало, Джулиан нахмурился. Когда он выйдет из тени, Хлоя, очевидно, выйдет вместе с ним. При мысли об этом он похолодел. Артур был очень даже неглуп, и, следовательно… Как только дядя узнает, что он жив, и как только увидит мальчика, которого Джулиан собирался в скором времени публично объявить своим сыном, то сразу поймет, кто помешал исполнению его планов. И с этого момента Хлое и Энтони будет грозить такая же опасность, как и ему самому: Энтони — потому что был его наследником, а Хлое — потому что имела наглость вмешаться. Единственным человеком, чья жизнь не подвергнется дополнительному риску, был Лео, так как Артур вряд ли решится покушаться на жизнь человека, занимавшего столь значительный пост в министерстве иностранных дел. Возможно, он решится на это лишь в том случае, если его собственная жизнь будет поставлена на карту.
«Впрочем, обо всем этом у меня еще будет время подумать», — сказал себе Джулиан. Да, он непременно все обдумает и приложит максимум усилий, чтобы защитить своих близких. Но сейчас… сейчас следовало отбросить все страхи и поторопиться — ведь его, наверное, уже ждали за ужином.
Войдя в столовую, Джулиан улыбнулся при виде матери и Хлои. У них имелся общий интерес, сделавший их союзницами, — малыш Энтони. Но похоже, что за те несколько дней, что прошли после их первой встречи, они нашли и другие точки соприкосновения. Ведь не могли же они при встречах часами говорить только об Энтони… Совершенно очевидно, что у них находились и другие темы для разговоров.
К счастью, его мать и сестры были искренне благодарны Хлое и Лео за все то, что те сделали для Энтони. Более того, они считали Уэрлоков своими друзьями. Джулиан очень надеялся, что Хлоя и в дальнейшем будет постоянно видеться со своим воспитанником.
В середине ужина Лео объявил:
— В субботу мы все идем на бал к Уинглингтонам.
Джулиан тотчас оживился. На лицах его матери и Хлои промелькнуло выражение ужаса, но было очевидно, что и они восприняли новость с радостью.
— Это вечер моего дебюта? — спросил Джулиан.
— Совершенно верно, — подтвердил Лео. — На днях стало известно, что ваш дядя и Беатрис приступили к захвату вашего имущества. Возможно, даже предпринятые нами меры предосторожности могут оказаться недостаточными. Я уже начинаю думать, что ваш дядя нашел весьма влиятельных союзников, которые помогут ему ускорить дело, когда возникнет необходимость.
Леди Эвелин со вздохом проговорила:
— Не могу поверить, что причина всего этого — одна лишь алчность.
Джулиан нахмурился и заметил:
— Алчность — главная причина многих черных дел, матушка. Чем дольше я размышляю, тем больше убеждаюсь в том, что дядя всегда страдал этим пороком. Как и моя жена. Но при всей своей порочности, при всех своих недостатках, которые мне не хватит времени перечислять, вовсе не она все это затеяла. Более того, мне кажется, Артур не захочет с ней делиться.
Лео взглянул на графа с некоторым удивлением:
— Полагаете, Артур ее убьет?
— Мой дядя просто не умеет делиться. А Беатрис наверняка потребует свою долю.
Леди Эвелин сокрушенно покачала головой:
— Ах, даже не верится… Ты знаешь, что я никогда не питала симпатии к твоей жене, но никогда бы и не заподозрила ее в том, что она сделала. — Леди Эвелин поморщилась. — Я видела в ней всего лишь порочную и бессердечную соблазнительницу, у которой ничего нет за душой, кроме тщеславия и жадности.
— А я, к сожалению, даже этого в ней не видел, — проговорил Джулиан. — Что же касается ее участия в замыслах дяди, то думаю, что ей хотелось только одного — завладеть моим имуществом. Не имея большого ума, она хитра и изворотлива. Вероятно, именно поэтому Артур решил привлечь ее на свою сторону. А мне сейчас ужасно стыдно из-за того, что я так долго не мог разглядеть ее истинную сущность.
