гул, от которого звенит в ушах, сводит зубы, а по коже бегут мурашки.
Рафаэль поднимает глаза, в них мерцают отблески пламени.
– Присаживайся, моя любимая пикси. – Он кивает на кресло с высокой деревянной спинкой напротив стола, и я опускаюсь в него. Мышцы ноют, я чувствую их слабость даже через жесткую дубовую древесину.
– Я правда считаю, что могу добиться большего, – выпаливаю я. – И знаю, что ты обо мне думаешь. Знаю, что показала себя не с лучшей стороны. И что все считают, что мне здесь не место. Но я правда верю, что сейчас мое призвание – помогать МИ–13…
– Ты о чем? – Рафаэль пристально смотрит на меня. – Зачем ты изливаешь на меня свои тревоги?
– Я думала, ты скажешь мне убираться из академии…
Он качает головой:
– Пока нет.
Я с трудом перевожу дух:
– Хорошо. Потому что, знаешь, у меня может получиться. – Я произношу это с куда большей уверенностью, чем чувствую на самом деле.
– Знаю. Поэтому хочу, чтобы ты осталась. Неудивительно, что ты отстаешь от других. Ты только что пришла и пропустила две недели тренировок. Я взял тебя не потому, что из тебя выйдет великолепный боец. А потому, что ты Страж. Но у нас всего несколько месяцев до Отбора. Преподаватели научат тебя азам ведения боя, шпионажа и традиций фейри. Но они не научат использовать магические способности. А у Найвен, другого Стража, слишком много заданий, чтобы заниматься с тобой.
Я сглатываю комок:
– И что мне делать?
– Я сам научу тебя.
– Ты?
Лицо Рафаэля остается непроницаемым.
– Наши чувства друг к другу не имеют значения. И для тебя как шпиона чувства в принципе не имеют значения. Ты должна игнорировать их. Важны только факты.
Я киваю:
– Тебе повезло, что ты бесчувственный.
– Нам необходим Страж, а тебе нужно обучение, – продолжает он. – И я подхожу для этой роли лучше остальных.
Я глубоко вздыхаю. Какое облегчение знать, что Рафаэль сможет оставить за скобками свою ненависть ко мне…
– Ладно.
Он наклоняется, поднимает с пола деревянный ящик, ставит на стол, и гул, который я слышала, становится громче. Рафаэль поворачивает ящик так, чтобы я видела его содержимое. Внутри клубится мерцающий туман, чей цвет постоянно меняется. А еще я с трудом различаю очертания чего-то шарообразного. Да, скорее всего, это шар.
Я смотрю на него и хмурюсь:
– Это же Завеса.
– Это очень слабое подобие Завесы. Если прикоснешься, не убьет, но будет больно. Слышишь звук?
– Сразу, как только вошла, – киваю я. – Я слышу жужжание и чувствую легкое покалывание на тыльной стороне ладоней.
– Хорошо. Теперь тебе нужно достать шар из ящика. Используй магию.
Я делаю глубокий вдох:
– Я не знаю, как делала это раньше.
– Призови свою силу, чтобы убрать Завесу и схватить шар. Сосредоточься на магии. На своих ощущениях. На шуме и покалывании на коже.
На словах все просто. Прикрыв глаза, я сосредотачиваюсь на звуке в ушах и пытаюсь очистить разум.
Вибрация наполняет мое тело, волоски на руках встают дыбом. Я открываю глаза и расслабляюсь, стараясь сосредоточиться на маленькой кружащейся поверхности и ощутить магию, струящуюся по коже. Мир вокруг меркнет. Сработало? Когда я тянусь к шару, по коже пробегают мурашки, я словно притягиваю магию. Я вижу, как все вокруг взаимосвязано, как магические нити сплетаются в сеть. В тонкую паутину, которые можно распутать. И если просто наклониться вперед…
Едва мои пальцы касаются паутины, по руке прокатывается волна боли. Я вскрикиваю и отдергиваю руку.
Рафаэль наблюдает за мной, между его бровями пролегла морщинка. Он встает, подходит ближе и присаживаясь на край стола.
– Дай руку, – приказывает он.
Я подчиняюсь. Он касается моих пальцев своими, затем проводит по запястью.
– Так лучше?
От его прикосновений по телу бегут искры, по мышцам разливается жар, у меня сбивается дыхание.
– Магия исцеления, – шепчу я, краснея. Магия Рафаэля вызывает во всем теле приятное волнение. Эти прикосновения нравятся мне больше, чем следовало бы. Хочется закрыть глаза и откинуться на спинку кресла. Я хочу его руки…
Я останавливаю себя, пока мысли не зашли слишком далеко. Смотрю в серебристые глаза Рафаэля, и на секунду мне кажется, что он может узнать все мои тайны.
Я отдергиваю руку:
– Всё в порядке. Мне не нужна твоя магия.
– Выражение твоего лица говорит об обратном. – Рафаэль отстраняется.
– Все нормально.
– Тебе же больно. Это легко прочесть по твоей гримасе. Ты в курсе, что твои слова часто противоречат языку тела?
Я напрягаюсь:
– О чем это ты?
– А теперь у тебя такой вид, словно хочешь меня убить…
– Я совершенно спокойна, – цежу я сквозь стиснутые зубы.
– Ты говоришь каждому то, что он хочет слышать. Не худший навык для шпиона. Ты хорошо представляешь, что люди хотят от тебя услышать. С Таной ты говоришь с любопытством и непринужденно. Серану успокаиваешь и помогаешь ей быть собранной. Дариусу льстишь из-за его неуверенности. Ты понимаешь, что именно нужно людям, и даешь им это. И правильно. Но ты должна контролировать мимику, чтобы быть убедительной, осознавать свои эмоции и управлять ими.
В моих глазах мелькает удивление:
– Похоже, ты слишком пристально следишь за мной…
– Моя работа – присматривать за кадетами. А когда ты рядом со своей матерью, то появляется еще одна версия Нии, так?
Мои ноздри раздуваются:
– А при чем здесь это?
– С матерью ты более покладиста. Ты заверяешь ее, что позаботишься о ней. Никогда с ней не споришь. Но понимает ли она, что в глубине души ты сильно на нее обижена? Что устала собирать осколки ее беспорядочной жизни и пытаться сложить из них целое?
– Может, вернемся к тренировке? – язвительно интересуюсь я.
Рафаэль откидывается в кресле:
– Это и есть тренировка. Чувства мешают сосредоточиться и разрушают твою магию. Кроме того, во время операций под прикрытием тебе нужно разбираться в себе и контролировать эмоции. Ты же не хочешь, чтобы фейри читали твои мысли. Ты должна понимать, какую информацию транслируешь другим. Понимать свою истинную сущность и прятать ее от мира, чтобы ее нельзя было использовать против тебя. Как только ты разберешься в себе, то сможешь управлять эмоциями… – Он вздыхает. – Ладно. Давай начнем сначала. Когда ты шла за Завесу вместе с беглецами, о чем думала?
– Мне было страшно.
– Понятно. Но ты смогла подавить страх настолько, что призвала свою магию. Попробуй закрыть глаза и вспомнить тот момент. Ты почувствовала магию, когда вошла в Завесу?
Я закрываю глаза и пытаюсь вспомнить. И вспоминаю испуг и печаль. Мне сдавливает грудь.
– Нет. В основном я чувствовала страх.
