— Хорошо, что решилась, — он поглаживает пальцем меня по щеке. — У нас классный мелкий. И вообще, мне кажется, что мы созданы с тобой, чтобы создавать таких замечательных человечков. Как прошла твоя беременность и роды? Ты готова родить еще кого-нибудь и позволить мне быть рядом с самого начала?
Я застываю от его слов и вообще не представляю, что ему ответить. Беременность хорошо прошла, роды — еще лучше. Я не боюсь рожать второй раз, но…
— Кость, мы сошлись три часа назад.
— Три года назад, — поправляет он меня. — Просто у нас был долгий перерыв. Мы немного запутались. Лучше тебя в моей жизни все равно не было никого. И о том, что ты точно нужна мне, я понял в первую нашу встречу после разлуки, а не несколько часов назад. Ну и я не прошу прямо сейчас рожать… Просто спрашиваю, будешь ли ты готова.
— Ну, прямо сейчас и не вышло бы, — хихикаю, — потому что как минимум надо месяцев девять, чтобы выносить ребенка…
— Дарину.
— Что?
— Дарина Константиновна. Красиво, да?
— Скажи, что ты шутишь, — шепчу ему.
— Тогда, получается, я тебе совру.
— Как это — делать ребенка целенаправленно? — хихикаю. Мы точно в этом не специалисты…
— О, это приятно, — я вижу, как расширяются его зрачки. — Ты только дай отмашку, и я покажу тебе, как это.
— Покажи, — закусываю губу. — Только пока… как репетицию. Без попытки зачать малыша. Вдруг мне так понравится, что я буду готова буквально сразу?
— Да? — он прищуривается. — Звучит, как вызов, крошка.
— Не называй меня крошка, — я хохочу, когда Костя подхватывает меня на руки прямо в пене и закидывает к себе на плечо, быстро вынося из ванной.
— Сегодня ты крошка. И детка. И я собираюсь растерзать твою киску. Так, кажется, я прочел в книге на твоей полке? — смеется он, а я краснею от кончиков пальцев до корней волос.
— Ты рылся на моей полке!? — шепчу, чтобы не разбудить Макса. Костя смеется, заносит меня в спальню, но не в ту, что находится рядом с комнатой сына, а в дальнюю. Сколько, блин, тут комнат?! Он бросает меня на кровать, точно я мешок с мукой и сразу же нависает сверху.
— Рылся. И о-о-очень много интересного там почерпнул. Показать?
Он так улыбается… Что я не могу вымолвить и слова, только киваю, и тут же получаю порцию демонстрации, что же он там почерпнул на моей полке…
Мне приходится закрывать рот рукой, чтобы не кричать, потому что голова Кости между моих ног и какой-то нереально проворный язык — это слишком для моей выдержки. Он ласкает меня так умело, что я забываю, как дышать. Этот чертов язык… Эти чертовы пальцы!
Слишком остро, я не выдерживаю такого напора и кончаю через пару минут такой активной ласки. Прижимаю его за волосы к себе, зажмуриваюсь, выгибаюсь в спине, трясусь, точно в припадке, и не успеваю даже расслабиться, как сильное, крепкое, горячее тело накрывает меня сверху и такой же сильный, крепкий и горячий чоен врывается в меня одним мощным толчком, заполняя и напоминая мне, какие взрывные эмоции я могу испытывать с этим мужчиной.
Секс с ним — всегда нереальный. Каждый раз это что-то совершенно неповторимое. Костя может быть нежным, а может толкаться в меня с сумасшедшей силой — как делает это сейчас. И удивительно, но он каждый раз угадывает, как именно мне нужно в этот раз.
Пошлые шлепки влажных тел разносятся по комнате, пока мы жарко целуемся, прерываясь на легкие укусы. Я таю от того, как Костя переплетает наши пальцы во время секса. Сумасшедшая скорость, отчаянные толчки, но такие нежные прикосновения…
— Сядь. На меня. Срочно!
Не отвечаю. Не успеваю! Потому что в следующую секунду Костя переворачивает нас и я оказываюсь сверху. Он даже не выходит из меня…
Все это так остро… Особенно взгляд Кости. Голодный и страстный. Такой, под которым хочется становиться самой раскрепощенной в мире.
Я покачиваюсь сначала легонько. Потом прибавляю скорости, и совсем схожу с ума, когда Костя притягивает меня к себе и впивается губами и зубами в мою грудь.
Я вскрикиваю — не могу сдержаться. и сразу же зажимаю рот губами, переставая двигаться.
— Не смей тормозить, — рычит он, — там ничего не слышно. Дверь закрыта, он спит. Покажи мне, как тебе хорошо, хотя бы вполголоса.
Он задыхается. Я — вообще не понимаю, жива ли. Но просьбу исполняю. Потому что и терпеть уже невозможно…
Стоны сами собой срываются с губ, когда Костя обнимает обеими руками меня за поясницу и толкается снизу так сильно, что в легких не остается воздуха.
— Костя… Еще…
— Моя! Всегда моя. Была, есть и будешь. Каждую минуту моя, нереальная, невероятная, — говорит он с надрывом, не переставая двигаться.
Второй оргазм наступает так неожиданно, что я вскрикиваю прямо в поцелуй и тут же падаю на Костю безвольной куклой, ощущая, как он заливает семенем мою ягодицу, кончая одновременно со мной.
— Ты переедешь ко мне? — вдруг спрашивает он шепотом прямо на ухо. Мне хочется вслух хохотать от этого вопроса.
— Я уже переехала. Заберем завтра вещи?
— Заберем. Я люблю тебя. Вас… я вас очень люблю, Света.
— И я… всегда любила.
— Признания, сказанные без трусов — самые честные, — улыбается Костя.
— Да? Тогда я согласна через год заняться созданием Дарины Константиновны. Признаюсь тебе будучи без трусов.
— Никогда не надевай трусы больше, — выдает он. — Ты такие хорошие вещи без них говоришь.
Эпилог. Света
Год спустя
—... и мы провели анализ прибыли этого года, сравнили его с прошлым, и с уверенностью можем сказать, что прибыль компании выросла на девять процентов, что можно считать огромным приростом, учитывая, что и прошлый год был сработан отлично. Спасибо, — заканчиваю речь на совещании, сворачиваю презентацию и присаживаюсь на свое место за столом среди директоров компании и двух бессменных владельцев. Костя смотрит на меня с улыбкой, Илья — тоже, но с дружеской.
Они поссорились с Костей год назад. Сильно. Честно, я думала, что даже будут бизнет делить, потому что они не общались пару месяцев вообще. Костя не мог простить Илье молчания по поводу того, что у него есть сын, и в какой-то момент и правда казалось, что их дружба окончена. Длиною в жизнь! Слава богу, что у них есть адекватные мы с Ариной, которые долго и упорно делали все для их примирения. И теперь все снова хорошо, чему мы очень рады.
А я все еще финансовый директор. Моя команда — лучшее, что я могла бы желать для этой работы. И в целом эта работа мне очень нравится. Даже если бы мы не сошлись с Костей, то теперь я могла бы полностью обеспечивать нас с Максом сама и не заботиться больше о финансовой составляющей. Но едва ли мой муж разрешает тратить мне хоть какую-то копейку.
И да — он, мой муж.
Это было очень внезапно и очень красиво. Мы не хотели пышную свадьбу и в целом никакого торжества, поэтому просто расписались, уехали втроем с Максом на море, сделали красивую фотосессию, где мы все с белых нарядах и обменялись кольцами и поцелуями.
Я все еще иногда не верю, что все происходящее со мной — реальность, но, кажется, это и правда она. Я живу свою лучшую жизнь, каждый момент в ней наполнен счастьем. Это точно та самая белая полоса после череды черных. У меня прекрасная семья и замечательная работа, друзья, хобби (я начала увлекаться рисованием и у меня довольно неплохо получается), да в целом все, что у меня есть сейчас — прекрасно.
Кроме чертовой поясницы.
Серьезно, она болит третий день и я не могу понять, то ли я резко постарела, то ли где-то дернула, но совсем не помню где.
Из-за этой дурацкой боли все оставшееся время я ерзаю на стуле во время совещания и пытаюсь найти более удобное положение, искренне надеясь, что я не привлекаю всеобщее внимание. В любом случае оставшиеся сорок минут я чувствую себя не очень комфортно, и с облегчением выдыхаю, только когда совещание заканчивается и я встаю со своего места, прогибаясь, чтобы хоть немного облегчить неприятные ощущения.
