требованию. Как вы знаете, для вида я соглашаюсь.
Но у всего этого есть какой-то гадкий запашок. Если преступники захватили Бадди и ждут выкупа, за каким чертом Серж пошел на риск и руками Эдванны убил Уилкса? Он и его подельники должны бы понимать простую вещь: после мокрухи им уже не выпутаться. Убив Уилкса, Нароков серьезно подпортил свою игру. Тогда зачем он это сделал?
Пожалуй, я знаю ответ. Серж не остановился перед убийством Уилкса, поскольку тогда был всерьез уверен, что выпутается. Причем настолько уверен, что лишь отмахнулся от предостережений Эдванны. Я висел у него на хвосте, а он не испугался. Значит, у графа был припрятан козырь в рукаве, дававший ощущение безопасности.
Он рассказал Эдванне про свой козырь. Ей это очень не понравилось, и в результате она его отравила и отравилась сама.
Меж тем Борга и его подельников волнует, когда же им заплатят за проделанную работу. Деньги у Нарокова есть. Вполне достаточная сумма, чтобы попытаться подкупить «частного детектива». Однако денег на гонорар Боргу и остальным похитителям у него нет. Заподозрив неладное, Борг отправляется в Париж – вытрясать свою долю. То же делают и Вилли Лодс с дамочкой. Вилли обаятельный убийца, готов ради десяти долларов пришить свою умирающую бабушку. Ну а дамочку я мельком видел в ванной номера Хуанеллы. Интересно, что́ она искала в аптечном шкафчике?
Однако Борг не знает, где Бадди. Я склонен ему верить. Похищение было настолько тщательно продумано, что Нароков ничего не сказал непосредственным исполнителям о том, где будет содержаться Бадди.
И вот в этом-то и кроется злая шутка. Допустим, Нароков все замкнул на себя и только он знал, куда Уллис Перринер должен отправить выкуп. Допустим, только он знал, где сейчас Бадди.
Но у меня еще остаются шансы. Есть соображения, почему смерть мужа и своя собственная показались Эдванне меньшим злом, чем какие-то назревающие события, которых она постаралась не допустить. Если мои догадки верны, то я сумею вклиниться в эту игру. «Время покажет», как сказал один парень, садясь на бомбу с часовым механизмом.
И снова мысли возвращаются к Джеральдине. Где сейчас эта малышка? Почему она спешно исчезла, ничего не сказав даже Хуанелле? Почему никого не поставила в известность?
Что ж… кажется, я знаю ответ и на этот вопрос, а если, парни, я в вас не ошибся и головы у вас варят как надо – до истины доберетесь сами.
Вот такие дела!
Едва завершаю свои размышления, как начинает тренькать телефон.
Вываливаюсь из кровати и хватаю трубку. Двадцать пять минут четвертого. Звонит Хуанелла.
– Вот что, мой большой, светловолосый и прекрасный зверь, – говорит она. – Зельдар едет ко мне. Хотела бы знать, что́ я ему скажу, когда он появится?
– Хуанелла, ты же такая выдумщица. Если ничего не приходит в голову, скажи ему то, о чем я говорил. Задержи его в номере минимум на полчаса. А лучше подольше.
– Черта с два, – рычит она. – Сейчас почти половина четвертого. Вдруг ему захочется меня уложить? Я на такое не подписывалась!
– Успокойся, малышка. В таком случае он пополнит список парней, пытавшихся тебя уложить и схлопотавших по носу. Как тебе его голос?
– Жутко подозрительный, – отвечает Хуанелла. – Допытывался, чего это я зову его в такое время. Я сказала, что Джеральдина исчезла и я волнуюсь. Дескать, мне показалось, что она сбежала с Нароковым. Я уже хотела звонить в полицию, чтобы начали поиски. Это его подстегнуло, и он сказал, что сейчас приедет.
– Отлично. А теперь тебе нужно устроить слезливый спектакль по поводу исчезновения Джеральдины. Неси любую чушь, какая в голову придет. Ты ведь это умеешь, мой ягненочек.
– Умею, – соглашается она. – И что я за это получу?
– Мое огромное спасибо. Может, как-нибудь раскошелюсь и угощу тебя ванильным мороженым.
– Как же, дождешься от тебя. Нет уж, угостишь меня малиновым. Но не волнуйся. Как-нибудь я застигну тебя врасплох, и тогда…
– И что же ты сделаешь, драгоценная моя?
Она рассказывает. Но вам, ребята, я ее слова не передам. А то вдруг у вас не настолько широкие взгляды?
Вешаю трубку, спускаюсь вниз и прошу администратора вызвать такси. Еду и выхожу из машины ярдах в двадцати от «Мирамара». Туда иду пешком, оглядывая дом. Есть в Париже такие приятные домики. Не из дешевых, однако.
Дверь подъезда заперта. Звоню. Через пару минут появляется консьерж и спрашивает, что мне угодно. Называюсь другом мистера Зельдара. Сообщаю, что он звонил полчаса назад, просил подъехать и дождаться его возвращения.
Консьерж окидывает меня взглядом и соглашается. Вместе поднимаемся на второй этаж, и он указывает на комнатенку. Мистер Зельдар обязательно будет проходить мимо, когда вернется.
Консьерж уходит. Выжидаю еще минуты две, затем иду по коридору. Дверь там всего одна. Похоже, это и есть логово Зельдара.
Замок ну совсем старомодный. Открываю его волшебным ключиком, который всегда ношу с собой. Вхожу, плотно закрываю за собой дверь и зажигаю свет. Квартира у Зельдара четырехкомнатная, с гостиной и библиотекой. В библиотеке топится камин. На письменном столе ворох бумаг. Похоже, Зельдар вовсю работал, когда Хуанелла ему позвонила.
Просматриваю бумаги. Все они касаются фирмы «Глойдас, Нароков и Хааль». Куча отчетов о поставках ржи, отрубей и другого зерна из средиземноморских портов в Дельфзейл – голландский порт, где у фирмы есть филиал. Здесь же разные коммерческие документы, разная дребедень. Внешне все выглядит вполне пристойно. Не нахожу ничего такого, за что можно бы зацепиться.
Иду по другим комнатам, но и там мне не везет. Либо Зельдар ничего не знал о темных делишках бывшего начальника, либо он слишком хитер и не оставляет компрометирующих бумаг там, где их могут найти незваные гости вроде меня.
Черт бы побрал этого Зельдара! Сажусь на стул и начинаю думать. Я разочарован. Мне казалось, что здесь я обязательно что-то найду и смогу двигаться дальше, но получается чистый облом.
Встаю, выключаю свет и двигаюсь к входной двери. И вдруг кто-то звонит.
Сую руку под пиджак, где в кобуре дремлет люгер, но тут же вынимаю. Звонящий явно не Зельдар.
Во-первых, Зельдар сейчас должен находиться у Хуанеллы. Не могла она отпустить его так рано. А во-вторых, зачем звонить в свою квартиру, если у него есть ключ? Сдается мне, что консьерж, ожидая скорого возвращения Зельдара, не стал запирать подъезд. Звонящий попросту вошел и поднялся по лестнице.
О’кей. Сейчас узнаю, кто решил навестить Зельдара.
Включаю свет в прихожей, вешаю плащ и шляпу, закуриваю. Словом, придаю себе вид хозяина квартиры, после чего открываю дверь.
В проеме стоит долговязый парень с узким лицом. Он тоже курит, а губы кривятся в странной улыбке. В руках – короткоствольный пистолет «бульдог», направленный мне в живот. Чувствуется, парень настроен очень серьезно.
– Не суетись, красавчик, – говорит он. – Отойди, я дверь закрою. И без фокусов, иначе прошью навылет.
Я благодарю его за обещание и безропотно отхожу. Он закрывает входную дверь и, держа меня на мушке, заставляет пятиться задом в библиотеку. Парень ощупью находит выключатель и зажигает свет.
– Слушай, приятель, а ты адресом не ошибся? Может, тебе нужно в другую квартиру? Я тебя точно не знаю.
Он усмехается и бросает шляпу на стул. Дуло его пистолета по-прежнему рядом с моим животом.
– Сейчас познакомимся, – говорит он. – Я Лодс. Вилли Лодс. Я останусь здесь, пока Нароков не нарисуется. И не уйду, пока не получу обещанные сто кусков. А если меня нагрели, кому-то будет очень больно. Вот увидишь!
Глава 10
Отличная работа
И вот стою я посреди библиотеки в квартире Зельдара и смотрю на парнишу со странной фамилией Лодс. Поверьте, я так счастлив, что не поменялся бы местами ни с кем, поскольку интуиция меня не подвела. Чувствовал я, что в логове Зельдара ожидает какая-то находка. Так оно и случилось. Я нашел Лодса.
– Не стой столбом, садись, – командует он.
Увидев в углу бутылку, Лодс идет туда и наливает себе щедрую порцию. Пистолет по-прежнему направлен на меня, но Вилли малость расслабился. Во-первых, он принимает меня за Зельдара, живущего здесь,
