Олег отпихнул труп, а это был уже труп, хотя еще теплый, повернулся к первому. Он чувствовал, что улыбка становится очень недоброй, так часто улыбался Мрак, когда видно только волчий оскал.
– Извини, что прервал. Продолжай.
– Я… гм…
– Что? Говори громче.
Разбойник стоял бледный, губы начали трястись. Глаза не отрывались от огромных рук северного варвара. Они только что разбили голову его друга, а тот не был слабым.
– Да я что… я ничего…
– И никто к тому же, – добавил Олег. – Но ты вроде бы назвал меня дикарем?
В корчме уже ехидно улыбались, всем уже все ясно. Кто-то за дальним столом поднял кубок, кивнул ему. Кора повизгивала от восторга. Даже привстала и окинула всех победным взором. Пусть запомнят ее, спутницу отважного варвара, который, возможно, где-нибудь завоюет себе королевство. Во взгляде острое сожаление – всего две женщины, да и те старые клячи.
– Да я что… – лепетал задира. – Дикари… это лучшие люди!.. Они герои… э-э-э… они побивают чудищ… Лучших женщин берут… По праву, по праву! Да и вообще…
Олег кивнул. Красные волосы хищно падали на лоб, а зеленые глаза блестели странно и недобро.
– Допустим. А что-то мне послышалось насчет вони?
Разбойник облизал пересохшие губы:
– Да это от меня… От меня вонь!.. Я три дня в седле… Мыться некогда!
– Потому что в седле? – переспросил Олег.
В корчме откровенно ржали. Кто-то демонстративно понюхал воздух, отшатнулся, зажав нос пальцами. На несчастного указывали, хохотали, бросали костями, объедками.
Двое парней выскочили из кухни, подобрали убитого и быстро утащили. Олег проводил их взглядом. Только бы не пустили на котлеты. Он не хочет есть человечину. Он не Мрак. Впрочем, тот не стал бы есть мясо труса, что нападает сзади. Придется на всякий случай заказывать птицу, чтоб видны были крылья и лапы.
Труп утащили через заднюю дверь. Олег успокоился: если скормят, то свиньям. Даже Мрак бы не возражал. Разбойник уже пятился. Ноги дрожали, губы тряслись, серый, как земля под ногтями. Олег посоветовал:
– В следующий раз, когда попадешься на глаза, я раздеру тебя, как жабу. Понял?
– Понял, – сказал тот торопливо.
Кора проводила его сожалеющим взглядом.
– Проводить бы пинками… Ты силен и отважен, варвар. В наших краях мог бы стать военачальником.
– Зачем мне?
Она едва не захлебнулась супом.
– Как зачем? Свергнешь короля. На троне сидели и поглупее тебя.
Олег посмотрел на свои огромные руки. За время квеста их обвили тугие жилы, так и вздуваются под кожей, темной и толстой, кулаки как две кувалды. С ними волхвом не выглядит, нечего обижаться.
Подозвал хозяина:
– Там, как я заметил, осталась неплохая лошадь. Мне ни к чему. Возможно, знаешь бедную семью, кому нужнее.
Лицо хозяина посветлело.
– А чо долго искаться… У Пака вчера издохла кобыла. А у него трое голодных ртов. А за это похоронит это… ну, заодно посмотрит сапоги. У них вроде бы один размер.
Олег и Кора ели уже не торопясь. Хозяин торопливо стер кровь со стола и сам принес блюдо с истекающим соком жареным гусем. Печеные яблоки, зелень и лук пропитались подливой, источали зазывные ароматы.
Олег ел неспешно, он всегда ел неспешно, ну почти всегда, а девица быстро наклевалась и посматривала на могучего варвара украдкой. У него были странно благородные манеры, словно воспитывался в царской семье. Впрочем, он вполне мог быть странствующим принцем. Пока отец носит корону, этот скитается по свету, потом будет нельзя. Нельзя и некогда. Мир смотрит, а заодно и подбирает себе по сердцу…
Жаркая краска прилила к щекам. Сердечко заколотилось чаще. А почему бы и нет? В ее жилах, как не раз рассказывала мама, течет кровь древнейших правителей. Это в их Вечном Городе на это никто не обращает внимания, но у варваров благородное происхождение должно цениться…
Они уже пили легкое вино, когда в корчму вошел крупный мужчина. Олег ощутил толчок: от незнакомца веяло грозной мощью. Такое впечатление произвели на него горы, когда увидел впервые. Тот двигался неспешно, по-медвежьи, но за ленивой грацией была кошачья гибкость и стремительность большой змеи. Ворот распахнут, под темной от солнца кожей двигались толстые, как змеи, мускулы.
– Не горбись, – прошептала Кора страстно. – Он идет сюда… Ты его сейчас отлупишь?
– С чего это?
– Ну, мужчины любят подраться.
Мужчина остановился перед их столом. Олег грыз кость, держа обеими руками, вино пока отставил. Сердце колотилось часто, чуя беду, но усилием воли заставлял себя не поднимать глаз. Слышал, как тяжело заскрипела дубовая скамья. Всхлипнул стол, когда на него положили тяжелые руки, больше похожие на бревна.
Олег чувствовал, как маленькие глазки придирчиво изучают его. Голова незнакомца похожа на отполированную гранитную глыбу, а глазки смотрели из узких щелей. Голос тяжелый, будто переворачивал горы.
– Ничо, что я без приглашения?
Олег небрежно помахал костью с остатками мяса.
– Когда голоден, какие еще приглашения. Садись, здесь хорошо готовят.
Мужчина смотрел все так же изучающе. Олег подумал, что Мрак уже рассердился бы. Но то Мрак, а Таргитай, к примеру, не заметил бы никакой бесцеремонности. Но оба не трусили бы. А от мужика исходит мощь, как от горного хребта. Или океана. На человека он походит, но от людей никогда не чуешь такой мощи…
– Ты новый, – сказал он так, будто Олег этого еще не знал.
– Здесь, как я слышал, – ответил Олег небрежно, – весь город новый…
– Да, люди новые… Но все-таки одинаковые. А ты – нет.
Олег пожал плечами:
– В том краю, откуда я пришел, все такие.
Выражение глаз незнакомца не изменилось. Явно знает о других краях и других народах. И эта мысль наполнила Олега холодком больше, чем чудовищная мощь. Этот человек даже не пялился на его рыжие волосы, не всматривался с глупым удивлением в зеленые глаза, такие непривычные в этих песках.
Олег швырнул кость под стол. Там возникла схватка, его толкнули, рычание из двух глоток перешло в визг. Крупный пес выскочил с добычей, увел двоих псов помельче. Мужик оскалил зубы, крупные, как у коня, но по-волчьи острые.
– Все как у людей. У нас научились.
– Смотря кого сотворили раньше, – сказал Олег.
Глаза незнакомца как острые ножи.
– По какому делу прибыл?
– Здесь, как я слышал… привыкли не задавать вопросов.
– В самом деле?
– Да, – ответил Олег, сердце начало колотиться чаще. – Потому что ответ может не понравиться.
Выражение глаз мужика не изменилось.
– В самом деле?
Олег опустил руку на рукоять ножа.
– Даже очень… не понравиться.
Некоторое время они ломали друг друга взглядами, Кора затаила дыхание. Глаза блестели так, что осветили стол. Неужто решит, подумал Олег невольно, что и эта стычка из-за нее?
