Ясность мыслей и осторожность, которую глупый дударь зовет трусостью, помогли заметить тень от трубы на крыше, которой раньше не было. Вернее, тень была, но она удлинилась беспричинно, еще и показывала выступ, которого у самой трубы нет.
Он взмыл выше, кровь хлынула в мышцы сильнее. Сложив крылья, камнем рухнул вниз.
Человек вскрикнул как заяц. Страшные когти распороли спину и шею. Олег на всякий случай ударил клювом, закрыл глаза и расслабил мышцы. Снова боль, судорога, потеря памяти… Но очнулся сразу, под ним был залитый кровью человек. А его пальцы впивались в залитую кровью спину. На голове тоже кровь и след, будто ударили кинжалом. Или клювом с кинжал размером.
Он соступил, перевернул чужака. Тот все еще сжимал длинный узкий нож. Олег наступил на кисть, выдернул из вялых пальцев. Человек смотрел в ужасе на обнаженного незнакомца, что высился над ним на фоне острых звезд.
– Кто… ты?
– Здесь спрашиваю я, – сказал Олег, голос еще был хриплый, с птичьим клекотом. – Кто тебя послал?
Человек смотрел расширенными глазами.
– Колдун… Я не знал…
– Кто послал? – потребовал Олег строже.
– Я сам…
– Врешь.
– У приезжих бывают деньги… Пока не успели все истратить… Надо пошарить…
Олег внимательно рассматривал распростертого человека. Тот слишком хорошо сложен, такие мышцы не нарастают сами. Вон та появляется от усиленных занятий с мечом, та от натягивания тетивы, а эту развивают долгие часы бросания дротика. Ежедневно и год за годом. Такой не пойдет в простые грабители.
Человек лежал распластанный на спине, истекая кровью. Испуганный и потрясенный. Но взметнулся так стремительно, что, не ожидай Олег именно такого броска…
Он перехватил кисть с узким ножом, повернулся и резко наклонился, словно решил хоть запоздало поклониться киммерийскому кагану. Звонко хрустнули кости. Человек упал на колени, закашлялся. На ровную глиняную крышу с кровью вылетели выбитые зубы.
– Если есть еще ножи, – сказал Олег приглашающе, – можешь еще… У тебя вторая рука цела, да и зубы не все еще на крыше.
Человек поднял голову. В глазах ненависть, но теперь и страх. Варвар не выглядел неуклюжим медведем, как ему обещали.
– Тебе не уйти…
– Это я уже слышал, – сказал Олег. – Ничего нового не скажешь?
Он ухватил врага за волосы, оттянув голову назад, другой рукой поднял нож. Рассвет уже отогнал тьму на востоке, лицо показалось Олегу знакомым. Если бы не разбитые губы да не смертельная усталость…
Тот прохрипел:
– Меня ты сумел взять за горло… Но сумеешь ли так же взять… злого колдуна, что сегодня вломился в башню… которую ищете?
– Какую мы ищем?
– Башню… Аристея…
Сердце Олег ухнуло в пропасть. Еще и колдун… Он в птицу научился оборачиваться без магии, так Мрак оборачивался волком, но это все. А с колдуном так просто не справишься. Но воспользоваться магией – вызвать на себя удар бога!
– Я попробую, – сказал он с усилием. – Я попробую…
Лезвие коснулось горла. Глаза разбойника полезли на лоб.
– Ты… ты зарежешь меня… безоружного?
– А кто просил тебя бросать оружие?
Он полоснул по горлу, оттолкнул, избегая тугой струи крови. Тело задергалось, дважды подпрыгнуло и затихло. Олег забыл о нем раньше, чем обошел крышу, отыскивая свою одежду.
Ее не было.
Когда он осторожно влез в окно, Кора спала. Тихонько закрыл ставни, повернулся, стараясь ступать на цыпочках, вздрогнул.
Кора уже сидела на ложе, бледная и с распухшими губами. Глаза ее даже в полумраке стали зелеными и светились, как у хищного зверя.
– Где ты был?
– Спи-спи, – сказал Олег раздраженно. – Это я тебе снюсь.
Она встала на ложе, руки уперла в бока. Глаза ее сверлили варвара с головы до ног, задерживая иногда взгляд. Распухшие, словно от долгого плача, губы начали сжиматься в тонкую линию, словно капкан на зверя.
– Без штанов?
– А что?.. Есть у меня один друг, ему всегда девки снятся голыми…
Одежду отыскал в сундуке, торопливо оделся. Кора соскочила, он чувствовал ее близкое присутствие за спиной. От нее пахло расстеленной постелью, теплым молоком и свежим сеном.
– Я понимаю, – сказала она глухо, – ты варвар, у тебя дикая кровь… Но все-таки бегать голым по улицам… Хотя ты сложен как бог, но в таком виде испугаешь даже женщин. Если, конечно, выскочишь внезапно. Ты был, как я понимаю, в том доме с крышей из красной черепицы?.. Там смазливая девка, но она крашеная, ноги у нее волосатые…
– Как ты все замечаешь, – сказал он с досадой. Мысли крутились вокруг могучего колдуна, который отыскал жилище Аристея. И вломился? Жив ли еще мудрец? Или убит, как был убит единственный, кому он доверял свое местожительство?
– Да, замечаю!
– Что-нибудь перекусить есть?
– Ах, тебя даже не покормили?.. И ты бегал к такой? Конечно, теперь ты готов коня съесть!
– Я съем тебя, – пообещал он, – если сейчас же не покормишь.
Ее глаза блистали бешенством. Она поедала его глазами, сдирала кожу, рвала мясо и ломала кости. Потом во взгляде что-то неуловимо изменилось. Похоже, поверила, ведь варвары в самом деле едят печень своих врагов. Тем более могут съесть молодую и сочную девушку.
Быстро заметалась, на столе, как в пещере волшебника, появились мясо, хлеб, зелень. Олег ел много и торопливо. Утолив голод, пообещал:
– Ладно, есть тебя не буду. Сегодня. Что ты хочешь? Ты хотела поехать со мной, я тебя не звал. Но сейчас тебе, похоже, очень хочется со мной расстаться.
Ее лицо стало бледным, а глаза все еще злые.
– Я за все сокровища мира не проеду с тобой больше и шага!
– Вот и хорошо, – сказал Олег с облегчением. – Баба с возу…
Но когда он пошел седлать коня, оба были оседланы, а Кора привязывала мешок на заводного. Олег удивился:
– Ты же не собиралась ехать со мной?
Ее глаза блеснули, как стальные клинки.
– Кто тебе сказал, что я поеду с тобой?
– Гм… показалось. Прости.
Она подошла к коню.
– Я возвращаюсь в Староград.
Олег вскочил в седло по-киммерийски. Повернул коня, оглянулся. Она стояла в той же позе, голову отвернула так, что видел только кончик розового уха. Серьга поблескивала, как застывшая капля родниковой воды. Черные как смоль волосы падали густыми волнами на плечи. Сердце сжалось: чем-то неуловимым напомнила рыжую Лиску.
– Тогда нам по пути, – сказал он с усилием. – Тебе будет безопаснее рядом. Хоть здесь и близко, но многое может случиться даже между взмахами твоих ресниц… хотя они у тебя и очень длинные.
Она посмотрела недоверчиво, словно ожидая подвоха. Олег добавил на всякий случай:
– И такие пушистые.
Лицо ее посветлело, видимо, солнечный луч был близко. Губы чуть шевельнулись, словно хотели раздвинуться, но не решились. После паузы она наклонила голову:
