экономической ситуации в мире, АК-47 требует предоплату за крупную партию колтана, обещая поставить её в течение двух недель.
– О какой сумме идёт речь?
– Мы этого не знаем, но раз он требует аванс в полмиллиона евро, значит, речь идёт о большой сделке.
– И ему заплатят?
– Это мы и намерены выяснить, дорогая. Чин Ли – далеко не дурак, иначе не добился бы своего положения, и вряд ли он согласится на такой рискованный платёж, ведь никто никогда не видел лица этого торговца. Мы надеемся, что он потребует гарантий.
– Каких именно?
– Кто знает…
– Твой отец тридцать лет ни с кем не встречался, будь то производитель, перевозчик или покупатель, и именно это позволило нам оставаться в деле без проблем.
– Тридцать лет назад мой отец не сталкивался с горами неоплаченных счетов и угрозами конфискации, в то время как груз штурмовых винтовок, стоивших целое состояние, гниёт на складе, который в любой момент может обнаружить египетская полиция, – спокойно возразила Орхидея Канак. – Что мне остаётся, кроме как встретиться с этим китайцем и попытаться убедить его выдать аванс? У тебя есть полмиллиона евро?
– Ты прекрасно знаешь, что нет… – признал итальянец. – Но ты слишком рискуешь, а в этом бизнесе это обычно заканчивается плохо.
– Ничего не может быть хуже, чем нынешняя ситуация… – заметила девушка. – Даже система здравоохранения не покроет лечение, в котором нуждается мой отец. Ты правда думаешь, что я позволю ему гнить в инвалидном кресле, пока моя мать угасает, как свеча? Лучше уж умереть!
– Чёрт! Ты действительно дочь своего отца. У тебя есть план, который ты готова озвучить?
– Есть.
Пять дней спустя господин Чин Ли приземлился в аэропорту Ниццы, где его ожидала стюардесса прокатной компании. Она передала ему запечатанный конверт и ключи от новенького BMW, сообщив, что машина припаркована на стоянке.
Следуя указаниям в конверте, господин Ли выехал на автостраду в направлении Канн, но, доехав до развилки, ведущей к морю, свернул в противоположную сторону, направляясь по узкой дороге через высокие сосны и роскошные особняки в Муджене.
Однако, когда он находился примерно в двухстах метрах от входа в ресторан Le Moulin, внезапно сбавил скорость, остановился и немного сдал назад, чтобы подъехать к молодой женщине в больших тёмных очках и длинном светлом парике, которая, очевидно, привлекла его внимание.
Они обменялись несколькими фразами в классической сцене водителя, нанимающего девушку для оказания интимных услуг, после чего, похоже, пришли к соглашению. Девушка села в машину и жестом указала свернуть на третьестепенную дорогу, которая привела их в глухую рощу, где они припарковались в тени высоких сосен.
– Ну, и? – с явным раздражением обратился господин Чин Ли к уличной девице. – К чему весь этот спектакль?
– К тому, что в такой деликатной ситуации осторожность не бывает лишней.
– И когда же я встречусь с АК-47?
– Он никогда не приходит на встречи, но поручил мне показать вам этот список. Здесь указаны все платежи, которые вы производили ему на протяжении двенадцати лет, с точными суммами и номерами банковских счетов в Панаме и на Каймановых островах. Это всего лишь доказательство того, что я представляю его интересы, и гарантия, что всё, о чём я собираюсь вам сообщить, – чистая правда.
Китаец поправил очки и внимательно изучил документ, который его спутница поднесла почти к его носу, а затем снова убрала в сумку, не позволяя ему даже прикоснуться к нему.
– Ладно! – проворчал он недовольно. – Допустим, что, несмотря на ваш странный вид уличной девки и слишком юный возраст, которому я совершенно не доверяю, вы действительно представляете его. Что вы хотите мне сказать?
– В данный момент мистер Джозеф Кони прячет тысячу восемьсот килограммов лучшего колтана где-то в джунглях Конго, ожидая, пока кто-то обменяет его на партию оружия, которая, в свою очередь, хранится в одном из египетских складов. Однако в силу обстоятельств, не зависящих от нас, мы не располагаем необходимыми финансовыми средствами, чтобы доставить его.
– Тысяча восемьсот килограммов? – переспросил он, не скрывая возбуждения. – Вы уверены в этой цифре?
– Джозеф Кони может быть психопатом, фанатиком, насильником и геноцидом, но в делах он не лжёт, потому что от этого зависит его выживание.
– Если вы так говорите…
– Говорю, потому что знаю. И потому, что речь идёт о колтане, который вам нужен, оружии, которое нужно Кони, и деньгах, которые нужны нам. Кони мешает колтан, нам мешает оружие, а у вас есть деньги. Всё до смешного просто: либо мы договариваемся, либо все остаёмся ни с чем.
– И какие у меня гарантии, что вы не исчезнете с моими деньгами?
– Никаких. Но если бы это произошло, репутация, которую мы выстраивали годами, рухнула бы, а она стоит гораздо больше полумиллиона евро. Кроме того, мы потрудились рассчитать, сколько чистого тантала можно извлечь из этих тысячи восьмисот килограммов колтана и какое количество этого тантала будет использовано при производстве нового ультралёгкого компьютера Lee-33, который вы только что выпустили на рынок и который уничтожает конкурентов. Кстати, поздравляю – мы купили несколько штук, и они потрясающие.
– Несколько? Зачем?
– Нам нужно было вычислить, сколько колтана уходит на один ноутбук, и выявить возможные недостатки.
– У него нет недостатков… – тут же ответил его собеседник, явно раздражённый.
– Есть один крошечный сбой в системе безопасности. Признаться, почти невозможный для обнаружения, кроме как первоклассным хакером, но всё же он есть, и вы это знаете. – Орхидея Канак сделала короткую паузу, а затем добавила, будто речь шла о незначительной детали: – Но это не имеет значения. Главное другое: если наши расчёты верны, из этого тантала можно произвести около семисот тысяч Lee-33, что принесёт вам выручку, как минимум, в четыреста миллионов евро. А если вы не выпустите на рынок достаточное количество «ультралёгких» ноутбуков, то лишитесь своих позиций. Ваши клиенты будут вынуждены сменить поставщика, и, как мне кажется, всё это тоже стоит полмиллиона евро. Или нет?
– Стоит… – признал Чин Ли. – Конечно, стоит! Но если деньги исчезнут, а я не получу товар, результат будет тот же.
– В этом вы абсолютно правы.
– Рад, что вы это признаёте. Поэтому мне нужны гарантии.
– Единственная гарантия, которой мы располагаем, – это оружие… – с лёгкой усмешкой ответила она. – Если хотите, мы продадим его вам за полцены: оно нам только в убыток.
– И зачем мне этот груз оружия?
– Чтобы вы сами договорились с Кони. У вас будут винтовки,
