в квартире, заперев за собой окно.
– Ты был абсолютно прав, в звании тебя повысили не зря. От лица службы, объявляю тебе благодарность.
– Служу Советскому Союзу!
Отрапортовал радостный служака. Всё это и приятно и неожиданно, но в голосе Сергея было что-то очень настораживающее.
– Далее, объявляю тебе строгий выговор, за несанкционированную встречу с генералом Сорокиным. Теперь выкладывай, что он нарыл для твоего дела.
– Я… Какая встреча? Я был в кровопускалке, Сергей…
Пришлось неловка выкручиваться Игорю, и он надеялся что ему ещё удастся как-то отмазать своего первого ретивого начальника от гнева второго прозорливого начальника.
– Я, в последний раз, хочу доказать тебе, что не являюсь тупицей. Если не поверишь, то считай, что мы с тобой друг друга не поняли. Я позвонил в кабинет Сорокина в тот момент, когда ты вошёл в «Донорский пункт». Сорокина на месте не оказалось, его секретарь не смог меня с ним соединить, а это означает только одно, что он сейчас на оперативной встрече. Остальное – догадки для идиотов. Так что выкладывай, пока я добрый. И не дай Бог, новости окажется незначительными, припру к стенке обоих. Аргументы Сергея оказались настолько железобетонными, что выкручиваться дальше было бы полным абсурдом. Их шпионские маневры оказались раскрытыми при первой же попытке секретной операции. Игоря порадовало то, что Сергей в раскрытии их ловкой авантюры использовал метод обычного анализа, а не свою мощную шпионскую сеть, это действительно сближало их обоих.
– Я бумаги пока ещё не просматривал, к тебе спешил. Всё что там есть, отражу в своём отчёте, хорошо?
– Согласен, я ведь не против, чтобы твои ребята нам помогали. Ты пойми, та личность, которую мы сейчас защищаем, настолько важна для государства, что о любом воздействии на неё и речи быть не может. А твой Сорокин со своей инициативой прёт на него, как моряк на амбразуру. Как бы дырок лишних в нём не наделали.
– Сергей, ведь он узнал про «Волка» первым, потом он и меня предупреждал об особой секретности, поскольку в деле не оказалось никаких документов. Так что я ему ни одного из секретов не открывал. Он и сам, ещё до меня знал всё, что только мог знать.
– Мне понятно, что не ты стал инициатором встречи, поэтому твой строгий выговор не лишает тебя возможности вести следствие, однако и ты обязан проникнуться сложностью нашего дела. Главное в нём, в нашем деле, доверие друг другу и секретность операции. Это уяснил?
– Уяснил!
– Так что сказал Сорокин?
– Он дал мне наводку о тех двоих, пьяниц. Яко бы они могут быть причастны к взлому квартиры или, в принципе, к делу. Он собрал материал по «Волку-Макарову» на его Родине, но я его ещё не читал.
– Макарова больше нет, есть только «ВОЛК». У Сорокина все материалы берёшь, но ему ничего не открываешь, запрещаю.
– Есть! Разрешите отбыть для просмотра видеоматериалов?
– Нет, не разрешаю, библиотекарь пока в квартире.
– Это как, он что, решил там прописаться?
– Нет, не пропишется, ЖЭК ему в прописке откажет, ведь он не является близким родственником «Волка».
Профессионально пошутил Сергей.
– Давай-ка мы с тобой обсудим вот какую тему – твой начальник, наверняка, сможет дать нам справку о том, машины чьих посольств появлялись в пределах нашего объекта в течение времени, допустим, двух трёх недель тому назад.
– Нет, я считаю, что нужно иметь эту информацию с того времени, когда у хозяина пропал ключ от наблюдаемого объекта. И о машинах появлявшихся вблизи дачи «Волка» за месяц до пропажи ключей. Это позволит выявить интенсивность слежки, её направленность и возможно даже установить причину самой слежки.
– Согласен, действуй. Однако, уж не поручил ли ты все эти вопросы своему начальнику сегодня утром, во время ваших тайных шашней? Уж очень подготовленными мне кажутся твои ответы на мои новые предложения. Ладно, проехали. О том, когда можно будет просмотреть запись твоей камеры на объекте, я тебе сообщу дополнительно. Кстати, а почему ты не интересуешься, в чьём распоряжении находится квартира, откуда появился «библиотекарь-циркач»?
– Извиняюсь, столько всего навалилось, конечно, интересуюсь.
– Эту квартиру сняли в аренду для Представителя Маркетингового центра крупнейшей строительной корпорации в США «SititraidInternation». Так сказать строительный гигант всего североамериканского континента.
– Это, что получается, он ищет в квартире «Волка», извиняюсь, на объекте, что-то полезное для их строительства в США?
– Возможно. Думаю, что сам «ВОЛК» ответит нам, что могло привлечь внимание крупной строительной корпорации. Я задал ему вопрос, завтра жду ответа.
– В свете последних событий с визитом библиотекаря, нам бы попросить «Волка» посетить своё логово, но так посетить, что бы это стало известно библиотекарю. Пусть устроит у себя встречу с однополчанами, хорошо, если немного пошумят. Песни попоют, там или подерутся. Это весьма оживит ситуацию с посещениями квартиры нашим подопечным, как ты думаешь?
– А что это интересная идея, вот только аппаратуру придётся снять.
– Нет, зачем её снимать, пусть говорят обо всём, государственных секретов своим однополчанам он не выдаст, а в бытовом базаре, то бишь, разговоре, глядишь, что ни будь да проскочит. Он и сам того не замечая может дать нам важную подсказку, о которой мы и не догадываемся. А прослушать эти записи с соблюдением их особой секретности мы сможем. Ты это обеспечишь.
– Ну, и темы ты мне задаешь. Слушай, а сам-то ты не шпион, случайно?
– Совершенно случайно, шпион, но и следователь по совместительству. Нам ведь тянуть с расследованием нет смысла, поэтому давай форсировать события, решайся. А видео мы действительно снимем, портреты этого «Зверя» нам совершенно ни к чему.
– Хорошо, риск благородное дело. Тогда давай так, ты сейчас идёшь встречаться с вахтёром, после допрашиваешь алкашей, а если библиотекарь покинет объект, то и видео снимешь. Ровно в 19-00 у меня, действуй.
Весьма интересной оказалась беседа Игоря с вахтёром. Тот, рассказывая события этого вечера в третий раз к ряду, всё подробнее и подробнее их описывал, припоминая всё плоть до фраз и отдельных действий, типа: «Поставил термос на стол и пошёл взглянуть, что за шум послышался у входной двери, но ничего там не увидел».
– Хорошо, там ничего не увидел, а вот при определённых обстоятельствах, мог кто-нибудь пойти на лестницу через чёрный ход?
Спросил его Игорь, глядя в упор прямо в его глаза, как учили их в «конторской школе».
Вахтёр, немного поразмыслив, сказал, что в этот раз могли, поскольку он вышел за дверь и пробыл вне видимости площадки около сорока пяти секунд, Только ведь чёрный ход закрыт и ключи от замка
