Третье отличие вообще повергло Андрея в шок. Почти половину времени курсанты проводили в тренажерах - капсулах виртуальной реальности. В реальности отрабатывалось только групповое взаимодействие, и проходили финальные тесты. Но радостная улыбка по этому поводу пропала с лица Андрея после ее первого же посещения. Сразу удивило, что в капсулу тренажера залезать следовало абсолютно голым. Стеснительным Андрей себя не считал, но от неожиданности замешкался. Из ступора вывел окрик сержанта. Глядя на то, как быстро разоблачаются остальные, включая девушек, которых на курсе было больше трети, Андрей встряхнулся и, мгновенно скинув комбез, метнулся в чрево тренажера. Тут и стало понятным требование разоблачиться. Виртуальная реальность оказалась таковой лишь отчасти. Тело, плотно облепленное многочисленными датчиками, воспринимало любые нагрузки как настоящие. А творящееся в сознании затмевало любые тактильные ощущения. Включенный режим тут же обрадовал знакомой звероподобной мордой сержанта, обладавшего явно нездоровой, но изобретательной фантазией в деле создания трудностей подчиненным. Но создатели виртуальных пространств отличались еще большим и изощренным садизмом. В тренажерах ощущалась настолько полная иллюзия реальности, что после занятий мышцы ныли больше, чем от аналогичных упражнений в реальности. Благо программы позволяли изгаляться с любыми физическими параметрами окружающей среды. Двойная сила тяжести была обычной нормой.
В итоге первой же часовой попытки пройти на тренажере полосу препятствий начального уровня, Андрей из него просто выпал, не в силах стоять на ногах от усталости. Но понежиться на полу ему никто не позволил. К отдыху у сержанта вообще был особый подход. Стрельба как отдых от спаррингов, бег на десять километров в качестве передышки от силовых упражнений. Десять минут душа перед каждым приемом пищи, да пятиминутная пробежка трусцой к очередному тренажеру после него, вот и все, что полагалось курсантам первого этапа для расслабления. Все остальное время бесконечная череда тренажеров, спаррингов, стрельбищ и силовых комплексов. Даже ночной сон предназначался не столько для отдыха, сколько для разучивания профильных баз в фоновом режиме. Армейские психологи не зря ели свой хлеб. Расторможенное подсознание как губка впитывало в себя бесконечные потоки информации. Выходной раз в декаду. И то, только для того, чтобы камеры слежения могли контролировать психическое состояние курсантов. Именно в выходные ломалось и исчезало большинство, не в силах заставить себя собраться на следующую десятидневку адских истязаний.
О сексе в этот период никто даже не вспоминает. Курсанты обоих полов вне боевых заданий воспринимают друг друга не иначе как атрибуты интерьера. Даже в выходные. Тем более что сержант сразу дал понять, что склонность к сексуальным развлечениям будет им воспринята как нехватка учебных нагрузок. Этот аргумент стал убедительным даже для самых крепких.
Кормежка подчиняется простым правилам. Обильно, сытно, невкусно. Даже в использованных простейших кухонных синтезаторах большая часть рецептов невеликого списка попросту заблокирована. Нечего курсантам тратить время на выбор блюд. Ткнул в первую попавшуюся кнопку, быстро съел и на выход. Быстро убедившись в том, что выбор блюд совершенно не влияет на их вкусовые качества, курсанты так и поступали, не глядя выбирая первое попавшееся.
Тяжелее всего дался первый месяц. Андрей не раз проклял и Старика, и собственную глупость. Держался на одних морально-волевых. Лишь привычка считать себя победителем и всегда идти до конца заставляли терпеть и двигаться вперед. Легче стало лишь в конце курса, да и то не из-за послаблений. Просто организм полностью освоился с нагрузками. Напряжение всех сил и боль в мышцах странным образом совмещались с удовольствием. Но этот эффект был известен наставникам давно. Уже с третьего месяца нагрузка на тренажерах варьировалась от потенциала курсанта. Каждого постоянно держали на пределе его личной выносливости и силы.
Одновременно Андрей чувствовал, что постепенно становится совершенно другим человеком. Внешне он теперь представляет собой девяносто килограмм упругих жил, из которых до последней капли выдавили не только жир, но и лишнюю воду. Плавные непрерывные движения расслабленного, но в любую минуту готового взорваться боем тела. Слегка прищуренные глаза автоматически фиксируют обстановку на 360 градусов, замечая малейший намек на потенциальную опасность. Разнообразие обретенных навыков поражает. Андрей с легкостью пошел бы сейчас покорять Эверест и без раздумий согласился бы выступить на мировом чемпионате по плаванию на Земле. С неплохими шансами на победу. Но самое главное, появилась ни с чем не сравнимая спокойная уверенность воина в своих силах.
Не меньший эффект чувствуется и от освоенных баз. К концу первого этапа подготовки, который длился полгода, Андрей смог поднять все базы до третьего уровня. Казалось бы, немного, но при том, что выходных почти не было, а на обучение оставались только ночи, этот результат оказался очень значительным. По уровню освоения материала и практической подготовке Андрей оказался лучшим в своей партии рекрутов и закончил первый этап в звании сержанта имперского флота. Среди событий, которые Андрей по прошествии лет мог вспомнить из этого периода своей жизни, не осталось практически ничего. Весь процесс слился в единый нескончаемый поток боли, напряжения сил и воли.
Финальный комплексный тест воспринимается как праздник. Десятикилометровый марш-бросок в полном обмундировании штурмовика-десантника для разминки. Преодоление на тренажере виртуальной полосы препятствий максимальной сложности. Гонка за штурвалом атмосферного истребителя под огнем условного противника. И неизбежный двухминутный поединок в конце против трех противников. Но из всего этого Андрею в памяти остается только облегченное падение мордой в песок через миг после успешного окончания поединка. За ноги его утаскивают за край арены уже спящего.
Второй этап службы существенно отличался от первого. Теперь Андрея наоборот учили думать. Физические нагрузки отошли на второй план и лишь поддерживали набранную форму. Настал черед насилия над мозгом. И оно было не менее изощренным. Мыслить учили не абстрактно, не вальяжно-расслабленно, а быстро и точно, мгновенно оценивая обстановку и принимая единственно верное решение. Нейросеть позволяла достигать невиданного уровня концентрации сознания на конкретной задаче и одновременно держать в голове десятки различных параметров. Начался этап освоения космического пилотирования и боя в космосе, а также десантных операций. Сначала пилотирование происходило на тренажерах. Но даже они создавали полнейшую иллюзию присутствия в открытом космическом пространстве. Непередаваемые ощущения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
