не добилось, и у нас мало времени.
— У тебя были другие контакты с Maelstr0m?
Миранда кивает.
— Он начал стирать данные с серверов. Это началось час назад. Он говорит, что будет стирать по терабайту каждый час, если не получит денег.
— Значит, он установил вредоносное ПО, — говорю я, ничуть не удивившись. — Хорошо.
Коннор и Миранда уставились на меня.
— Хорошо? — удивленно повторяет она.
— У вредоносного ПО будет определенный цифровой отпечаток. Если мне удастся перехватить часть кода, я смогу связать его с другими вредоносными киберактивностями. А это значит, что он будет отвечать не только за это взлом.
— Если вы, конечно, сможете расшифровать код, — говорит Миранда. — Ни один из моих штатных компьютерных экспертов или ФБР пока не нашли ничего, что позволило бы отследить источник взлома.
В ее тоне слышится что-то неприятное, но я просто улыбаюсь.
— Это потому, что вредоносная программа написана таким образом, что уничтожает себя после выполнения своей задачи. Но я знаю, где искать.
Миранда изучает мое лицо так же, как несколько мгновений назад изучала лицо Коннора. Я почти вижу, как в ее голове крутятся шестеренки. Она тихо говорит: — Вы восхищаетесь им. Этим хакером, кем бы он ни был — вы им восхищаетесь.
Моя улыбка исчезает.
— Да. Так же как я восхищаюсь акулой за то, что она идеальная машина для убийства. Но это не значит, что она мне нравится.
В ее глазах появляется новый блеск. От удивления она понижает голос.
— Вы его знаете.
— Один раз Табби тоже стал его жертвой, — грубо говорит Коннор.
Глядя прямо в широко раскрытые глаза Миранды, я подчеркиваю: — Один раз.
Я чувствую, как внимание Коннора переключается на меня, чувствую, как ему хочется расспросить меня о Сёрене, и это словно бритва, режущая мою кожу, но я знаю, что он не станет спрашивать при Миранде.
Забавное чувство, которое я испытывала раньше, усиливается, когда я понимаю, что именно уважение заставляет его держать рот на замке. Он может попытаться засыпать меня вопросами наедине, но не станет поднимать эту тему в присутствии других людей, потому что знает, что я не хочу, чтобы кто-то еще видел, какой слабой и глупой Сёрен заставил меня себя почувствовать.
Я никогда бы не подумала, что буду описывать Коннора Хьюза как джентльмена, но я начинаю верить, что под чванливой внешностью секс-машины G.I. Joe17 скрывается именно это.
Миранда облегченно вздыхает.
— Что ж, это фантастические новости! Нам нужно немедленно сообщить в ФБР…
— О, мы так и сделаем, — говорю я, пренебрежительно взмахивая рукой в воздухе. — Но это не будет иметь значения. Они никогда его не найдут. Он цифровой Джедай. Призрак.
— Цифровой Джедай? — бормочет Коннор. Когда я бросаю на него взгляд, его челюсть становится твердой как камень.
Не понимая, что вызвало такое выражение на его лице, я хмурюсь. Почему он злится?
— Кем бы он ни был, давайте продолжим попытки остановить его, — говорит Миранда, оживляясь. — ФБР оборудовало командный центр наверху, и кибер-криминалисты работают над этим круглосуточно. Согласны?
Мы поворачиваемся и следуем за ней через затененную парковку к лифтам, где она нажимает кнопку седьмого этажа.
* * *
Командный центр ФБР — это что-то прямо из шпионского фильма. Они разместили его в пустом кабинете рядом с кабинетом Миранды, и даже в столь поздний час там кипит работа.
На нем так и написано: «Пустая трата денег налогоплательщиков».
По моим подсчетам, в центре комнаты полукругом расставлены пятнадцать полностью оборудованных компьютерных станций. Каждая из них опутана проводами и заставлена мониторами и жесткими дисками. За каждой из них сидит молодой человек в костюме и усердно стучит по клавиатуре. С одной стороны стоит большой стол, за которым, как я полагаю, сидит самый главный человек, хотя сейчас он пуст. На стене висит большая маркерная доска, на которой красной ручкой нацарапаны факты дела, URL-адреса веб-сайтов и гипотезы. В центре доски нарисован от руки круг с большим вопросительным знаком в центре.
— Почему в этой комнате так много государственных служащих? — спрашиваю я Миранду. — Обычно для таких дел они присылали двух или трех парней.
— Потому что взлом Sony связали с Северной Кореей, и федеральные власти обеспокоены тем, что правительство этой страны наращивает свои усилия. Судя по всему, в последнее время режим неоднократно угрожал ядерными ударами, и эти угрозы заслуживают доверия. Эти джентльмены из группы быстрого реагирования ФБР.
Я вздыхаю, потому что они будут настоящей занозой в моей заднице.
Я пересекаю комнату и беру красную маркерную ручку с тонкой металлической подставки в нижней части доски. В круге я пишу: Сёрен Киллгаард.
Когда я оборачиваюсь, все в комнате замирают и смотрят на меня.
— Привет, люди, — говорю я, глядя на каждого по очереди. — Отведите меня к вашему командиру.
— Это, должно быть, я.
Я смотрю в направлении скрипучего голоса. В дверях, через которые я только что прошла, стоит мужчина. Он сложен, как один из бойцов ММА Хуаниты, с бочкообразной грудью и короткой шеей, с большим красным лицом, которое выдает его пристрастие к алкоголю. Его голова выбрита. Галстук сбился набок. Глаза налиты кровью и прищурены. Он выглядит так, словно посреди кошмара его разбудила стрельба.
— Мистер О'Доул, — говорю я, узнав его. Все в хакерском сообществе знают, кто входит в число лучших правительственных киберспециалистов. — Я ваша большая поклонница.
Он окидывает меня одним быстрым взглядом, выражение его лица не меняется.
— Исполнительный помощник директора О'Доул. А вы кто?
Стоя рядом с напряженным Коннором у двери, Миранда говорит: — Это Табита Уэст. Она будет помогать в расследовании. Я ожидаю, что ваша команда окажет ей всестороннее содействие. Она специалист по компьютерам, работает по контракту с Metrix Security.
Коннор и О'Доул приветственно кивают друг другу. Я так понимаю, это один из тех парней в ФБР, о знакомстве с которыми упоминал Коннор.
Пристальный взгляд О'Доула снова останавливается на мне.
— Какая ваша специальность?
Я легкомысленно отвечаю: — Дестабилизация правительств.
Выражение его лица мрачнеет.
— Вы хакер, — сухо говорит он. Молодые люди, сидящие за компьютерами, ерзают на своих местах и удивленно переглядываются.
Я одариваю его своей самой обаятельной улыбкой.
— Я предпочитаю термин «социальный инженер». Кстати, поздравляю с назначением на должность главы Национальной объединенной оперативной группы по киберрасследованиям. Ваш предшественник был полным идиотом.
Его прищуренные глаза сужаются. Он медленно произносит: — Табита Уэст, не так ли?
— Вы ничего не найдете, — коротко говорит Коннор.
— Мы из ФБР. Мы всегда что-нибудь находим.
— Правда? — Мои брови приподнимаются. — И как у вас продвигаются дела с
