— Нет, это не вариант. Мне некуда уходить. Ты совершенно права: у меня нет ни жилья, ни работы, ни денег. Где я буду жить? На Казанском вокзале?
— А всю жизнь ломать себя об коленку, всю жизнь терпеть его выходки, да еще и в любую минуту быть готовой к тому, что тебя могут вышвырнуть на улицу — это нормальный выбор ты считаешь? Это достойный тебя выбор?
— Ты думаешь, он может меня выгнать?
— Маруся, я не знаю твоего мужа, я его никогда в жизни не видела, но история полна примерами подобного рода. Вдруг одна из его подружек окажется настолько предприимчивой или настолько его зацепит, что он решится бросить семью. Ты ведь не должна исключать такую возможность. Я понятия не имею, насколько она вероятна, но она вероятна! Вот в чем вопрос!
— Он не может так с нами поступить! Не может! — У Маруси было такое лицо, будто только что рухнул последний столп ее мирозданья. Будто в любой момент может произойти ее личный апокалипсис.
— Может, — произнесла Саша тихо, но жестко. — Все мы наивно полагаем, что ничего плохого с нами произойти не может. Ты ведь сама наверняка несколько лет назад и мысли допустить не могла, что он сможет тебе изменить. А что сейчас? — Саша накинула куртку, вышла на балкон. Там закурила, продолжила говорить уже с балкона. — Сколько в моих салонах было красивых, самоуверенных клиенток — богатых домохозяек. В некоторых столько спеси было… А потом раз и все — муж или любовник уходил и они оставались… ну не то чтобы совсем ни с чем, но уровень жизни резко падал. Некоторые больше к нам не приходили — мои салоны становились им не по карману.
— А тяжело быть одной? — спросила Маруся, когда Саша вернулась в номер.
— Нелегко — вздох, — очень нелегко. Но не тяжелее, чем жить с человеком, который регулярно заставляет тебя страдать, или стал чужим, или с тем, кто тебя раздражает. И семейная жизнь имеет свои плюсы и минусы, и одиночество тоже. Но если бы сейчас мой бывший муж решил ко мне вернуться, я бы его не приняла обратно — уже привыкла жить без него. И, знаешь, буквально несколько дней назад я поняла, что мне без него лучше.
— И ты не хочешь снова влюбиться?
— Хочу, еще как хочу!
— А ты не боишься, после всего, что было?
— Нет, — ответила Саша после нескольких секунд раздумий, — я не боюсь. Если жить, прячась от удовольствий, потрясений и разочарований, то это будет не жизнь, а добровольное тюремное заключение. Я еще слишком молода, чтобы скрываться от жизни.
— Что же мне-то делать? Как жить дальше? — Маруся снова готова была разрыдаться. — И с мужем я больше не могу, и уходить страшно. Ты не представляешь, как мне страшно. Но и продолжать жить в вечной ревности, в перманентном ощущении униженности я больше не могу. К тому же ты права, права! Я как на пороховой бочке живу — ведь в любой момент рвануть может! Слежу за собой, поддерживаю свою красу, книжки читаю, чтобы быть ему интересной, хорошим манерам обучилась, чтобы ему за меня в обществе стыдно не было. Готовлю, как шеф-повар в модном ресторане, дома у меня всегда порядок, всегда ласкова, даже когда хочется ему в морду дать, никаких скандалов, на других мужчин и не смотрю даже, а ему все не так. Мне иногда кажется, что я безупречна. Просто безупречна. Будто я не живой человек, а эталон хорошей жены. Все равно я для него хуже всех… А мне кажется, я заслуживаю лучшего отношения, и, может быть, заслуживаю лучшего мужчину… Слушай, а так бывает, чтобы он заново в меня влюбился? Чтобы снова начал меня ценить? Чтобы снова стал мне верен? Чтобы все было как раньше? Чтобы мы снова были счастливы вместе? Чтобы мы были снова только вдвоем? Чтобы у нас была обычная европейская семья, а не султанский гарем? Или так не бывает? Или это чудо, на которое не стоит и надеяться? Это пустые надежды, да?
— Я не знаю, — Саша беспомощно улыбнулась. — Я не знаю. Можно в это верить, если эта вера помогает тебе жить. Но мой жизненный опыт подсказывает, что верить в такое развитие событий глупо, неразумно. И даже убийственно. Потому что эти пустые иллюзии мешают развиваться, двигаться дальше, закрывают двери, за которыми тебя ждут новые возможности. Они будто парализуют тебя. Живешь, будто в коме.
— И что же мне делать?
— Извечный русский вопрос: «Что делать?», — Саша рассмеялась.
— И кто виноват? — Маруся тоже рассмеялась, впервые за вечер.
— Слушай, а, может, тебе на работу пойти для начала? Просто чтобы ты поменьше думала о своем муже и его любовницах. Чтобы дело у тебя свое было и свои деньги. Что ты умеешь?
— Ничего. Я никогда не работала. Ни одного дня, — Маруся снова погрустнела.
— Улыбаться ты умеешь? — Маруся кивнула. — Быть вежливой ты умеешь? — Маруся снова кивнула. — Речь у тебя великолепная. Внешний вид отменный. Пойдешь ко мне администратором? У меня как раз одна девочка скоро в декрет уходит.
— Администратором? — переспросила Маруся несколько разочарованно.
— Извини, сразу управляющей я тебя взять не могу, ты сама только что сказала, что ничего не умеешь. Нужно с чего-то начинать. Главное привыкнуть ходить на службу, втянуться, а дальше уже, как себя проявишь. И вот еще что, прости за резкость, но в твоем положении не до капризов. С резюме, в котором есть всего одна запись «домохозяйка» тебя могут взять только на простую работу и только по знакомству. — В Марусиных глазах мелькнул гнев. Она тут же его подавила. Видимо, это привычное для нее дело — подавлять свои эмоции. — А администратор в моем салоне — это хорошая работа. Ты будешь лицом салона. Это большая ответственность. Абы кому я эту должность не доверю. Так ты согласна? — Маруся молчала в нерешительности. — Соглашайся. В конце концов, я не в рабство тебя покупаю. Если не понравится, ты можешь уйти.
— Хорошо, я попробую.
— Вот и отлично. А завтра мы будем повышать твою самооценку.
— Как?
— Мы оставим твоего спиногрыза-надсмотрщика в гостинице, а сами пойдем в клуб. И там ты расслабишься, забудешь, что у тебя есть муж, ты будешь танцевать и купаться в мужском внимании.
— Нет, я не пойду. Муж мне запрещает ходить по клубам.
— А ты, дорогая, вспомни, где и с кем он сейчас.
Снова злость в Марусиных глазах.
— Хорошо, пойдем. Оторвемся по полной! Думаешь, на меня кто-нибудь посмотрит?
— На тебя будут смотреть все! Ты ведь настоящая красавица!
На следующий день Саша, Маруся и ее сын в составе экскурсионной группы прогуливались по Королевскому дворцу. Темпераментные итальянские студенты кричали им «Белла!». Немцы похотливо хохотали. Англичане подходили с просьбами сфотографироваться вместе. Марусин сын бросал на этих посторонних мужчин зверские взгляды и ревниво жался к матери. Саша и Маруся счастливо улыбались. Пили глинтвейн, чтобы хоть как-то согреться. Жизнь снова была прекрасной.
