Глава 12
Мы подъехали к какому-то пустырю, на котором уже стояла поблескивающая в лучах полуденного солнца спортивная машина ярко-красного цвета. Карась вытолкнул меня из джипа и взял за руку. С другой стороны встал Макар, братки пристроились сзади. Из красной машины вышел Михаил, вслед за ним появился тот самый мужчина, которого я видела на квартире у покойного Вадима. Михаил заметно нервничал, сигарета в его руках дрожала.
– Сколько я должен отвалить бабок за то, чтобы эта девушка уехала со мной в Россию? – обратился он к Карасю.
– Нисколько. – Карась больно сжал мои пальцы. – Эта девушка не продается. Это моя девушка, а я никогда не торгую тем, что принадлежит мне. У меня навалом девушек для продажи. Ты можешь выбрать любую.
– Я хочу эту.
– Эта девушка не продается.
– Тогда придется воевать. – Михаил щелчком отбросил сигарету на землю. – Я подключу власти, Интерпол и своих влиятельных друзей. Если вы захотите меня убить, вам никогда не отмыть руки. Отдайте мне эту девушку. Я ее люблю, и она любит меня.
– Ты уверен? – поднял брови Карась.
– В чем?
– В том, что эта девушка тебя любит?
– Уверен.
– Может, спросим у нее? Верунька, скажи, ты и в самом деле любишь этого господина? – тряхнул меня за плечо Карась.
– Нет, – опустив голову, сказала я.
– Я не слышу, Веруня. Говори громче…
– Громче? Ну да, громче… Послушай, что ты ко мне привязался? Мне и так плохо. Я никуда не хочу уезжать. Отвяжись от меня, а! Возвращайся в Россию один! Уезжай прямо сегодня! – Голос мой напряженно зазвенел. За спиной Михаила, в густых зарослях орешника, почти не таясь, сидел человек с винтовкой в руках. В любую минуту он мог выстрелить. – Я тебя не люблю! – сорвалась я на крик. – Я тебя не знаю и знать не хочу! Убирайся прямо сейчас! Слышишь, уезжай! Я люблю Карася! – Схватив Карася за руку, я заглянула ему в глаза и прошептала: – Карась, миленький, родненький, пожалуйста, убери снайпера. Я его засекла. Я же тебя люблю, дурачок. Я хотела, чтобы ты меня приревновал. Только и всего. Неужели ты думаешь, что я могу променять тебя на какого-то фраерка? Убери снайпера. Он себе с миром уедет. Зачем тебе лишние проблемы? Это же не простая пешка, сам понимаешь…
Карась, снисходительно улыбнувшись, махнул рукой. Человек, сидевший в кустах, опустил винтовку. Облегченно вздохнув, я посмотрела на Михаила. Михаил нахмурился.
– Уезжай, – тихо сказала я. – Уезжай и забудь о моем существовании. У меня все хорошо. У меня есть любимый мужчина, любимая работа, а большего мне не надо.
– Ну все, мужики, расходимся по-хорошему, – сплюнул на землю Карась. – Слово женщины – закон. Нам остается только смириться с ее выбором.
Низко опустив голову, я пошла к машине. Карась тяжело дышал мне в спину.
– Садись, Верка, – сказал он, открывая дверцу. – И не вздумай реветь – убью!
«Для тебя человек – как комар, – подумала я, закрывая глаза. – Захотел – прихлопнул, захотел – отогнал… Пьешь, жрешь, трахаешь девок, отнимаешь у других деньги и при этом чувствуешь себя совершенно безнаказанным, неуязвимым… Что ты вообще знаешь о любви! Животное… Грязное животное… Сам сидишь по уши в дерьме и меня тащишь туда же, упырь болотный… Прохладный полумрак придорожного мотеля, мужчина с насмешливыми глазами, сидящий в кресле с расстегнутым воротом рубашки, – словно и не было этого, не было никогда…»
Мы подъехали к дому, где жил Карась, и вышли из машины.
– Немного поживешь у меня, – бросил через плечо Карась, направляясь к подъезду.
Макар растерянно посмотрел на Карася.
– Карась, лучше б ты Верку домой отвез, – сказал он.
– Отвезу, не волнуйся, но сначала небольшую профилактику проведу, чтобы знала, кто здесь хозяин.
– Ты что, по делам не поедешь?
– Нет. Поезжайте пока без меня.
– Ты бы заканчивал Верку бить, – отводя глаза, промямлил Макар. – Она уж и так как сплошной синяк. Как же она в таком виде на работу выйдет?
– Она пока работать не будет. Посидит у меня под замком, очухается, уму-разуму поучится. А насчет того, бить мне ее или не бить, я уж сам как-нибудь решу. А что ты за мою Верку переживаешь? Может, ты тоже на ее сиськи повелся?!
– Нужна она мне, – пробубнил Макар. – Просто жалко ее, вот и все.
– А мне не жалко. Она, падла, недавно под другим мужиком стонала, хотела с ним от меня свалить. Я таких вещей не прощаю. Все, ребята, езжайте по делам, а я чуть позже появлюсь.
Макар, бросив на меня грустный взгляд, сел в джип. Карась схватил меня за руку и потащил за собой. Жил он на первом этаже в большой пятикомнатной квартире, обставленной с показной, неевропейской, роскошью. Я и раньше бывала там, но не часто: Карась не любил водить к себе гостей.
– Ну что, сука, вытащил я тебя из тюрьмы? – зло прошипел он, открывая дверь. – Только ты не думай, что я тебе все прощу, как какой-нибудь подкаблучник. У меня к тебе веры нет. То, что ты шлюха, я теперь знаю и никогда об этом не забуду.
Втолкнув меня в коридор, он расстегнул ширинку, приспустил трусы и ехидно произнес:
– Вставай на колени, дрянь, и проси у меня прощения.
– Не буду, – помотала головой я, сглотнув слюну.
– Не будешь? Тогда я сделаю тебе такой носик, что ни один мужик к тебе близко не подойдет. Может, ты этого хочешь? Вставай на колени, Верка, ползи и повторяй слова, которые я сейчас произнесу.
Смахнув слезы, я встала на колени.
– Я грязная, дешевая шлюха… – начал Карась.
– Я грязная, дешевая шлюха, – как эхо прошептала я. – Я прошу у тебя прощения за то, что несколько дней назад стонала под другим мужиком… Я грязная тварь и дерьмо… Я клянусь тебе всей душой, что такого никогда больше не повторится, а если повторится, то ты задушишь меня собственными руками и утопишь в первом попавшемся болоте… Я буду ненавидеть себя до конца жизни за то, что связалась с этим ублюдком и хотела вместе с ним сбежать на родину. На этом свете для меня существует только один мужчина, который стоит сейчас передо мной со спущенными штанами, потому что я безбожно его люблю. Клянусь хранить ему верность и преданность всю жизнь. С этой минуты для меня существует только один член и только один мужчина…
Повторив слово в слово весь этот бред, я уперлась Карасю в расстегнутые штаны. Карась, схватив меня за волосы, тесно прижал лицом к вспотевшему животу.
– А теперь соси, Верка, – тяжело задышал он. – Соси так, чтобы у меня мурашки по коже пробежали… Ты умеешь, Верка, ну, давай…
Я закрыла глаза и в который раз перешагнула через себя…
Примерно через час Карась переоделся в новый костюм, попрыскался дорогим одеколоном и вышел из квартиры, закрыв дверь с внешней стороны. Бросившись на диван, я дала волю слезам. Тюрьма мне теперь казалась раем, куда хотелось вернуться. Хотя и там Карась обязательно достанет меня… Уже достал… уже…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
