Пятеро уродов вокруг нее походили на статуи. Они были каменными даже на ощупь. Биологическая версия стазиса замедляла все процессы в организме до нуля, но не влияла на механику и неживую природу.
Поэтому вшитый в запястье Эликс игломёт спокойно отсчитал отведенное время и выпустил во все стороны первую волну самонаводящихся миллиметровых дротиков.
Игломёт, несколько обойм к нему и коллекцию ядов с другими полезными наполнителями Эликс еще год назад приобрела у старого китайца, реконструктора средневековых ловушек. Теперь древнее оружие наемных убийц пригодилось.
Десятки едва заметных игл продырявили шкуры пятерых застывших мачомэнов и впрыснули в кровь химический раствор.
Игломёт выпустил вторую волну. Она прошла мимо людей и вонзилась в прозрачную оболочку цилиндра.
Оставалось только ждать.
Прошли бесконечные тысячелетия, прежде чем секундомер игломета добрался до нуля.
* * *
Космический абордаж — работа для безбашенных. Особенно если это абордаж в подпространстве. Выбрал неправильный угол стыковки или недостаточно закрепился на обшивке — и всё. Считай тебя больше нет. На скорости ветром сдуло. Ты теперь в сотне световых лет позади остался и искать тебя бесполезно.
Но это если ты идешь на абордаж по старинке, в одиночку с магнитными крючьями.
У мачомэнов была абордажная капсула. Экранированный со всех сторон контейнер с плазменным буром на носу, который на ходу врубился в корпус сарая с яйцами и за считанные мгновения продырявил обшивку.
— Ходу! Ходу! — заорал Старший, выпрыгивая наружу.
Боевой лазерный луч полоснул по стенам и чуть было не снес ему голову.
Старший перекатился за трубу и двумя выстрелами подавил роботов-охранников.
Остальные мачомэны вылезли следом и теперь толпились у капсулы.
— Сарай, он и есть сарай, как внутри, так и снаружи, — сказал Третий, разглядывая низкое помещение с деревянными стропилами и идущими вдоль стен ржавыми трубами. — Похоже на чердак дома нашей бабушки. Такой же деревянный и заваленный хламом.
— Одно непонятно, — сказал Пятый. — Как все это летает и не разваливается?
— Все дело в яйцах, — со знанием дела сказал Девятый. — Зуб даю, это какие-то генераторы.
— Потом гадать будете. Кто отстанет, тому в морду пропишу, — сказал Старший и шагнул к выходу.
Скрипучая обшарпанная лестница вела вниз мимо облезлых стен с надписями «Ксюха шлюха», «Даша из 5й квартиры дает даром» и «Спартак чемпион».
Зал с цилиндрами они обнаружили спустя битый час блужданий по коридорам и коротких боев с выпрыгивающими из ниш сторожевыми роботами.
— Все слишком просто, — хмурился Старший, постоянно озираясь. — И никакого экипажа. Только роботы.
— Тем лучше, — сказал Третий, беспечно вышагивая по проходу между цилиндрами и разглядывая застывших чудищ. — Быстрее вытащим пацанов и свалим отсюда.
— Надо еще лупоглазого козла отыскать, — добавил Пятый. — Спросить с него за лапшу на уши.
— Тихо! — шикнул Старший.
Впереди показался цилиндр-переросток.
Вблизи он казался еще больше.
Мачомэны застыли в проходе, разглядывая своих братанов и занятую ими бабу, подсвеченных красным тусклым светом.
— Я до последнего надеялся, что это мистификация, — сказал Пятый.
— По местам, — скомандовал Старший. — Нечего сиськи мять.
Он скинул с плеча рюкзак и вытащил из него пачку взрыв-пакетов.
— А вот этого не советую, — вдруг раздался с потолка спокойный голос.
Парни бросились по сторонам и спрятались за укрытиями, выставив наружу стволы.
— Расслабьтесь, вояки, — снисходительно разрешил голос. — Стрелять не в кого.
— Ты кто? — выкрикнул Старший.
— Неважно. Скажем так, владелец этого корыта.
— А кто тогда лупоглазый?
— Мой помощник. Точнее, слуга. Холоп.
— Отдаешь наших братанов. Эту бабу. И холопа. И мы сваливаем.
— Не так быстро, герой. Отдать братанов еще куда ни шло. Хотя это сломает композицию. Придется искать замену. А вот баба мне самому нужна. Да и холоп пригодится.
— Ну, как знаешь, — Старший разлепил взрыв-пакеты и поднялся.
— Стой! Мозгами пораскинь. Это биостазис. На железо он не действует. А значит от взрыва посечет осколками всех, кто внутри. Всех превратит в фарш. И твоих братанов, и бабу. А также повредит стазис у соседних экспонатов. Они выберутся наружу. Тогда вам придется разбираться не только с роботами.
Старший машинально оглянулся на другие цилиндры, где застыли разноразмерные чудища с щупальцами, метровыми клыками и кожистыми крыльями. Замер в нерешительности.
— Да он гонит, — Пятый выбрался из укрытия. — Эй! Владелец корыта! Либо ты говоришь, как отключить стазис. Либо мы разносим тут все и находим твою тушку, где бы она не пряталась.
— О! Мне самому любопытно посмотреть, где вы найдете мою тушку, — насмешливо сказал невидимка. — Но у меня другое предложение. Я отдам ваших родственников, если вы…
Он не договорил.
Упругий, едва слышный звук ударил всех по ушам, заставив пригнуться.
Поверхность большого цилиндра помутнела, пошла трещинами и осыпалась сверкающим дождем.
Пятеро освобожденных мачомэнов отпрянули от зажатой между ними бабы.
— Прекрасно, — буркнул Старший и спрятал взрыв-пакеты обратно в рюкзак. — Слышьте, ребзя. Ноги в руки и валим отсюда, пока роботы не побежали. Толстозадую с собой захватите.
Пятеро голых мачомэнов смотрели на пятерых одетых недоуменно и не двигались с места.
— Эй, парни! — подскочил к ним Третий. — Вы в себе? Бегом за нами!
Он потянул Десятого за плечо.
— Ага, — буркнул Десятый, вывернулся, схватил Третьего за голову и одним резким движением свернул ему шею.
Третий мешком повалился им под ноги.
Десятый подхватил его лазерган и выпустил очередь в Старшего. Тот едва успел прыгнуть за ближайший цилиндр.
— Да вы с дуба рухнули! — заорал Пятый, выбираясь в проход, и тут же отлетел в сторону, получив от Седьмого ногой в челюсть.
Следующие несколько минут превратились в сплошное сверкание боевых импульсов, вопли, хрипы и дым коромыслом.
Никто не заметил, как позабытая всеми баба отползла в сторону, осторожно огляделась, вскочила на ноги и сломя голову бросилась в полутьму проходов.
* * *
Всё было не так.
Всё пошло по манде, пролетело как фанера и накрылось бордовой шляпой.
План был прост. Химраствор первой волны дротиков подавлял разум мачомэнов и превращал их в послушных рабов. Заряд второй волны деактивировал стазис. После чего оставалось только захватить корабль.
Как обычно жизнь внесла в план свои коррективы.
Ультразвуковые дротики раздербанили стазис-цилиндр именно в тот момент, когда рядом нарисовались гребанные шахтеры-картографы. И взятые под контроль химраствором их брательники тут же бросились выполнять свою главную задачу. Защищать хозяйку.
Теперь голые мачомэны насмерть бились с одетыми вместо того, чтобы сопровождать Эликс в поисках невидимого владельца летающего сарая.
Надо было срочно выдумывать новый план. Но сперва стоило одеться.
Эликс завернула в одну из комнат, с широкой розовой кроватью, розовой мебелью, розовыми обоями в цветочек и плюшевыми игрушками. Распахнула шкаф и зарылась в ворох одежды. И тут же отпрянула назад. Все эти майки, юбки и штанишки только выглядели целыми и новыми, но рассыпались в пыль, стоило к ним прикоснуться.
Наконец, она выудила из ящика серую дерюжную хламиду, которая распалась только наполовину. Тихо выругалась, напяливая ее через голову. Краем глаза заметила метнувшуюся к ней тень, но не успела среагировать.
* * *
— Он назвал меня холопом, — угрюмо сказал Гнудь. — Я для него только слуга. Раб.
Тысячепал утешительно проурчал и погладил его щупальцем по сгорбленной спине.
— И это за все, что я для него сделал. Неблагодарный скот. Без меня бы он девку точно не поймал.
