– Да, он беден, но не так, как некоторые. Видишь ли, люди, живущие в таких деревушках, почти всегда бедны. – Покосившись на свою спутницу, Тэвиг спросил: – А почему это тебя так беспокоит?
– Если он беден, то, может быть, нехорошо просить у него ночлег и пищу, – ответила Мойра, нахмурившись. – Возможно, он просто не может тебе отказать, хотя и сам очень нуждается.
– Не беспокойся, милая. Он вполне может накормить нас и предоставить ночлег. – Тэвиг чмокнул девушку в щеку. – К тому же Роберт будет хорошо вознагражден за доброту, которую проявлял по отношению ко мне все эти годы. Когда мои злоключения окончатся, я окажу ему существенную помощь.
Мойра молчала, и Тэвиг, заглянув ей в глаза, спросил:
– Что же ты не напоминаешь мне о моем брате Айвере?
– Не вижу необходимости постоянно повторяться, – проворчала Мойра.
Она знала, почему перестала напоминать о виселице, ожидавшей Тэвига. Мысль о том, что его могут повесить, тревожила ее с самого начала, но теперь, после того, что произошло между ними… Ах, теперь у нее при этих мыслях до боли сжималось сердце, и ей казалось, что она не сможет жить дальше, если с Тэвигом что-то случится…
Вскоре они остановились перед небольшим, но ухоженным домиком с соломенной крышей, и их с улыбкой приветствовала полная женщина с седыми прядями в каштановых волосах и с красивыми карими глазами. Тэвиг представил Мойру как свою жену, и она почувствовала себя виноватой из-за того, что лгала женщине, так сердечно принявшей их в своем доме. Ей казалось, что нехорошо таким образом отвечать на доброту, и она почти все время молчала, зная, что не сможет лгать так же уверенно, как Тэвиг.
В тот момент, когда Мэри поставила перед ними эль, хлеб и сыр, Мойре пришло в голову, что следует повнимательнее отнестись к этому умению Тэвига. Он расписывал историю их знакомства и брака с такой легкостью, будто сам во все это верил. И, как ни странно, в эти моменты Мойра верила ему – во всяком случае, кивала. Что ж, ей оставалось утешаться лишь тем, что их нынешняя ложь вынужденная.
Потом Тэвиг попросил хозяйку приготовить горячую ванну, и не успела девушка запротестовать, как та согласилась. Мойра сначала решила отказаться от ванны, чтобы не добавлять Мэри хлопот, но все же не сумела устоять перед искушением – очень уж ей хотелось насладиться купанием в горячей воде. Она даже не возражала против того, чтобы принять ванну в старой деревянной кадке, стоявшей в коровнике. Это было уединенное место, защищенное от ветра. И девушка начала раздеваться, как только хозяйка ушла.
Войдя в коровник, Тэвиг сразу услышал, как Мойра напевает балладу своим нежным голоском. Улыбнувшись, он тихо приблизился к кадке. Девушка сидела в мыльной пене, откинув голову на край кадки, а ее мокрые волосы свисали к самому полу. Глаза же Мойры были закрыты, поэтому она и не заметила его. Какое-то время Тэвиг любовался ею, а потом вдруг почувствовал, что в нем пробуждается желание, хотя мыльная вода и скрывала от взора ее прелести. Усмехнувшись, Тэвиг опустил руку в кадку и брызнул водой девушке в лицо. Она вскрикнула от неожиданности и, скрестив на груди руки, поглубже погрузилась в воду. Потом взглянула на него, нахмурившись, и пробурчала:
– Если ты скажешь, что пришел доить коров, ни за что не поверю.
Тэвиг весело рассмеялся.
– Если бы я собирался так сказать, то сначала удостоверился бы, что здесь есть коровы. Видишь ли, дорогая, я уже помылся и переоделся. Тебе не кажется, что ты уже насиделась в кадке?
Почувствовав, что вода начала остывать, Мойра рассердилась.
– Мне кажется, ты уже удостоверился, что я не утону. А теперь ты не мог бы уйти? Мне нужно одеться.
– Но я подумал, тебе может понадобиться помощь, чтобы выбраться из кадки, – ответил Тэвиг, протягивая девушке полотенце. – Мне кажется, тебе было бы очень неудобно вылезать самой.
– Справлюсь без твоей помощи, – отрезала Мойра. Тэвиг наклонился и поцеловал ее в губы.
– Что ж, в таком случае я просто посмотрю на тебя, моя милая.
– Мошенник, – проворчала Мойра. – Лжец и мошенник. – Она уже устала сидеть в кадке. – Мне, наверное, не стоит ожидать, что ты закроешь глаза?
– Не стоит, любимая. С моей стороны было бы глупо закрывать глаза.
– Я просто прошу тебя вести себя как благородный человек.
Тэвиг в ответ рассмеялся, а Мойра тихонько выругалась. Они с Тэвигом были любовниками, и она не понимала, почему вдруг устыдилась своей наготы. Как ни странно, ей действительно было очень неловко. Но вода уже почти остыла, и пора было выбираться из кадки. Сделав глубокий вдох, она выпрямилась во весь рост.
Глава 10
Когда Мойра встала, у Тэвига перехватило дыхание. Девушка хмурилась, но даже это не могло затмить ее красоту. Капельки воды придавали ее нежной коже манящий блеск, и ужасно не хотелось скрывать эту красоту полотенцем. Но тут Мойра вздрогнула, и Тэвиг, сообразив, что ей холодно, накинул ей на плечи полотенце и, подхватив на руки, вытащил из кадки.
– Но так ведь невозможно вытираться, – пробормотала она, когда он принялся ее целовать.
– Зато это поможет тебе согреться. – Он обнял ее покрепче.
– Ах, а теперь мне уже жарко. – Мойра улыбнулась, обвивая руками его шею.
Тэвиг тихо застонал и, целуя девушку в губы, понес ее к копне сена. Бросив на сено полотенце, он опустил Мойру сверху, затем накрыл ее своим телом. Было совершенно очевидно, что она желала его так же страстно, как он ее. Чуть приподнявшись, Тэвиг принялся раздеваться.
– Томас?! – раздался внезапно женский голос.
Тэвиг, сразу же узнав этот визгливый голос, резко повернулся к открытой двери. Мойра же тихонько вскрикнула и, мысленно проклиная все на свете, завернулась в полотенце. Тэвиг какое-то время молча смотрел на женщину, вошедшую в коровник. Затем, нахмурившись, спросил:
– Джинни, что ты здесь делаешь?
– Слухи о твоем возращении быстро разнеслись по округе, – ответила брюнетка с пышными формами. Приблизившись к Тэвигу, она добавила: – К сожалению, Мэри не сказала, где ты, поэтому я решила сама поискать.
Что ж, ты меня нашла. Рад видеть тебя в добром здравии. А теперь – прощай.
Томас, как ты можешь так говорить со мной' после всего, что у нас было? Кто эта потаскуха?
Эта женщина – моя жена, – процедил Тэвиг сквозь зубы; ему ужасно хотелось влепить Джинни пощечину за оскорбление Мойры.
Твоя жена?! – Джинни сжала кулаки и подошла еще ближе; ее глаза пылали яростью. – Ах да, вспоминаю… Когда я спросила про тебя, эта глупая Мэри сказана, что ты занят. Но я не думала, что она имеет в виду жену. Как же ты мог жениться на другой после всего, что между нами было?
