– Да, в прошлом… – в задумчивости пробормотана Мэри. – Джинни всегда будет одной из тех женщин, которые присутствуют в прошлом мужчины. А ты из тех, которые направляют мужчину в будущее. Печально говорить, но почти у всех мужчин до женитьбы бывают любовницы. Мужчины изо всех сил стараются избавиться от невинности, так что женщинам вроде нас приходится прощать им связь с такими, как Джинни.
– Да, знаю, – – кивнула Мойра. – Хотя прощать-то нечего. Ведь тогда мы с ним не были знакомы, а сейчас он не связывается с ней. Хотя знаете, наверное, глупое моей стороны, но я все-таки опасаюсь, что она сумеет как-то уговорить его…
Мэри с усмешкой закивала:
– Да, верно, она льстивая. Многие мужчины не в силах устоять перед лестью.
– А вы не думаете, что немного нечестно, когда мужчины осуждают ее именно за то, что делают они сами? – спросила Мойра.
– Да, нечестно, но некоторые мужчины могут простить женщине, что у той когда-то был любовник. Но у Джинни душа распутницы, в том-то все и дело. И она никогда не станет другой. А у тебя нет причин беспокоиться. Твой муж не вернется к ней. Если бы ты плохо грела его постель, он не пожелал бы делить ее с тобой. Я абсолютно уверена в том, что он желает тебя гораздо сильнее, чем когда-то желал Джинни. Я видела, как блестят его черные глаза каждый раз, когда он смотрит в твою сторону.
– Правда? – Мойре часто казалось, что и она это замечает, но опасалась, что видит желаемое, а не реальность.
– Да, правда. Если мужчина любит тебя, то это сразу заметно. Неужели ты не понимаешь?
Мойра промолчала. «Если мужчина любит тебя», – эхом прозвучало у нее в ушах. Но Мэри ведь не знала, что Тэвиг никогда не говорил о любви… Правда, время от времени он говорил о предназначении, но Мойра не знала, верить ли этим его словам. К тому же ей не хотелось, чтобы Тэвиг остался с ней только из-за того, что так повелел ему внутренний голос.
Внимательно посмотрев на девушку, Мэри с грустной улыбкой заметила:
– Похоже, я не очень-то тебя успокоила. Что ж, мне прекрасно знакомы твои страхи. Я испытывала то же самое, когда была девушкой и отдала предпочтение Роберту. Прости, что вмешиваюсь, но мне хотелось бы дать совет. Не изводи мужа своими страхами, не обвиняй его в чем-либо, если у тебя нет верных доказательств того, что он сделал что-то плохое. И почаще наблюдай за ним, обращай внимание на его слова и поступки. Готова держать пари: ты скоро убедишься, что у тебя нет причин опасаться женщин, с которыми он когда-то был знаком, или тех, которые пытаются привлечь его внимание.
Мойра кивнула:
– Да, спасибо. Я попытаюсь запомнить ваш совет.
Мэри тут же сменила тему и заговорила о последних новостях; ее интересовали любые новости, все, что Мойра могла рассказать.
Было уже довольно поздно, когда «молодые супруги» удалились для ночлега в угол, отгороженный занавесками. А Мэри с Робертом отправились ночевать наверх, к детям. Поспешно раздевшись до рубашки, Мойра забралась на кровать.
– Сегодня вечером ты была слишком уж тихая, – сказал Тэвиг, устраиваясь с ней рядом и привлекая ее к себе.
– Я боялась, что меня уличат во лжи, – ответила Мойра. – Знаешь, очень трудно лгать этим людям.
Тэвиг принялся поглаживать ее по плечам и по спине.
– Да, понимаю. Только я думаю, дорогая, что тебя волнует совсем другое. После встречи с Джинни ты очень мало говорила. Ты же не думала, что я попытаюсь улизнуть к ней в постель?
«Неужели для всех так очевидны мои опасения?» – в досаде подумала Мойра.
– А почему ты решил, что меня это волнует? – спросила она.
Тэвиг рассмеялся и поцеловал ее в губы.
– Дорогая, у тебя нет оснований для ревности.
– Я вовсе не ревную, – запротестовала Мойра, но Тэвиг снова ее поцеловал.
– И тебе не нужно опасаться, что я не смогу хранить верность. Зачем мне стремиться к другой женщине, когда в объятиях моих такое сладкое пламя?
– Но и у другой есть кое-какие достоинства, – заметила Мойра и невольно вздрогнула. «Неужели я высказала вслух свои опасения?» – промелькнуло у нее.
– Милая моя, какая же ты глупенькая…
– Замечательный комплимент, – пробурчала Мойра. Тэвиг громко рассмеялся.
– Но зато ты настоящая красавица, пусть даже у тебя никогда не будет пышных форм, как у Джинни. Милая, я буду с тобой откровенен. Даже страстно желая обнять тебя, я часто задавался вопросом: почему я испытываю такое желание? Ведь ты совсем не такая, какие мне обычно нравятся. Но знаешь, после того как мы с тобой соединились, я понял, что меня этот вопрос уже больше никогда не будет интересовать. – Он провел ладонью по ее бедру. – Дорогая, у тебя прекрасная фигурка. Более того, у тебя есть все, что только может пожелать мужчина.
Мойра была тронута этими его словами. Тэвиг не произносил красивых речей и не осыпал ее лестью, поэтому поверить ему было не так уж трудно. Кроме того, он часто говорил об их страсти, и этому Мойра тоже верила. Тихонько вздохнув, она прошептала:
– Прости меня, пожалуйста. Видишь ли, я просто подумала о том… Подумала, что у Джинни хорошенькое личико и такие формы, о которых поют все трубадуры. Я увидела ее и…
Тэвиг криво усмехнулся:
– Решила, что скоро и я начну слагать о ней баллады?
– Но когда-то ты это делал?
Он решительно покачал головой:
– Нет, никогда. Я никогда не испытывал к ней никаких чувств, была только потребность удовлетворить желание. Джинни же всегда была похотлива, и меня это вполне устраивало. Но я сразу же, едва взглянув на нее, понял, что было бы лучше с ней не связываться. К сожалению, я не сумел сдержаться…
Мойра взглянула на него с удивлением.
– Сразу же понял, что лучше не связываться? Что ты имеешь в виду? Расскажи, мне просто любопытно.
Тэвиг ненадолго задумался, потом вновь заговорил:
– Это довольно трудно объяснить. Возможно, не каждый мужчина это чувствует. Возможно, мне помогает мой дар. Но я взглянул на нее – и тотчас же понял: она доставит мне множество неприятностей. И каждый раз, когда я направлялся в эту деревню, я говорил себе, что теперь уж откажусь от ее услуг. Однако получалось так, что я все время откладывал решительный разрыв с этой женщиной. – Виновато улыбнувшись, Тэвиг добавил: – И это как раз то, чем мне не следует гордиться.
Мойра вздохнула с облегчением и, улыбнувшись, заметила:
– Но ты никогда и не пытался объявить себя святым.
Джинни больше не представляла для нее угрозы, – теперь Мойра уже нисколько в этом не сомневалась. Да, у нее не было ни малейших оснований для ревности, пусть даже ей не очень-то нравилось думать о том, что Тэвиг спал с этой женщиной.
– Верно, я не святой. Будь я таковым, не прилагал бы столько усилий, чтобы соблазнить тебя.
