задерживавшихся караванов с рыбных стоянок. На фоне дележки вспыхнули массовые недовольства, а вместе с ними и число драк, споров и даже дезертирств со стороны западных налётчиц. «Такого раньше никогда не было». — Поделилась своими мыслями и переживаниями с парнем Леона, которой в последнее время становилось всё хуже и хуже.
После того, как в шатер Миримэ Энэ Жак стал наведываться всё чаще, тигрица подверглась настоящей травле, как со стороны людей, не успевших забыть поступка Ай-Сай, так и сородичей, ставших всё чаще беззлобно попрекать младшую в слабохарактерности и нерешительности. Олег тоже это видел. Пусть ему и было выгодно, чтобы девочка как можно сильнее разочаровалась в своих соплеменницах, он всё равно продолжал поддерживать ту, как только мог. Ходил с ней на собрания, иногда в обходы, спал с ней под одним шатром. Что удивительно, за всё то время, когда-то гордая воительница ни разу не предприняла попытки с ним переспать. То ли боясь, то ли стыдясь чего-то. Леона понимала, что с каждым днем, время второй свадьбы с Ай-Сай неумолимо приближалось, однако поделать с собой ничего не могла. Некий страх перед победившим её мужчиной сковал тело, забрал былую решимость.
Тем временем раскинутые Олегом в разные стороны ниточки дали свои плоды. Мизи за время их странствия проделала колоссальную работу. Сквозь распустившихся стражниц, забывших о том, что они стерегут военнопленных, шел настоящий информационный поток. Многие Ламийские воительницы успели втереться в доверия своих западных «сестер», разговоры о мире и гармонии всё чаще стали мелькать в их диалогах, однако это было лишь на словах. Гордые и озлобленные, они по-прежнему угнетались и недоедали. Не смотря на обещание полуэльфийки, её подчиненные зачастую зажимали положенный пленницам рацион, вынуждая тех периодически голодать. Никакой дружбы не было. Фальш до того момента, когда они достигнут леса, и тогда, в одну прекрасную ночь, Мизи вновь устроит драку из-за еды. Благо, тактике разжигания ненависти к ближнему своему авантюристка была обучена хорошо.
В их план входило устроить несколько массовых потасовок, после чего последняя уцелевшая спутница Пут должна была поджечь при помощи магических камней идущие в тылу обозы с провиантом. Это должно было посеять панику, в которой одна из пленных Ламийских волшебниц сотворила бы заклятие «бесконтрольной отваги». Оно полностью блокировала восприятие приказов и боевых задач. Если человек был в состоянии смуты или шока, некоторое время он становился полностью неуправляемым. Не знающая, что ей делать, зачарованная воительница могла сотворить множество глупых и неуместных «героическиъ» дел. Крайне слабое и непродолжительное проклятие, оно было большей шалостью, чем заклинанием, но в вопросе суматохи подходило как нельзя кстати.
По поводу охраны, день и ночь следившей за его людьми, мужчина тоже не переживал. Их вели в авангарде, по проложенному Олегам маршруту, который тот при помощи тайных посланий Катарине и Зоре, периодически изменял и дорабатывал, что крайне бесило и настораживало Энэ и без того ждавшую какую-то подлянку от явно, по её мнению, не сдавшегося мальчишки.
Верховная мать, обременённая множеством забот по управлению свалившимися на её голову территориями, не забывала следить за пленницами и самим Жаком. Постоянными подкупами и разного рода предлогами и привилегиями она переманивала на свою сторону падких и слабых на уши ламиек, тем самым думая, что так всегда будет на шаг впереди парня, зная, что и когда планируют его воительницы.
Как бы не так. Отвлеченная множеством обязанностей, полуэльфийка с каждым днем отставала на парня на шаг или другой. Скармливая непроверенным людям из военнопленных дезинформацию, Ламийские сотницы с подачи Олега вели мысли своих пленительниц в совершенно другом направлении. В какой-то момент, сама того не понимая, Энэ уже была полностью в руках мужчины, людям которого всего-то и стоило шепнуть кому надо о том, что перед главным сражением под Лайдалаем, местом разгромного поражения Западной армии, их командующий отправил группу своих доверенных воительниц в Великий лес для каких-то переговоров с кем-то непонятным.
Информация была неточная, непроверенная и ничем не подтвержденная, но даже этого хватило Миримэ для того, чтобы провести пару бессонных ночей в размышлениях. Не придумав ничего лучше, она, отпустив пленниц и небольшой отряд размеров в полторы тысячи на расстоянии двух километров от основного войска, рассчитывала в случае чего прикрыться теми, или таким образом обнаружить заранее спланированную засаду.
За пять километров до лесной чащи армия остановилось. По совету Лило, личной горничной Энэ, Жака, шедшего впереди армии, вместе с военнопленными предусмотрительно переместили ближе к центру на случай, если тот попытается сбежать. Поступок продуманный, но не до конца. Сейчас, когда Олег полностью овладел утраченной силой, для него не составило бы труда сбежать от своих смотрительниц, да и к тому же вера в то, что Леона сбежит вместе с ним, неоправданно крепла в его голове. Сегодня та была сама не своя. Кусая ногти, девчонка нервно поглядывала в сторону арьергарда, где шагала Ай-Сай, и всё чаще после этого зацикливала своё внимание на возвышающейся перед ними кромке леса.
Когда все приготовления были завершены, а парень был полностью под её контролем, Энэ отдала приказ своей армии двигаться дальше. Разбитая дорога сменилась плотной ледяной тропой, быки и тяговые лошади, наконец-то почувствовав под копытами твёрдую поверхность, ускоренно покатили вперед. Первые, ещё зеленые хвои, сменялись вторыми, третьими и последними…
Не похожими ни на какой другой вид деревьев, полностью белые, еле-еле разместились по левую сторону дороги, красные как сама кровь сосны, по правую. На дороге из неведомой дымки возникли два силуэта, потребовавших незваных гостей немедленно остановиться.
— Этот лес, а также всё, что находится в нем, — собственность Королевы ведьм. — Проговорила белая ведьма на фоне красных деревьев
— Ни живые, ни мёртвые не имеют здесь власти, а те, кто желают идти нашими тропами, должны заплатить кровавую цену. — Дополнила первую красная ведьма, позади которой возвышались белые ели.
— Эти земли принадлежат Верховной матери, правительнице Запада, великой…
— Принадлежали. — Перебила Асу белая.
— Возможно, когда-то. — Серьезным тоном добавила Красная.
— Ничто не вечно, ни реки, ни горы, ни вода, ни песок. Так же не вечны как границы королевств смертных. — Заменяя одна другую, говорили ведьмы. — Наша цена — тысяча сердец.
— Мы не можем принести в жертву столько лошадей, коз и быков.
