поранилась новыми шипами, и пришлось Тэмиру её лечить.
Стоило им появиться во дворе, как неугомонная кариатида снова завопила:
— Опять будешь истязать бедняжку? Есть в тебе сердце, или тебе его забыли выдать? Ой, опять стала крошкой-дракошкой!
После перевоплощения Рубин долго ходила по двору, то и дело хлопала крыльями, приглашая седока на спину, но принцу казалось, что драконша слишком мала, чтобы поднять его. Надо девочку как-то подкормить, позволить набраться сил. Видар обнял нетерпеливую драконшу за шею и попросил:
— Мы можем сегодня не взлетать? Давай походим по земле. Я хочу привыкнуть. Это ведь и для меня впервые.
Зара кивнула, приняла седока себе на спину и потопала вдоль строений. Кариатида, не стесняясь выражений, ругала Тэмира, на чём свет стоит:
— Ах ты, безответственный свин! Куда полез? Хочешь малышке спину сломать, неуклюжий балбес? И как таких Эльвондия носит, безмозглый возница!..
Так их и застали Леон с Тианой. Ноён только махнула рукой, и кариатида, словно подавившись собственной злостью, внезапно стихла. Тут же на принца налетело невесомое тело и вцепилось в шею, припав к плечу и уливая его не до конца высохшую футболку слезами.
— Эль? Ты что тут делаешь? — изумился Тэмир.
— Принц, как хорошо, что ты нашёлся! — всё крепче цеплялся за возлюбленного эльф.
— М-м, — попытался хоть немного ослабить его хватку Тэм. Не вышло. — Ну… Эль, но как ты нашёл меня?
— Они привели, — не отрывая лица от плеча принца, он указал на Ноён и Аметиста.
Тэмир посмотрел в их сторону, и те едва не рухнули перед ним на колени, такой гневный взгляд подарил прибывшим принц. Видимо, слабость волшебницы тут же почувствовала каменная скандалистка и снова принялась костерить всех и каждого:
— Нет, вы посмотрите на эту компашку: одна огромная, как гора, вторая мелкая, как собака. А это что за немощное создание? Стрекоза в паутину попала? Слышишь, идиотик, слезь с этой коротышки, а то все каблуки сотрёшь, пока она тебя по двору катает! А ты, лиловый, не рычи на меня, а то я всем расскажу, как ты раньше на свою наездницу пялился…
Леон прерывает поток гадостей, просто набросив статуе на голову свой шарф и замотав его покрепче. Он боится смотреть по сторонам, но вдруг слышит недовольное от Тианы:
— Эль, мы договаривались, что ты будешь находиться рядом с принцем, а не на нём! Отпусти Видара, он больше не простой официант!
— Какая ты всё-таки тупая, боевая волшебница, — качает головой Эльф, всё же слезая с Тэмира. — То, что он — принц, я понял с первого взгляда! Только у настоящего Видара может быть такое прекрасное доброе сердце! Да, не смотри на меня так, ты знаешь только Лэмира Видара, а я, — Эль смущённо смотрит на Тэмира, — пережил троих правителей. И могу сказать, что Лэмир — это что-то неправильное, а вот мой принц — как раз то что должно быть! — с восхищением смотрит эльф на смутившегося парня, который уже стоит на земле и держит руку на спине изумрудного дракона.
— Ладно, прекратите пререкаться и идём в дом, — настороженно оглядываясь, предложил Видар. — Там поговорим. Зара, возвращайся аккуратнее. Леон, помоги ей, она опять ранится.
Зайдя в дом, эльф встал, как вкопанный! Возмущение так и полезло из него:
— Нельзя так жить, Ваше Высочество! Разве это место для Вас? Да в Вашей квартире уюта было больше, чем в этом курятнике!
— Что? — зарычала Тиана. — Как ты смеешь? Это — мой дом!
— И почему я не удивлён? — презрительно обводя взглядом захламлённое жилище, продолжал гнуть своё эльф. — А слуги были гномы? Только они любят накидать разноцветных тряпок, и думают, что это офигеть, какая красотища! Мой принц, я создам для Вас уют в этом свинарнике!
— Ты не обязан, Эль! — еле сдерживая смех, заявил Тэмир.
— Но я сам этого хочу. Позвольте мне сделать для Вас хоть что-то, — взмолился невесомый, снова уставившись на принца немигающим взором.
— Эль, тогда просто убери мою комнату. Остальное пусть делают слуги, которых наймёт госпожа Ноён, — уверенно глядя в глаза волшебнице, заявил принц.
Эль поклонился. Тэмир показал ему свои «покои», и парень приступил к работе. Тиана вздохнула и нажала на кольцо. Тотчас перед ней возник колдун из агентства по найму обслуги, который то и дело строил волшебнице глазки, пытался взять за руку, понимая, какая «сочная» клиентка ему попалась. Он предложил нескольких гномов в слуги Ноён, но та, вспомнив нелестный отзыв о них от Эля, поинтересовалась, кто есть ещё. В итоге наняла двух ведьм и четверых вампиров. Вскоре дом засиял чистотой.
Не то, чтобы Тиана не знала заклинаний, способных превратить её жильё в уютный дом, но тратить на это энергию, магию и время девушка не желала. Проще, гораздо проще позвать тех, кто согласится сделать это ради нескольких доциков: и ей чистота, и им какой-никакой доход.
Ноён умела делать другие вещи. Например, она знала, что эльфы могут по-настоящему отдохнуть только в своём истинном облике, а для этого у них должно быть безопасное и прекрасное местечко для сна. Прикрыв глаза, Тиана собрала на руке сгусток магии, и к нему сразу притянулись из сада самые свежие и ароматные лепестки белых лилий, который сложились в очаровательную бутоньерку. Подумав, волшебница влила в это украшение немного магии, чтобы оно долгие годы оставалось свежим и благоухающим. Держа его на ладони, она прошла в комнату, которую когда-то занимала сама, но теперь без раздумий отдала её принцу со свитой, а сама перебралась в одну из гостевых, мало отличающихся от дешёвых номеров в придорожных мотелях в мире, где она работала полицейским. Эль почти закончил уборку и висел около люстры, перебирая изящные подвески. Он настороженно посмотрел на вошедшую. Та молча прошла к окну, положила на него бутоньерку и равнодушно сказала:
— Твоя постель. Это окно выходит на Восток, и ты сможешь завтракать прямо в кровати.
Эль оторопело смотрел, как за волшебницей закрылась дверь. Он подлетел к окну и увидел совершенно очаровательную кровать! От счастья эльф сразу принял свой обычный вид и нырнул под лепесток — как давно он не чувствовал себя так прекрасно! Неужели эта злобная Ноён умеет делать что-то помимо того, что вызывать на бой и унижать других магов? Да, он тоже был про неё наслышан! И когда понял, что его новый хозяин — тот самый бешеный Аметист, чуть не помер на месте! Однако принц так уверенно защищал его перед всеми, что, кажется, впервые в жизни эльф понял, что такое — не бояться, потому что есть
