к затаившейся черепахе и принимаются кусать и щипать выросты, за что нередко платят жизнью: черепаха затягивает их в свой огромный рот с помощью своеобразного «водяного насоса».
При этом челюсти у матаматы слабые и служат чем-то вроде упругого каркаса, поддерживающего передний край сильно растягивающихся рта и глотки. И стоит ей резко выдвинуть голову в сторону жертвы, как челюсти широко раскрываются, и в ротовую полость быстро затягивается все, что плавало вокруг и не смогло вовремя уплыть из опасного места. Если же матамата случайно проглотит мертвую рыбу, то тотчас отрыгнет: в ее меню, оказывается, должны быть только свежие продукты.
Глава 4
Парад нестандартных
Конечно же, способности морских черепах в безбрежных водах Мирового океана находить тот единственный остров, на котором они должны отложить яйца, не могут не вызвать восхищения и удивления. Так же как и своеобразная жизнь морских змей.
Трехглазая туатара
На 20 пустынных островах Новой Зеландии обитает знаменитая трехглазая ящерица гаттерия, или туатара. Да-да, именно трехглазая, хотя подобное утверждение может совершенно сбить с толку читателя: ведь ему доподлинно известно, что все позвоночные животные в своем распоряжении имеют только парный орган зрения.
Расположен этот третий глаз на темени. Правда, назвать эту структуру глазом можно лишь с натяжкой, поскольку и хрусталик, и сетчатка в нем недоразвиты. Поэтому и видеть им гаттерия по-настоящему не может, а только отличает свет от тьмы.
Помимо гаттерии, на Новозеландских островах гнездятся еще и тысячи буревестников, которые для выведения потомства роют норы. Так вот гаттерия, чтобы не утруждать себя рытьем нор, вовсю эксплуатирует «жилье» своих крылатых соседей.
Конечно, буревестники не особо приветствуют наглость непрошеной «гостьи». Те из них, кто немного мельче и не в состоянии оказать сопротивление 70-сантиметровой ящерице, вынуждены уступить ей уголок в своем доме. Впрочем, квартирантка особо не мешает хозяевам: с темнотой, когда буревестники возвращаются в свой дом, гаттерия отправляется на охоту и почти до самого утра проводит время вне норы. Но когда этот трехглазый представитель рептилий попытается вторгнуться в жилище более крупных буревестников, то может получить довольно серьезное сопротивление и уйти не солоно хлебавши.
Впрочем, исследования последних лет ставят под сомнение совместное проживание птиц и рептилии в одной норе. Да, — утверждают некоторые орнитологи, — гаттерия занимает норы мелких буревестников. Причем делают они это с применением силы. И не в состоянии противостоять мощи и наглости захватчиков, буревестники покидают свои жилища, а вместе с ними и кладку яиц, которую гаттерии с немалым удовольствием съедают. А вот взрослые буревестники гаттериям не поддаются и прогоняют их со своих территорий. И если нет свободных нор, гаттерии вынуждены рыть их сами.
Какая из этих версий соответствует действительности, сказать трудно. Возможно, что во взаимоотношениях буревестников и гаттерий встречаются обе. Мало ли обстоятельств, когда даже, казалось бы, самым непримиримым врагам приходится терпеть друг друга.
Морские змеи
Большинство людей считает, что змеи — это коренные обитатели суши, которые лишь изредка, в крайних случаях, забираются в воду. И в качестве примера приведут, конечно же, ужа обыкновенного.
Тем не менее в природе существует немало змей, для которых вода — дом родной. И, что особенно любопытно, среди них насчитывается более пятидесяти видов, нашедших прибежище в соленых водах морей и океанов.
Облик морских змей очень характерный: маленькая голова с небольшими глазами, имеющими круглый зрачок, плавно переходит в туловище. Спереди оно вальковатое, а в задней части заканчивается широким и плоским хвостом, похожим на лопасть весла. Эта особенность в строении позволяет морским змеям свободно передвигаться в воде, причем одинаково успешно как вперед, так и назад. Их средние размеры не превышают 1,0–1,2 метра, хотя некоторые виды достигают в длину и 3 метров. И все они ядовиты.
Особенно многочисленны как по числу видов, так и по количеству особей морские змеи у берегов Азии — от Персидского залива до Японии, а также южнее Австралии и восточнее острова Самоа. Филиппинские рыбаки иногда обнаруживают в одной сети до сотни морских змей. Излюбленные места обитания этих пресмыкающихся — прибрежные воды в полосе до 5–6 километров от берега, особенно близ устьев крупных рек.
Иногда эти создания собираются на поверхности водной глади в огромные стаи. Так, в 1932 году в Малаккском проливе было замечено целое скопище беспорядочно сплетенных между собой змей. Живая лента, которую образовали рептилии, имела в ширину три метра, а в длину — около 110 километров. В этом скоплении, по приблизительным подсчетам, находилось до миллиона животных. Что послужило причиной для такого массового скопления змей — сказать трудно. Но, скорее всего, то было брачное сборище.
«У всех видов змей ноздри находятся сверху, что позволяет им дышать, выставляя на поверхность лишь небольшую часть головы. При погружении носовые полости закрываются кожными клапанами, которые не дают воде проникнуть внутрь, а воздуху — выйти наружу. Опыты показывают, что некоторые морские змеи могут „задерживать дыхание“ на целых восемь часов… Большинство морских змей предпочитает охотиться в дневное время. Они ложатся на дно и устраивают засаду, внезапно и быстро нападая на добычу — точь-в-точь, как и их сухопутные сородичи. Жертву, в том числе рыб в два раза толще себя, они заглатывают головой вперед». (Уильям Кроми. «Обитатели бездны» Л., 1971).
А вот единственная в мире пелагическая змея — двуцветная пеламида промышляет хитростью: чуть свесив голову и хвост, она замирает на воде и выжидает, когда, заинтересовавшись неподвижным предметом, к ней приблизятся рыбки на приемлемое для результативного броска расстояние. И тогда змея не зевает: изогнув гибкое тело, она кусает добычу и, убив ядом, глотает.
Сами же морские змеи становятся жертвами акул и морских птиц. Английский герпетолог Малькольм Смит, путешествовавший по Малайе, писал: «Я видел большой буй, покрытый
