— Как вы понимаете, мы не можем печатать объявления в рубриках «Требуются сотрудники». Нам нужны специалисты узкого профиля, и мы следим за всеми восходящими звездами генетической энтомологии. Таких людей очень мало, хотя спрос на них растет. Принимая это во внимание, мы и организуем здесь свою работу. Многие эксперименты протекают в автоматическом режиме, люди контролируют их ход только по мере необходимости.
Они вернулись в начало коридора и подошли к лифту в вестибюле. Комнаты справа резко отличались от лабораторных помещений — стены там были темнее, и выглядели они доступнее и уютней. Через окно Лора увидела раздевалку с индивидуальными шкафчиками, из которой двери вели в другие комнаты, обставленные весьма скудно.
— Это — жилые помещения, здесь располагаются все сотрудники, кроме меня, — сказал Бишоп. — Комнаты научного персонала слева, а люди майора Уэбстера живут и тренируются по другую сторону. Там их спальни и тренажерный зал. Майор — один из тех профессиональных военных, которые способны выполнять свою работу в любых условиях, днем и ночью, в дождь и снег. Иногда ему приходится так и делать. Он — воплощенная надежность и отвечает за военную сторону операции с первого дня нашей деятельности. Особая служба ВВС Великобритании, Силы спецопераций ВМС США, израильский спецназ — он прослужил там немало лет. Нам удалось его заполучить только потому, что во время второго бракоразводного процесса ему понадобились деньги, много денег. Уэбстер подписал договор на год — и с тех пор остался в БРЭВИСе. Обычно в его команде десять человек, но по известным вам причинам теперь их только восемь. Эти двое стали первыми потерями Карла за много лет, и он не допустит гибели других. Тем не менее все эти люди в вашем распоряжении.
Всего два дня назад Лоре не могло и в голову прийти, что она окажется в ситуации, когда ей понадобится помощь элитного военного подразделения. Теперь же она этого вовсе не исключала.
— Хорошо, я буду иметь в виду ваши слова.
— Что ж, первое знакомство можно считать законченным. — Бишоп снял с пояса рацию и поднес ко рту. — Майор Уэбстер, я прошу вас и тех ваших людей, кто сейчас свободен, сопровождать нас к станции А. — Затем он вновь обратился к Лоре: — Лучше перестраховаться.
В ожидании Уэбстера Бишоп переминался с ноги на ногу, а Лора пыталась разглядеть, что происходит в лаборатории Гарри Мерчанта. Ближе всех к окну стоял сам Гарри, и Лора внимательно следила за тем, как он с помощью миниатюрного шприца делал инъекцию осе. Отложив в сторону шприц и отпустив насекомое, он стал наблюдать за ним. Оса ошалело перемещалась внутри прозрачного куба. По-видимому Гарри ожидал чего-то другого, но Лору поразило, что он сунул руку в перчатку, вделанную в стенку куба, и раздавил насекомое, превратив его в горчичного цвета кашицу. Небольшой рой из соседнего контейнера тут же переместился в сторону останков осы, о чем Гарри сделал соответствующую пометку в ноутбуке. Именно в этот момент Лора поняла, до какой степени исследования, проводимые в БРЭВИСе, отличаются от ее собственных: она всегда действовала так, чтобы свести к минимуму возможный вред, приносимый живым существам. Здесь во главу угла ставили достижение определенной цели любыми средствами, шли вперед широкими шагами, а не нащупывали путь к новым знаниям с опаской и оглядкой.
Лора, разумеется, знала, что, оказавшись в опасности или устремляясь в атаку, оса испускает феромон тревоги, и все окрестные осы, привлеченные этим феромоном, летят к ней на помощь. Но при этом она никогда бы не убила осу, чтобы вызвать у других насекомых подобную реакцию. Гарри поднял глаза на Лору, увидел, что она наблюдает за происходящим в лаборатории, и смущенно, почти виновато улыбнулся, словно его застали за каким-то постыдным занятием.
Появление майора Уэбстера разрядило возникшую неловкость.
— Я подумал, что присутствие майора будет полезно, когда мы перейдем в пункт наблюдения для проверки состояния гнезда, — сказал Бишоп. — Он сообщит вам, какие действия его команда уже предпринимала, и поделится своим мнением о тех мерах, которые, возможно, предложите вы. — Бишоп сделал знак Гарри Мерчанту присоединиться к ним. — Полагаю, нам стоит выслушать и точку зрения Гарри. Он имеет полное представление о наших возможностях. Вчетвером нам и предстоит решить, что делать дальше.
Гарри снял защитный костюм и ожидал, когда Бишоп его представит Лоре.
— Гарри Мерчант, Лора Трент.
Его рукопожатие было, пожалуй, излишне крепким.
— Ну как же, как же — доктор Трент из Британской энтомологической ассоциации. Я с большим интересом прочел вашу статью о влиянии светового дня на репродуктивную функцию.
— Благодарю вас, — сказала Лора, обезоруженная таким признанием.
— Ситуация сложилась непростая, я знаю. С такой вам вряд ли приходилось встречаться. Не хочу показаться излишне самонадеянным, но мы сможем быстро ввести вас в курс дела.
В этот момент Гарри подмигнул — или это был нервный тик? В любом случае Лоре это не понравилось.
— Прошу, — Бишоп указал рукой на запертую дверь за жилыми помещениями для военных, и Уэбстер приложил ладонь к сканеру. Они оказались в просторной комнате с оборудованием, обеспечивающим внутреннюю безопасность. Мониторы располагались в три ряда, каждый из которых позволял вести наблюдение за своей зоной комплекса. Перед черными микрофонами в креслах сидели Гаррет, Ван Аренн и Миллс. Вид у девушки был совершенно измученный. По приказу Бишопа Уэбстер сорвал их с коек, стараясь не слушать дружные проклятия разбуженных усталых людей, и отправил сюда. Солдаты дежурили в пункте наблюдения согласно графику, когда не участвовали в операциях по зачистке, но они терпеть не могли сидеть в этом помещении, тем более когда их будили, не дав поспать и часа. Делать здесь было совершенно нечего. Однако они находились на службе и получали жалованье, а потому им следовало мириться с необходимостью то и дело выполнять работу, лишенную всякого смысла. Бывшие морпехи, они привыкли к тому, что на минуту полного напряжения всех сил в их службе приходится девять минут рутины и скуки, но рутина не становилась от этого привлекательнее.
Дело усугублялось их отношением к Бишопу. Гибель Роуча и Мартин была еще свежа в их памяти, и когда человек, которого они считали виновным в этой трагедии, вошел в комнату, они и не подумали скрывать свое презрение к нему. Бишоп ощутил на себе их враждебные взгляды, как только переступил через порог.
— Э-э-э… Пожалуй, эта беседа не касается ваших людей, майор, — сказал Бишоп.
Трое дежурных повернулись к своему командиру. Уэбстер кивнул.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
