хлопотала у очага. В тот день на ней было пурпурное платье. Несмотря на уединенную жизнь в глуши, она любила наряды и имела обширный гардероб. Девушка что-то помешивала в медном котелке, соблазнительно наклонившись. В комнате пахло пряными травами. Видимо, Марианна вновь готовила какой-то отвар. Ричард украдкой наблюдал за ней.
Она отошла от котла, и Дик притворился спящим. Марианна скользнула по нему взглядом и с сожалением увидела, что рыцарь все еще спал. Она начала привыкать к нему. Ей нравилось с ним разговаривать и нравилось, что в ее доме поселился кто-то еще. Девушка не торопясь перебирала травы в мешочке, иногда переводя взгляд на Ричарда и о чем-то размышляя.
В это время Дик решил, что достаточно притворяться, и открыл глаза.
– Доброе утро, – сказал он.
– Доброе утро, Дик. Как ты себя чувствуешь? – участливо спросила Марианна.
Ричард чувствовал себя неплохо. Ее улыбка, глубокий нежный взгляд и открытое декольте казались сегодня настолько притягательны, что рыцарь на время забыл о своем ранении. Марианна протянула ему кружку с душистым напитком.
– Это отвар утесника, – сказала она. – Попробуй, Дик, он вкусный и пробуждает в душе надежду.
Ричард отпил глоток. Вкус был терпкий, но и вправду приятный. Марианна зачерпнула в котелке кружечку для себя и присела рядом. От ее тела чувствовалось тепло, она легонько касалась Дика бедром и сидела, чуть откинувшись, опираясь на руку, отчего ее грудь красиво вздымалась в такт дыханию. Маленькими глотками она осторожно пила горячий отвар, смотря на рыцаря из-под опущенных длинных ресниц.
Дик скользил взглядом по ее фигуре. Возбуждающие линии женского тела, скрытые тонким пурпурным платьем, волновали воображение крестоносца. Заметив его взгляд, Марианна слегка смутилась, но придвинулась ближе.
– Тебе нравится мой напиток, Дик? – спросила она.
– Да, – ответил рыцарь, – вкус необычный, но довольно приятный.
– Хочешь, я принесу еще? – прошептала девушка, склонившись над Ричардом так, что кончики пышных волос щекотали его лицо. Дик чувствовал, как она касалась его упругой грудью. Марианна пахла мятой и вереском. Она нежно прильнула к рыцарю, их губы слились в долгом поцелуе…
Когда они разомкнули объятия, отвар утесника уже совсем остыл. Дождь прекратился, и день приближался к вечеру. В очаге догорели поленья. Скалы окутал туман, внизу тихо шумели волны. Девушка вышла из дома, чтоб дать овса коню Ричарда, а когда вернулась, Дик уже уснул. Марианне давно надоело проводить ночи на стуле, и она тихонько прилегла рядом.
***
День шел за днем и ночь за ночью. Здесь, на затерянных утесах, время текло безмятежно и легко. Цветущие вереск и дрок, крик чаек и соленые волны, набегающие на скалы, умиротворяли душу, унося сознание в царство гармонии и красоты. Незаметно лето подошло к концу, и в свои права медленно вступила осень.
В тот год случился неурожай. От частых дождей хлеб на полях не вызрел и пропал. В довершение к этому в близлежащих деревнях на коров было моровое поветрие. Такая череда несчастий навела местных жителей на мысли о действиях злой сверхъестественной силы. И они начали искать ведьму.
Однажды вечером в дверь дома Марианны настойчиво постучали. Выйдя на крыльцо, девушка увидела трех крестьян, держащих в руках чадящие факелы. С мрачными лицами крестьяне переминались с ноги на ногу. Марианна знала их, иногда они покупали у нее настойки целебных трав и бальзамы для своих занедуживших близких. Она подумала, что и в этот раз их привела к ней такая же нужда, хотя суровый вид пришедших немного насторожил ее.
– Чем я могу вам помочь? – спросила Марианна. – Вам нужны снадобья? Кто-то заболел?
– Нет, – глухо сказал один из них, – мы прибыли не за этим… Вообще-то нас послали привести тебя на суд…
– Меня?! – воскликнула пораженная Марианна. – На какой суд?
– Люди обвиняют тебя в колдовстве, – пояснили крестьяне. – В нашей деревне думают, что ты наслала неурожай на поля и болезни на скот. Мы и сами не знаем, может, так оно и есть…
– Но я лекарь, а не ведьма, – вскричала девушка. – Как вам могла прийти в голову подобная мысль?
– Мы не видим меж этим существенной разницы, – сказали крестьяне, – ты живешь отшельницей, но при этом не монахиня, знаешь секреты трав и готовишь зелья, вполне возможно, что ты владеешь и колдовством…
– И что же, вы силой уведете меня из моего дома? – произнесла Марианна. – Опомнитесь, не я ли столько раз помогала вам? Тебе я вылечила нарыв на руке, а у тебя, Вильям, спасла от лихорадки жену и дочь.
Они замялись.
– Это правда, Марианна, – нехотя сказал тот, кого она назвала Вильямом, – ты действительно часто выручала нас. И я благодарен тебе за все, что ты сделала для моей семьи… Но ведь эти несчастья, обрушившиеся на окрестные села, не могут происходить сами собой… Что если это и вправду твоих рук дело? Ты ведешь непонятную жизнь, и мой сосед говорит, что однажды ночью видел, как ты обнаженная летела по воздуху, он, конечно, пьяница, но все же это наводит на определенные мысли…
– Твоему соседу следует меньше пить, Вильям, – резко ответила Марианна. – Я никуда не пойду! Можете вести меня силой, но я никогда не думала, что ваша благодарность за то добро, что я делала вам, будет такой.
Крестьяне колебались.
– Ладно, Марианна, – решили они наконец, – ты и вправду сделала для нас немало хорошего, и у нас нет никаких доказательств против тебя. Быть может, в произошедших событиях действительно нет твоей вины. Сейчас мы уйдем и скажем людям в деревне, что не застали тебя дома. Но завтра или через пару дней они все равно придут за тобой, имей это в виду.
Не добавив больше ни слова, крестьяне ушли, скрывшись в сумерках. Девушка вернулась в дом. Увидев, что Ричард спит, она не стала будить его, лишь утром рассказав, что ее обвиняют в колдовстве.
– Это очень плохо, Дик, – сказала Марианна, – раз они решили, то все равно отведут меня на суд, а чем заканчиваются такие процессы чаще всего – известно…
– Не тревожься об этом, я не позволю причинить тебе вред, – ответил рыцарь.
Марианна улыбнулась грустно и мягко.
– Да, Дик, но к тебе еще не вернулись силы… Ты только начал вставать с постели. Сейчас ты не сможешь помочь. В такой ситуации остается рассчитывать лишь на Бога…
Ничего не добавив к этому, она пошла к очагу готовить для Дика завтрак. Крестоносца обеспокоили слова Марианны, он понимал серьезность нависшей над ней угрозы, однако не знал, как можно помочь. Им оставалось лишь ждать, что последует далее.
Спустя несколько дней Марианна пропала.
