Мелисса вздрогнула. У нее создалось ощущение, будто она прочитала первые несколько страниц открытой книги с замечательными рассказами и прекрасными картинками, которая поведала ей кое-что о внутреннем мире ее супруга, о чувствах, которые он прячет от мира. А теперь он захлопнул эту книгу прямо перед ней и бросил на пол. Ее губы раскрылись от шока. Лицо Казимиро было сурово — прекрасная, но холодная маска, сквозь которую гневно сверкали янтарные глаза. И страшное предчувствие заставило содрогнуться все ее существо — они дошли до предела, и, возможно, ему следует это знать.
— А я предупреждаю тебя, Казимиро, что не Могу так жить, — тихо произнесла она. — Если наши отношения и дальше станут так развиваться, брак продлится недолго. Однажды ты, вернувшись из одной из своих поездок, можешь меня здесь не застать.
Последовало долгое, угрожающее молчание. Он изучающе смотрел на нее, потом сказал:
— Это очень похоже на ультиматум, дорогая.
— Я просто объясняю тебе, что чувствую, — решилась ответить она, хотя физически чувствовала волны ярости, исходящие от Казимиро.
— А я объясняю тебе, что не собираюсь становиться жертвой эмоционального шантажа!
Он увидел, как она отшатнулась. Минуту он смотрел в ее блестящие зеленые глаза. Появившиеся в них слезы заставили его устыдиться, пока он мрачно, но решительно не сказал себе, что так будет лучше: чем скорее Мелисса поймет, что его не поколебать мольбами и рыданиями, тем легче она привыкнет к образу жизни королевской особы. Управление целой страной — это не развлечение, а обязанности жены монарха многочисленны и тяжелы, и тут ничего не поделаешь. Она должна осознать, что никогда не вернется в прошлое, и здесь нет его вины. Мелисса первая пришла во дворец, рассказала ему правду о ребенке и тем самым лишила его единственной надежды на свободу. Теперь она должна расплатиться за содеянное.
Он вышел и захлопнул за собой дверь, а Мелисса долго сидела молча, глядя на то место, где он стоял, и ждала, пока успокоится бешеное биение сердца. Потом она пошла к Бену с такой тяжестью в душе, как будто все беды мира легли на ее плечи. И хотя она крепко прижала к груди своего сынишку, неприятное впечатление от их ссоры не исчезало. Мелиссу одолевало множество страхов. Неужели, высказав Казимиро все, что думает о его поведении, она разорвала и без того тонкую нить, которая их соединяла? И что теперь с ними станет? Как ей теперь вести себя с мужем? Раньше Казимиро был с ней просто холоден, и только в ночные часы она могла почувствовать его страсть, огонь его тела, дрожь рук и сильное биение сердца. Сейчас же он возненавидел ее… Словно она лезла к нему в душу из праздного любопытства. Мелисса не знала, как объяснить мужу, что хотела стать ближе к нему, познать его горести и печали и разделить их, снять часть груза, лежавшего у него на сердце много лет. Иногда она подолгу не могла уснуть, представляя лицо Казимиро в тот момент, когда он узнал о смерти матери. Серьезная потеря в столь раннем возрасте… Мелисса прекрасно понимала глубину страданий мужа — она ведь и сама осталась без матери.
Сейчас она с радостью отдалась бы любому занятию, подходящему королеве, чтобы хоть немного отвлечься, но на этот день у нее не было запланировано ничего. Поэтому Мелисса решила посвятить время сыну. Она поплавала с Беном в открытом бассейне, потом почитала ему сказку. Она подумала, что ему нужны товарищи одного с ним возраста, задалась вопросом, будет ли ему разрешено общаться только с представителями аристократических семей или позволят играть с обычными детьми.
Но сердце Мелиссы по-прежнему наполняли страхи, и она чувствовала, как душно ей во дворце, как давят стены, не позволяют дышать, будто намекают, что ей здесь не место, они словно шептали: «Ты здесь только потому, что родила королевского сына».
И разве это не правда?
Уложив Бена спать, Мелисса сказала Сэнди, что ненадолго пойдет прогуляться, однако не сообщила, куда именно.
Она быстро завернула в свою комнату и в глубине одного из шкафов нашла старые джинсы и футболку, с которыми так и не смогла расстаться. Она смотрела на эти вещи и думала, какой далекой кажется теперь ее прежняя жизнь, когда у нее была только одна пара джинсов и она стирала их по вечерам и вешала сушить на радиатор, чтобы утром снова надеть. Став королевой, она редко носила джинсы, хотя раньше буквально жила в них, и красивая, тщательно подобранная одежда, которая теперь украшала ее гардероб, мало походила на выцветшее одеяние, которое она сейчас держала в руках.
Она надела скромный черный купальник, потом — джинсы и футболку, и прикосновение поношенной ткани к коже странным образом утешило ее. Потом она вышла на свежий воздух. Идя по территории дворцового комплекса, она вспомнила, как растерялась, когда приехала сюда, чтобы помочь с организацией бала, и вздохнула. Странно, но сегодня она чувствовала себя той самой женщиной, Одинокой и потерянной в огромном и пустом пространстве.
Вот и маленький дом для прислуги, где Казимиро так хладнокровно соблазнил ее после того, как она рассказала ему о Бене. Он стоял одиноко в стороне от дворца и в эту минуту показался символом ее положения здесь.
Мелисса знала, где расположены посты охраны, поэтому ей удалось выскользнуть незамеченной. Оказавшись на свободе, она осознала, что впервые за долгое время вырвалась из-под контроля фрейлин, телохранителей, дворцовых служащих… и мужа.
Она гуляла довольно долго, пока не вышла на каменистую тропинку, которая вела к морю.
Спустившись на пляж и ощутив нежное прикосновение песка, Мелисса поняла, что забыла захватить полотенце и питьевую воду, а солнце палило нещадно. Но она не собиралась оставаться тут долго — просто хотелось почувствовать себя прежней Мелиссой, свободной и независимой. Она стояла на берегу моря и представляла, что пляж принадлежит ей одной, и ей не нужно возвращаться в холодный дворец и предаваться всем этим пустым заботам, которые кажутся такими мелочными по сравнению с величием этой стихии и спокойствием.
— Но я не стану жалеть себя, — произнесла она. — Да, я вышла замуж за человека, который иногда ведет себя, будто он — всего лишь красивая, хорошо работающая машина, но у меня есть то, за что я могу благодарить судьбу, — прекрасный сын, крепкое здоровье, финансовое благополучие…
Но, несмотря на решимость думать только о хорошем, Мелисса не могла прогнать страшную боль, которая терзала все ее существо и назойливо напоминала о мрачной сути ее брака.
Мелисса сняла джинсы и футболку. Мама всегда говорила, что физические упражнения прогоняют печаль с души. Теперь она вспомнила ее слова и решила поплавать немного. Мелисса шагнула в воду, прошла немного и окунулась. Море было теплым и приятно ласкало тело.
