А если и заметит, то максимум вежливо поздоровается.
И все равно я ждала вечера с нарастающим трепетом, словно экзамена, от которого зависит дальнейший жизненный расклад.
* * *
Внимание: типичная городская драма. Я знаю, как это бывает.
Ты дорожишь Им, как будто Он – брильянтовый перстень из магазина Tiffany. Трясешься над Ним, холишь Его, как избалованное тропическое растение, чудом прижившееся в горшке на твоем стылом подоконнике. Обсуждаешь с подругами каждый Его жест, находишь сотню толкований каждому Его слову, брошенному невзначай.
Он сдвинет брови – ты дрожащими руками замешиваешь тесто для оладушков: а вдруг теплый запах домашней выпечки вернет Ему доброе расположение духа? Он говорит, что ты растолстела, – ты послушно запиваешь минеральной водой огурец, вместо того чтобы отразить удар упоминанием о его ранней лысине. Ты готова принести себя Ему в жертву, полюбить пиво, футбол и Его потливого лучшего друга, который тебя и в грош не ставит и прямо перед твоим носом пытается впарить Ему свою младшую сестру.
Летним субботним утром, когда другие девушки озабочены только одной проблемой – как бы на загорелом теле не отпечатались белые полоски от купальника, – ты вручную полируешь Его автомобиль. Хотя знаешь наверняка, что вряд ли Он оценит твою самоотверженность.
На последние деньги ты покупаешь в «Дикой орхидее» шикарные трусы-стринг с перышками и стразами – Ему понравится! Но Он, не глядя, рвет их на тебе в кромешной тьме (свечи и прочие романтические намеки Его почему-то раздражают), а через две минуты неожиданно засыпает, как раз в момент, когда ты демонстрируешь Ему навыки орального секса. У Него был трудный день, Он устал и к тому же выпил.
Твои подруги давно говорят, что общение с таким эгоцентристом, как Он, до добра не доведет, – и ты перестаешь звонить подругам. Все равно общаться с ними некогда – Он любит, чтобы вечерами ты была доступна только для Него (правда, эта железная бронь используется Им от силы три раза в неделю, зато ты всегда в предвкушении возможного интимного праздника, это добавляет в ваши отношения перчинку).
Так продолжается несколько лет. Ты давно созрела для того, чтобы получить в подарок кольцо, а Он все еще небрежно представляет тебя как подружку.
Все заканчивается, когда появляется Та Блондинка и уводит Его с видом законной собственницы.
(Занавес опускается.)
* * *
Тривиальное женское лукавство: вспоминая о мужчине, который играючи порвал в клочья твое сердце, ты наделяешь его все новыми отрицательными качествами. Например, вспоминаешь, как раскатисто храпел он в предрассветные часы, когда твой сон мог бы быть особенно сладким. Вспоминая об этом, ты игнорируешь тот факт, что басовитый храп умилял тебя чуть ли не до слез.
Ты припоминаешь, что над поясом его модных джинсов Diesel намечалась медузная мякоть полнеющего живота. Еще лет пять-шесть, и безупречно вылепленные мускулы скроются под волнами дряблеющей плоти. Ничего не поделаешь, это возраст, baby.
Ты с некоторым внутренним удовлетворением выхватываешь из памяти его поредевшие на макушке волосы (Ха! Как пить дать будет лысина!), его безвкусные цветастые рубашки, его идиотские шуточки.
А однажды его лицо перекосил конъюнктивит.
А с похмелья у него несвежее дыхание.
Но стоит, спустя некоторое время, случайно увидеть этого толстеющего потенциального обладателя розовой лысины… как что-то обрывается в груди. И дыхание останавливается, и в животе щекотно пляшут солнечные зайчики. И ты понимаешь, что все утешительное зломыслие было надуманным. А твои стройные аргументы лопаются как мыльные пузыри.
Я сразу его заметила. Он стоял, опершись локтем о барную стойку, и разговаривал с какой-то рыжей порно-супер-стар, которая только что из платья не выпрыгивала, стараясь удержать его внимание. Смеясь, она запрокидывала голову и так широко разевала ярко накрашенную пасть, что можно было разглядеть гланды. На ней было микроплатье в сиреневых пайетках, такое же пошлое, как и она сама.
Георгий совсем не изменился.
Выглядел он так шикарно, что на него невозможно было не обратить внимания. Темные волосы влажно курчавились, как будто он только что вышел из душа. Белая рубашка расстегнута почти до пояса, на загорелой шее поблескивает серебряный череп с глазами-изумрудами. Я всегда уважала мужчин, на которых такие экстравагантные аксессуары не смотрятся педерастически.
Нервно сглотнув, я взбила вспотевшей ладонью волосы, одернула платье.
Воздушное, сказочное, летящее, невесомое платье от Chloe, навязанное Наташкой. Когда я в последний раз позволяла себе платье? Кажется, в начальной школе, форменное… Несмотря на Ксюшину экспресс-лекцию о правильном ношении каблуков, чувствовала я себя дура дурой.
Наклонившись к лицу рыжей (в мерзких капельках пота, пробивающихся сквозь толщу тонального крема, с удовлетворением отметила я), Георгий что-то шептал ей на ухо. Видимо, что-то крайней остроумное, потому что дама хохотала, как обкуренная гиена.
Неужели, это и есть разновидность межполовых отношений, именуемая «клубный флирт с перспективой случайного секса»?!
Рыжая щелкнула замочком крошечной сумочки (вот дура, кто же носит леопардовую сумку к блестящему платью!), извлекла мобильный телефон и под диктовку Георгия резво защелкала кнопками.
Все ясно, координатами обмениваются. Господи, да что он нашел в этой третьесортной пьяной стрекозе?!
И снова на моем внутреннем ринге яростно боролись друг с другом две половинки. Одна – трезвая, умная и циничная – призывала развернуться и уйти прочь. У меня нет шансов. Надо уметь принимать правду, даже неприятную. Едва ли я могу представлять для него хоть какой-то половой интерес, даже в сравнении с этой потасканной рыжей. Потому что ее он еще не пробовал, а я – отработанный биологический материал. И в моральном, и в физическом смысле. Ну что нового он узнает от меня? Правда, у меня новый нос и новая стрижка, но это в данном контексте совсем не в счет.
Никакой перспективы. Самая наивная, несбыточная и пошлая из женских надежд – предстать в новом платье перед бросившим ее мужчиной и ждать, что у него будет инфаркт от раскаяния.
Другая же половинка – безрассудная, романтичная, к тому же выпившая коктейль «Tequila Sunrise», – вопила: «Вперед! Ну, что ты, Алиса, потеряешь, если подойдешь поздороваться? Главное – держаться иронично и независимо. Как будто тебе на него и вовсе наплевать и ты зашла в этот клуб случайно. А за углом тебя ждет любовник, похожий на Хью Гранта».
К реальности меня вернул весьма чувствительный щипок за бедро – проходящий мимо армянин с золотой голдой в виде знака евро на шее невербальным образом продемонстрировал восхищение мною. В другой ситуации я бы смачно выругалась ему вслед, но сейчас чужое внимание, даже такое пошлое, пришлось кстати.
