- Привет,- отмираю, тепло улыбаясь, и спешу к нему, чтобы обнять.
Холодная после улицы ладонь ложится на мою поясницу. Облако морской туалетной воды. Невесомый поцелуй в висок.
- Как дела?- интересуется Вадим ровно, смотря куда-то мимо меня.
- Хорошо, как обычно...- я провожу рукой по его куртке, стряхивая невидимую пылинку. Отличный повод не смотреть в глаза. Я спокойна, но он слишком близко сейчас. И может увидеть что-то ЗА моим спокойствием.
- Вчера на ферму с Тимуром ездили,- рассеянно продолжаю,- Сегодня его мама решила в аквапарк сводить, собираются сейчас...
- Я к ним зайду,- кивает Вадим, а потом вопростельно выгибает бровь,- Обед?
- Уже...- улыбаюсь. А это несложно, оказывается, и правда. У нас такой отлаженный быт, что всё происходит на автомате.
- Накрывайте пока, проголодался,- одобрительно кивает Вадим, снимая куртку и вешая её в гардеробную. Поворачивается, по привычке закатывая дома рукава рубашки, и расплывается в тёплой сдержанной улыбке, адресованной кому-то за моей спиной.
- О, Тох, ты то мне и нужен. Пойдём- пообщаемся.
Я застываю. Ноги врастают в пол. Он прямо за мной. Я вдыхаю всё более выраженный горьковатый терпкий запах. Кожу щекочет чужое тепло. ПРЯМО ЗА МНОЙ.
- Здорово, пап, - Антон проходит в каких-то милиметрах от меня, напрочь сбивая моё дыхание. Мужчины обнимаются, хлопая друг друга по спине. Отворачиваюсь и на нетвердых ногах спешу на кухню. Как хорошо, что на меня никто не обращает внимание. Пара секунд, и я снова спокойна. Всё хорошо. ХОРОШО, да? Их удаляющиеся голоса за моей спиной.
- Может после обеда?
- Да это быстро...Мне надо, чтобы ты одного товарища пробил...телефон его по номеру...сможешь?
Я не слышу, что отвечает Антон, потому что захожу на кухню и прикрываю за собой дверь. Губы трогает мимолетная улыбка. Было не так и страшно.
****
Мама с Тимкой уезжают в аквапарк, решив перекусить в каком- нибудь ресторане с детской комнатой, так что за обеденным столом мы оказываемся вчетвером. И я не могу вспомнить, когда чувствовала себя более неловко, чем сегодня, сидя по левую руку от моего мужа напротив моего новоиспеченного любовника и отчаянно флиртующей с ним сестры. Если бы люди действительно проваливались сквозь землю от смущения и стыда, я бы точно провалилась. А так...даже под стол не заползти...Обидно...Хорошо, что мне сегодня никуда уже не нужно, и обиду эту можно заглушить парой бокалов белого вина. Что я и делаю.
Антон по-моему вообще не тем занимается. Ему бы в актеры...Точно получил бы Оскар, или Нику на худой конец, потому что уже после супа я искренне начала сомневаться, а было ли между нами вообще что- нибудь. Невозможно ведь так спокойно общаться с человеком, которого трахал полночи. Я вот не могу...Поэтому выбираю для себя единственно возможную линию поведения. Я его игнорирую, иногда на грани вежливости, и при этом преданно заглядываю Вадиму в глаза. Он ведь сам меня об этом просил, верно? Чтобы я держалась от его старшего сына подальше. Я всего лишь послушная жена. Оочень послушная. И, о чудо, Вадим похоже верит. В какие-то моменты даже заступается за Антона, начиная расхваливать его. Видимо задевает, что я так категорична к его драгоценному сыну. Это Вадим конечно делает зря. О достоинствах Антона я осведомлена прекрасно, и почти все они такие, о которых приличные люди за столом не говорят...Мне уже плевать, как он учился в школе, и на какие соревнования ездил. Плевать. Я уже итак по уши...
Мадина же ловит каждый факт и заливается соловьем в льстивых тирадах. Лиса. Если бы меня это так не бесило, я бы сейчас улыбалась. Это выглядело и правда забавно, да и Антону похоже нравилось. Он с удовольствием поддерживал с Мадей разговор о себе любимом, проявляя чудеса нескромности. А потом и вовсе выдал, разрезая свою лазанью.
- Что кстати делаешь сегодня, Мадин?
- Не знаю, не решила ещё,- Мадинка неопределенно поводит плечами и смущенно хлопает ресницами.
Сама скромность, она умеет...Делаю ещё глоток из бокала и прицельно тыкаю вилкой в отварной горошек.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- У меня у приятеля день рождения сегодня. Турбазу сняли, " Венецию", со мной поедешь?
Я чуть не давлюсь. Мадина ошарашенно хлопает ресницами уже без всякого жеманства.
- "Венецию"?- удивленно тянет,- Всю?
Я её понимаю. Турбазой " Венецию" можно назвать с большой натяжкой. Скорее это коттеджный комплекс ЛЮКС- класса с двумя бассейнами, своим СПА, участком хвойного леса и куском береговой линии заповедного озера.
- Там чужие не нужны,- пожимает плечами Антон расслабленно и тянется за стаканом с водой,- Ну так что? Составишь мне компанию?
Я сглатываю, рассматривая шницель на своей тарелке. Звучит по-детски, но я , блин, тоже хочу!
-Эээ...да,- Мадина так удивлена и обрадована, что её замешательство совершенно искреннее.
- Это у кого такой день рождения?- хмурится Вадим, неожиданно вспомнив о своей роли сурового опекуна. На моей памяти Мадина даже на девичники со скрипом отпрашивалась. Не то что вечеринка на элитной турбазе.
- У сына Клюева,- спокойно отвечает Антон.
- Хмм,- Вадим поджимает тонкие губы, сомневаясь. Мадинка затаивает дыхание и явно молится, чтобы отпустил. Антон расслаблен, ему похоже без разницы на самом деле. Ну пойдёт один, там найдёт кого-нибудь...Отвожу глаза от него, скрывая так не вовремя вспыхнувшую горькую ревность. Чёрт.
- Только чтобы до полуночи вернулись,- выдает Вадим строго.
- Пап, не смеши. Я что? Золушка?- неверяще фыркает Антон.
- Или один иди,- Вадим и не думает шутить.
Брови Антона удивленно ползут вверх, но потом до него доходит, что дело не в нем.
- Ладно, понял, верну в целости и сохранности твою подопечную,- криво улыбается отцу, быстро взглянув на Мадину. Та покрывается счастливым румянцем. Я делаю ещё глоток. Кислое какое-то. Фу. Поперек горла встало...
Вадим кладет свою большую шершавую ладонь на мою. Я поворачиваюсь к мужу. Он пьет за обедом коньяк, как часто с ним бывает после сложных командировок, и его глаза уже слегка подернуты туманной дымкой. И то, что я вижу в их глубине заставляет меня внутренне сжаться.
- Ну, что, Лей, значит мы остаёмся до ночи одни,- он тянет мою руку к себе и легко целует кончики пальцев.
Я замираю. Шум стучащей крови в ушах сильнее с каждой секундой. Этот намек...Это слишком. Я как-то не готова. Ещё...Я думала, ночью...
Вадим притягивает меня за руку к себе, тяжелая ладонь крепко сжимает плечо. Морская туалетная вода. Колючая щетина царапает щеку. Мои прикрытые веки подрагивают. Он не будет ночи ждать. Паника... Почти животная. Мятное мокрое дыхание раздражающе щекочет ушную раковину. Но я боюсь поежиться. Муж не должен понять, что я сейчас не хочу, что не приятно...Дыхание срывается на частое, но это ведь тоже похоже на возбуждение, правда? Не страшно - он не поймёт...
- Хочу тебя, малышка,- хрипло шепчет Вадим,- Сейчас пойдём?
Я не успеваю никак среагировать, потому что на всю столовую вдруг раздаётся оглушающий звон, а затем женский визг. Мы с Мадинкой одновременно подскакиваем со своих стульев. Я просто ничего не понимаю, а сестра, шипя, осматривает свои мокрые джинсы. Стекло и вода. По всему полу. Везде.
- Извините, уронил,- ровным безэмоциональным тоном сообщает Антон, оставаясь сидеть на месте, хотя он тоже весь мокрый.
Но его это похоже не беспокоит. Младший Палей не смотрит на возмущающуюся Мадину, не поворачивается к ворчащему, зовущему Ирину отцу. Тяжелый, немигающий взгляд Антона намертво прикован ко мне. Впервые за весь этот несчастный обед. И мне чудится в его серых глазах одновременно угроза и обещание.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
27.
- Ну что? Обед, думаю, можно заканчивать,- с сарказмом тянет Вадим, наблюдая за пылесосящей мелкие осколки Ириной. Поворачивается к хмурому сыну,- Когда едете?
Антон поднимает на него нечитаемый взгляд.
- Сейчас. Иди - собирайся, Мадин.
