наставительно заметил стражник. – Все вы такие, кто может запросто на ночной прогулке моренуса убить. А мы бы, может, даже девушку взяли работать. Вот в каком мы бедственном положении!
– А я бы, может, и пошла, – хмыкнула я, повергнув стражника в задумчивость. – Вы позовите, только когда утро будет и, желательно не то, которое наступит через пару часов.
– А может, и позову, – с какой-то безысходностью отозвался стражник. – Диплом-то хоть у тебя есть какой-нибудь?
– Диплом у меня не какой-нибудь, а «Боевой академии» с отличием.
– Даже так… че ж ты баба-то? – с печалью вопросил он.
– Потому что мужиков всех разобрали. Сами же сказали, работать у вас никто не хочет. А я почти хочу.
– Не хочет… ладно идите, оформляйте документы, а мы этого заберем.
Пока заполняли бланки, потратили еще полчаса, в итоге домой брели, когда практически рассвело.
– Надеюсь, наши еще не встали, – заметила я у калитки. Она была приоткрыта, а мне казалось, я ее закрывала.
– Да спят, конечно! – отмахнулся Лайон. – Что им делать?
– Вот именно, «что» пробормотала я и ускорилась. Мне не нравилось происходящее. Я второй раз приходила под утро с Лайоном, и если нас снова застукают, будет скандал. Меня не интересовало мнение и душевное равновесие Клинта, но я очень не хотела, чтобы мое имя связывали с Лайоном.
– Ну наконец-то!
На пороге нас встретила сонная, злая и встрепанная Челси. Я даже голову в плечи вжала, чувствуя, что сейчас будут ругать, но гнев девушки был направлен не на меня.
– Не знаю, где вы там мотались, и не хочу знать, но Лайон иди и разбирайся! Клинт не в состоянии. А я хочу спать! Это не дом, а какой-то дурдом!
С этими словами Челси развернулась и направилась к двери.
– Что произошло? – напряженно поинтересовался парень ей в спину и, миновав мою подругу, прошел в дом.
На диванчике в холле сидела и размазывала по щекам слезы черноволосая, худенькая девица лет тринадцати. Вокруг нее взволнованно приглаживая волосы, бегал Клинт со стаканом воды.
– Ты что тут делаешь? – взвыл Лайон прямо с порога.
– Она снова сбежала из дома, – отозвался Клин со вздохом. Сейчас он был настолько обеспокоен нашей гостьей, что даже не стал устраивать скандал, только мазнул по нам с Лайоном напряженным взглядом.
– Алекса, объясни, как ты здесь оказалась?
Лайон прошел в холл и присел на диван рядом с девушкой.
– Так же как и вы, – ощерилась девчонка и сложила руки на груди. – И возвращаться не хочу.
– Почему?
– Потому что они меня бесят. Почему я не могу провести это лето с тобой? – заныла она и из глаз снова хлынули слезы.
– А моего мнения ты спросить не хочешь? – возмутился парень.
– И моего, – встряла я, чувствуя, что Лайону с Клинтом нужна поддержка.
– А ты-то тут причем?! – рыкнули оба и сверкнули одинаковыми зелеными глазами.
– Вообще-то, это мой дом.
Теперь руки на груди скрестила я.
– Лайон, это кто и почему количество гостей растет в геометрической прогрессии?
Вообще, я не хотела ни на кого наезжать, скорее, просто планировала немного припугнуть девчонку, но Лайон внезапно окрысился:
– Да заплачу я за нее, не возмущайся! Сестра это моя, младшая. Сводная.
– Вот! Ты всегда мне об этом напоминаешь! – взвыла она. – Все мне напоминают и не любят из-за этого.
– Алекса! – Сейчас глаза закатил даже Клинт. – Тебя любят все, даже тогда, когда это сделать невозможно по объективным причинам. Например, сейчас. Представляешь, как волнуются родители? Ну, зачем ты сбежала. Снова папе сказала, что у мамы? Маме, что у папы?
– Я им оставила записку, – отмахнулась она. – И нет, ты не угадал.
– То есть нам еще ждать тут семейный подряд? – Кажется, Лайон не на шутку испугался.
– Я написала им, что поехала к бабушке. Пока они сообразят, что меня там нет, пройдет много времени. Возможно, к тому моменту я захочу вернуться назад.
– И ты серьезно считаешь, что тебя не любят, потому что ты сводная? – поинтересовалась до этого момента молчащая Челси. – Нет уж. Я в этом дурдоме не участвую. Я спать.
– Пожалуй, я тоже. – Я устремилась за Челси, оставляя парней на растерзание их заплаканной сестрички.
– Эй, а комната для Алексы? – крикнул Лайон испуганно.
– Сами выберете не маленькие, они все убраны! Развлекайтесь. – Я махнула рукой, поймала восторженный взгляд девчонки и решила, что подумаю о проблемах завтра. А в том, что их прибудет, я не сомневалась. Уже когда подходила к комнате поняла, что не совсем понимаю, как сестра Лайона миновала крысос, но возвращаться и спрашивать не стала.
Солнышко уже давно светило в окна, но вставать не хотелось. Не сегодня. Я знала, что ждет меня внизу – группа садовников, которые будут докапываться, пытаясь узнать, какой формы кусты я хочу на дальней аллее. Клинт с претензиями, которые одновременно справедливы и нет, и которые он совершенно точно не имеет права мне предъявлять. Лайон с хитрой ухмылкой. От нее мурашки по спине. Его сестричка, которая всем задаст жару, и еще какие-нибудь неприятности. Людей слишком много. Они меня утомляют. Не привыкла я к такому. Вокруг меня обычно спокойнее. А еще меня напрягала аномалия Валенсии. А что если Лайон был прав и виной всему припрятанный где-то артефакт. Жаль, я даже примерно не понимала, где его искать и с чего начать. На какое-то время мысли меня заняли, но скоро лежать стало скучно, захотелось есть, а еще я услышала вопли с улицы. Кто-то с огоньком ругался. Это неудивительно. Такое количество людей даже в большом доме – к скандалу. Особенно если все такие разные, как наша разношерстная компания.
Ну, и крысос надо загнать – это еще одна причина, по которой я решила выползти из комнаты, а то народ на улице вопил. А это совсем неосмотрительно с их стороны.
Поэтому я все же встала и спустилась на первый этаж, чтобы никого не застать в холле. Зато дверь на улицу была распахнута, словно кто-то, убегая, забыл ее закрыть. Да что у них там стряслось?
– Да что б вас всех! – Я выругалась сквозь зубы и опрометью выскочила на улицу, переживая, что крысосы кого-нибудь сожрали. Выбор небольшой – или Клинта, или мелкую. Лайона и Челси тварюшки уже признали частью своей команды и не тронут.
На улице бушевал скандал. Что-то выговаривала Челси, слышался возмущенный голос Клинта и тихий Лайона, а когда я завернула за угол, то увидела удивительную картину.
На скамейке скрестив ноги и, прижимая к груди лопату, сидела черноволосая бестия. Перед ней, грозно нахмурившись, стояли Клинт и Челси. Лайон замер в стороне
