Володя смотрел на мальчика все с большим уважением. Ему нравилась независимость и даже сила белобрысого, и он хотел позаимствовать для себя хоть часть удали паренька.
— Так ты что же, родителям заработанные деньги отдаешь? — спросил Володя, но мальчик на это рассмеялся откровенно и нагло:
— Нашел придурка! Они меня до восемнадцати годков обязаны содержать, так что еще пять лет пускай потрудятся. Мне деньги самому нужны.
— А зачем тебе такие деньги? — наивно спросил Володя, хотя он на самом деле не мог взять в толк, куда можно потратить сто рублей, заработанные в один день.
— Ну, ты, я вижу, ослик! — снова рассмеялся паренек, который давно уже понял, что имеет дело с неприспособленным к жизни рохлей, и, конечно же, торжествовал. — Деньги, брат, всем нужны, и чем больше их, тем лучше. Вот ты, к примеру, любую нужную тебе вещь у папы-мамы просишь, унижаешься, клянчишь, а я на всех плевал: захочу — пойду себе кроссовки за пятьсот рублей куплю, захочу — магнитофон. Я с деньгами — сам себе король, ни от кого не завишу, на всех чихал. Деньги, брат, это власть и свобода! Нищета человека дерьмом делает, а богатство — царем. Вот и я — царь...
Несмотря на то что мальчик в отношении последнего определения явно преувеличил и даже понял это сам, потому что смущенно осекся, — Володя смотрел на белобрысого уже не просто с уважением, а с восхищением. В этом маленьком царьке было, на взгляд Володи, что-то недосягаемое, к чему хотелось приближаться, чему хотелось подражать. Именно здесь, в лагере, где он ощутил страшную несвободу, очень приятно было встретить того, кто может научить, как преодолеть ужасно неприятную зависимость от обстоятельств.
— А как же ты... деньги делаешь? — с замиранием сердца спросил Володя, боясь, что вопрос этот обидит «короля».
— Кошмарики! — недовольно покрутил головою мальчик, и Володя догадался, что «кошмарики» — это вроде присказки или любимого словечка паренька. — Ну ты, кореш, странные вопросы задаешь. Кто тебе ответит? У каждого свой способ.
— А у тебя он есть? — настаивал Володя.
— Конечно! — смягчился мальчик. — Целый вагон, и все честные, заметь. Ну вот, к примеру, первый. Здесь, рядом с озером, есть пансионаты... Так отдыхающие, понятно, на природе любят отпуск спрыснуть...
— Что такое «спрыснуть»? — спросил Володя, уже не боясь показаться наивным.
— Ну, отметить, значит, с бутылочкой. Так вот, они бутылочку, конечно же, оставят, я ее возьму. Так, глядишь, и наскребется в день пара червонцев.
— А еще?
— Пожалуйста! Рыбу для отдыхающих ловлю и продаю, недешево, конечно. Я рыбу ловить мастак. Лещей, сигов и даже судаков тягаю. Смотришь, тридцатку в день получишь.
— Ну а дальше?
— Травы лекарственные собираю, бруснику, клюкву. Когда грибы пойдут их собираю, потому что знаю места хорошие. Бывает, просто за деньги грибников туда свожу. Мне, кореш, деньги сейчас нужны. Я мотоцикл хороший купить собрался. Рокером заделаться хочу. А к мотоциклу кожаную куртку надо, сапоги американские, чтоб все в порядке было, чтоб все ништяк...
Да, Володя смотрел на белобрысого с восхищением, а тот, прекрасно видя, какое производит впечатление, достал из нагрудного кармана курточки пачку сигарет, вытолкнул из нее одну, пихнул в свой рот и предложил «лагернику»:
— Будешь? «Кэмел», не сомневайся!
— Я не сомневаюсь, только я не курю, — робко, краснея, отказался Володя, понимая, что окончательно подорвал престиж.
— Не куришь — ну и дурак! — решительно подвел черту белобрысый и уже пыхнул было в лицо Володи терпким дымом, как вдруг из черного входа в кочегарку вышел его отец и решительно направился в сторону сына, намереваясь, видно, продолжить прежнюю «науку». Сигарета мгновенно вылетела изо рта мальчика в сторону, а сам он кинулся прочь. Володя же, видя грозное лицо мужчины, приближающегося к ним, бросился вслед за мальчиком, а кочегар кричал:
— Вот только явись домой, паразит! Я тебе все зубы выколочу! Нечем будет цигарку держать! Поросенок!
Белобрысый, петляя между соснами, бежал примерно метров сто, и Володя вместе с ним. Мальчик вдруг остановился и с досадой вымолвил:
— Кошмарики! Видал? Не отец, а дикий волк!
— А чего он от тебя хотел? — задыхаясь от бега, спросил Володя. Курить не разрешает?
— Не-е! Простить мне не может, что я больше его самого денег зарабатываю. Ладно, в голову не бери. Тебя, «лагерник», как зовут, впрочем? — спросил паренек, свысока поглядывая на «рохлю».
— Володя, — ответил «лагерник», которому было приятно, что с ним хочет познакомиться свободолюбивый будущий рокер.
— Вовчик, значит, — кивнул белобрысый. — Ну а меня Ленькой зовут, хотя и другое имя есть — Кошмарик. Так меня называют за то, что я «кошмарики» часто говорю. Можешь и ты так ко мне обращаться, не обижусь.
— Хорошо, Кошмарик, — согласился Володя и показал на мешок, не выпущенный Ленькой из рук даже тогда, когда он спасался бегством от ярости волка-отца. — А это у тебя зачем? Товар какой-нибудь нести собрался?
Кошмарик с удовольствием шмыгнул своим остреньким носом:
— Ага, догадливый ты, товар. Только какой товар, ни в жисть не допетришь...
— Рыбу? Грибы? — попытался угадать Володя.
— Дурилка ты! — хмыкнул снисходительно Кошмарик. — Какие в это время грибы? Правда, я и в мае строчки да сморчки на четвертак в день собирал, но сейчас ты соврал.
— Ну а для чего же? — предвкушая занимательный ответ, спросил Володя и не ошибся.
— Змей иду ловить, — как можно равнодушней сказал Кошмарик и растопырил мешок, как видно для того, чтобы посмотреть, войдут ли в него все пойманные им рептилии.
— А для чего же... змей? — очень удивился Володя, сразу представив в воображении этих гадких и опасных животных.
— Как для чего? — с торжеством победителя во взоре воскликнул Кошмарик. — У нас в больнице их по полсотни рубликов за штуку принимают для яда на лекарства. За длинную змею даже накидывают два червонца. Навар отличный!
— Значит... ты ядовитых змей идешь ловить? — задал Володя наивный вопрос, и Кошмарик теперь уже совсем рассмеялся, хлопнув себя мешком по ноге:
— Ну, ты даешь! Конечно, ядовитых! Гадюк! — И с уничтожающим презрением посмотрел на Володю: — Ты, парень, вижу, в жизни ни черта лысого не понимаешь. Хочешь научу баксы заколачивать? Всю жизнь благодарен будешь.
Хоть и не знал Володя, что значит «баксы заколачивать», но смотрел на Кошмарика с чувством уважения и даже зависти и был уверен в том, что этот белобрысый паренек на самом деле может научить его чему-то очень полезному. И он ответил:
