— Может быть, он прыгнул за борт, Милорд? — предположил один.
Грохотнул гром, злой порыв ветра ударил по кораблю. Ворон глубоко вздохнул и медленно выдохнул. Ветер успокоился.
Еще один голос, баритон.
— Здесь наверху, к вашим услугам, Милорд.
Ворон вскарабкался на полуют,[34] освещенный множеством фонарей. За рулем стоял большой сэлки с человеческим лицом и деревянной ногой. В рубке, рядом с главным компасом, стояло еще двое сэлки с тюленьими лицами. На одном из них был длинный синий плащ с начищенными серебряными пуговицами, на другом — капитанский красный китель и двурогая шляпа, его длинный парик с белыми буклями сбился на сторону.
— Я штурман, Милорд — сказал тот, что носил длинный синий плащ.
— Да? А когда мы говорили в последний раз? — спросил Ворон.
Штурман сморщил нос. Он косо посмотрел на Ворона и шерстистыми пальцами погладил свои прекрасные усы.
— Вчера, когда пробило восемь склянок, Милорд. Милорд спросил меня, почему мы плывем по кругу, и теперь я точно знаю, что Милорд кое-что понимает в морской науке.
Он наклонился вперед и продемонстрировал острые белые зубы.
— Но Милорду нечего беспокоиться и спрашивать. Вы знаете, что единственный способ снять с тела настоящую первую кожу — убить его; и я двину в рожу любого, кто скажет, что за пределами этой лоханки существует человек-мужчина, который умеет лучше меня ругаться, приспосабливаться или обманывать!
Ворон не стал отвечать. Вместо этого он опять спросил:
— Что это за звезды впереди, по курсу? Это не северные созвездия и не южные. Большая Медведица села, но то, что взошло, это же не Южный Крест, верно?
— Мы в Третьей Полусфере, Милорд, прошли под разделителем, когда вы были внизу. Здесь есть еще пара направлений, которые вы не найдете на основной Земле. Только что взошло созвездие, которое мы называем Эвридика, Погибшая Леди, и, рядом с ним, Перифой, Покинутый. Так их называют, потому что ни одно из них не поднимается достаточно далеко от этих небес, ха-хар! Блестящая звезду между ними — это планета, которую мы называет Психопомп;[35] не слишком много моряков на Земле видели эту бродячую звезду, Милорд, да и те не прожили достаточно долго, чтобы рассказать о ней.
— Значит мы в океане мира снов, да?
— Спорный и дискуссионный вопрос, Милорд. Если вы хотите узнать мое мнение, я не скажу ни да, ни нет. Но здесь странные воды, вот в этом я уверен. Очень странные.
В этот момент кто-то бросил мокрую тряпку на затылок Ворона. Она была пропитана каким-то дерьмом, которое потекло на волосы. Взрывы грубого смеха раздались сзади. Не повернув головы, Ворон отбросил тряпку.
— Капитан, — сказал Ворон сэлки в красном кителе и парике. — За моей дверью я нашел еще несколько матросов, пораженных громом. Надеюсь, вы понимаете, что бесполезно посылать ко мне убийц, а? Мой дух сторожит дверь. И я приказал не подходить к ней, когда она закрыта.
Капитан нервно мигнул черными глазами и разгладил усы.
— Просим прошения, Милорд, — вмешался штурман, — но как только парни обнаружили, как вы защищаете себя во время сна, они, естественно, решили поиграть и стали пробовать, насколько близко смогут подойти к двери, толкаться, бороться и пихать друг дружку. Ну и проигравший получает удар грома и падает без сознания. Надеюсь, шум не мешает вам спать.
— Капитан, вы сказали, что, как только рассветет, покажите мне карты и диаграммы Луны, — спокойно сказал Ворон. — Рассвет близко. Где карты?
— Милорд, не можем ли мы поговорить об этом одни, если вы не против? — нервно спросил капитан, почесывая съехавший на бок парик.
Капитан отвел Ворона поближе к перилам и прошипел:
— Я не капитан!
— Опять! Это мы уже проходили! — проворчал Ворон.
— Нет. На самом деле! Во время последней стражи капитан приказал мне поменяться с ним одеждой! Он прячется среди парней.
— Скажи ему вернуться назад. Он должен подчиниться тебе, понял?
— Н-нет! Я не знаю, кто есть кто!
— Что? Ты говоришь мне такое? У него же сейчас твое лицо, верно? Ты что, не знаешь, как выглядит твое собственное лицо?
— Он собирается сделать что-то ужасное. Чес' слово! Не знаю, что это может быть, но будет ужасная заварушка, эт' точно.
Внезапно на нос корабля упал первый луч рассвета, облака на горизонте разом стали розовыми и рыжевато-коричневыми.
Ворон дернул себя за бороду, размышляя над словами капитана. Ведь так просто прыгнуть за борт, стать тюленями и уплыть. Или нет?
Вначале он думал, что их держит жадность. Он собрал их сундучки, шкатулки и связки шкурок в каюте капитана, и закрыл все в огромный капитанский сундук. Так что, может быть, они не хотят убежать, потеряв все свои сбережения и шкурки.
Но возможно это ловушка. Но, даже если это так, что он должен сделать?
— Хорошо, — сказал Ворон, — благодарю тебя за предупреждение. Еще один вопрос, так просто, интересно. Почему у некоторых из вас человеческие лица, а у других нет?
— О, Милорд, если все время носишь эти капюшоны и маски, то здорово потеешь, да и душно, если вы хотите знать мое мнение. По большей части только офицерам разрешено показывать свои лица; а ты должен глядеть, чтобы ни один шов не высунулся наружу, или твой мех не появился из-под рукавов или перчаток, а тогда что ты можешь сделать? Только хлопнуть себя по роже.
— Да ну? А как же вы переодеваетесь без пальцев?
— А, очень просто, разве нет? Наши женщины ставят ведьмины метки там, где мы можем схватить их зубами, видите? — Он отдернул кружева на горле и показал место, где отчетливо выделялся обесцвеченный треугольник, похожий на отпечаток небольшого пальца.
— И все-таки, где карты с тайными путями на Луну? Где капитан прячет их? В кармане, во рту, под кожей, где? — Ворон шагнул вперед.
Солнце встало над горизонтом, похожее на огромный золотой мяч, горячий ветер ударил по кораблю с востока. Это Солнце казалось во много раз больше земного, и всходило быстрее, чем даже в тропиках.
Внезапный свет поверг капитана в ужас, он отшатнулся назад, морщинистая морда стала злой. Капитан повернулся и побежал прочь, но закачался и едва не упал на сходнях, вызвав издевательский смех команды.
Ворон повернулся и, прищурясь, посмотрел на бело-голубое небо. В то же мгновение по кораблю ударили сильные порывы ветра. Появились облака, и стали темнеть на глазах, воздух стал плотным и наполнился напряжением. Огромная волна ударила в нос корабля, вся палуба оказалась по колено в воде. Сильный встречный ветер заставил судно накрениться вправо, мачты опасно затрещали, некоторые сэлки закричали от страха, но другие гикали и смеялись.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
