Читаем без скачивания Книготорговец из Кабула - Осне Сейерстад

Через какое-то время, которое кажется вечностью, путешественники выбираются на просторы бесснежных степей. Последние несколько часов до Мазари-Шарифа кажутся просто детской забавой по сравнению с пережитым.

При дороге их обгоняют грузовики, набитые вооруженными мужчинами. В открытых кузовах сидят бородатые боевики с автоматами Калашникова. Наши путешественники мчатся со скоростью сто километров в час, подпрыгивая на разбитой дороге. Мимо проносятся пустыни, степи и каменистые холмы. Время от времени встречаются маленькие оазисы и деревенские глинобитные домики. При въезде в город машину останавливают у блокпоста. Грубые стражи дают отмашку — проезжайте! — из-за ограждения, которое представляет собой веревку, натянутую между двух ракетных оболочек.

И вот они в городе — измученные, ноги затекли от долгого сидения в машине. Невероятно, но факт: поездка заняла всего двенадцать часов.

«Вот, значит, как обычно штурмуют Салангский туннель, — делает вывод Мансур. — А каково приходиться тем, у кого уходит на это несколько дней? У-у-ух-х! Мы доехали! Али, here I come!»[16]

Все крыши заняты вооруженными людьми с ружьями наизготовку. Власти опасаются беспорядков на праздновании Нового года, в Мазари-Шарифе нет никаких международных миротворческих сил, зато имеется парочка конкурирующих полевых командиров. Боевики на крышах подчиняются губернатору, хазара по национальности. Боевики в пикапах — это армия таджика Атты Мухаммеда. Можно заметить и людей в униформе воинства узбека Абдула Рашида Дустума. Все ружья нацелены на толпы паломников, которые гуляют по улицам, сидят группами у мечетей, в парках и на тротуарах.

Озаренная светом голубая мечеть сияет во мраке, как звезда. Мансур в жизни не видел такого красивого здания. Подсветка — это дар, преподнесенный американским посольством в честь новогоднего визита в город американского посла. Красный свет фонарей озаряет парк вокруг мечети, который к этому часу уже бурлит от паломников.

Здесь-то Мансур и попросит у Аллаха об отпущении грехов. Здесь он очистится. В конце концов разглядывание огромной мечети утомляет его. К тому же он голоден. Кока-кола и печенье с банановой прослойкой и киви — плохое подспорье путешественнику.

Рестораны битком набиты паломниками. Наконец Мансуру, Саиду и Акбару удается найти свободное местечко на ковре в темном кафе на Кебабной улице. Вкусно пахнет жареной бараниной, которую подают с хлебом и целыми маленькими луковичками.

Мансур разрезает луковицу, и счастье вновь опьяняет его. Ему хочется кричать во все горло от восторга. Но он сдерживается и принимается вместе с приятелями поглощать пищу, он же не маленький. Он старается во всем подражать Акбару и Саиду и выглядеть таким же, как они, — спокойным, уверенным в себе светским человеком.

На следующее утро Мансура будит утренний призыв муэдзина. «Аллах Акбар!», — голос отдается в голове у Мансура, как будто к ушам кто-то приставил динамики. Он выглядывает в окно и видит прямо перед собой голубую мечеть в лучах утреннего солнца. Над святой землей парят сотни голубей. Они живут на башне рядом со склепом, и считается, что если в стаю случайно попадает серый голубь, в течение сорока дней его оперение побелеет. К тому же каждая седьмая из птиц — это душа святого.

Полседьмого Мансур вместе с Саидом и Акбаром протискивается сквозь заграждение к мечети. Журналистское удостоверение Акбара открывает им доступ прямо к сцене. Многие дежурили всю ночь, чтобы оказаться поближе к флагу Али, когда его будет поднимать Хамид Карзай, новый президент Афганистана. С одной стороны сидят женщины, некоторые в паранджах, другие просто закутаны в белые шали. С другой стороны находятся мужчины. Если женщины спокойно сидят, то в рядах мужчин беспокойство и толкотня. Деревья почернели от людей, облепивших ветки. Несмотря на старания полицейских с розгами, кто-то все время прорывается сквозь заграждение. Люди перепрыгивают через него, укорачиваясь от розог. Полиция сегодня работает в усиленном режиме, потому что должны приехать все министры.

Появляются члены правительства во главе с Хамидом Карзаем, одетым в его знаменитый шелковый халат в сине-зеленую полоску. Президент всегда старается одеваться так, чтобы представлять весь Афганистан: южная, кандагарская, каракулевая шапка, плащ, какой носят в северных районах, и рубаха, скроенная по обычаю восточных, пограничных с Ираном провинций.

Мансур вытягивает шею, стараясь подобраться поближе. Он ни разу не видел Карзая живьем. А ведь этому человеку удалось выгнать талибов из их резиденции, Кандагара, он едва избегал гибели, когда американская ракета отклонилась от курса и упала в расположении его войск. Карзай, пуштун из Кандагара, некоторое время сам поддерживал Талибан, но потом обратил все свое внимание племенного вождя клана поползаи против талибов. Когда начались американские бомбардировки, он сел на мотоцикл и отправился в самоубийственный рейд, чтобы объехать старейшин кланов в сердце земель Талибана и убедить их, что с существующим режимом покончено. Говорят, старейшин больше впечатляло его мужество, нежели аргументы. Пока вокруг Кандагара кипели бои, а Карзай руководил осаждающими, делегаты созданной ООН в Бонне конференции проголосовали за то, чтобы избрать его новым президентом Афганистана.

«они пытались уничтожить нашу культуру. Они пытались отменить наши традиции. Они пытались отобрать у нас ислам! — кричит Карзай толпе. — Талибы пытались осквернить ислам, вывалять нас всех в грязи, поссорить со всеми. Но мы знаем, что такое ислам: ислам значит мир! Новый 1381 год станет для нас годом возрождения. С него в Афганистане вновь начнется безлопастная и надежная жизнь, мы укрепим мир и будем развивать наше общество! Сегодня нам помогает весь мир, но когда-нибудь мы превратимся в страну, которая помогает другим», — вещает Карзай под одобрительные возгласы толпы.

«Мы? — шепчет Мансур. — Мы будем помогать другим?»

Для него это совершенно абсурдная мысль. Все, что помнит Мансур, — это войну, на его памяти Афганистан всегда все получает извне — от еды до оружия.

После Карзая слово берет экс-президент Бурхануддин Раббани. Человек с большим животом и маленькими полномочиями. По образованию теолог, в будущность профессором Кабульского университета он основал партию «Джамиат-е-ислами», которой удалось привлечь в свои ряды часть моджахедов. Среди них оказался и военный стратег Ахмад Шах Масуд, которому было суждено прославиться в боях против Советского Союза, во времена гражданской войны и в борьбе против Талибана. Он был харизматическим лидером, сочетавшим глубокую религиозность с приверженностью западным ценностям. Масуд свободно говорил по-французски и стремился к модернизации страны. Погиб он от руки двух террористов-смертников из Туниса за два дня до печально известных терактов в США и практически сразу превратился в легенду. Тунисцы имели при себе бельгийские паспорта и представились журналистами. Последнее, что суждено было услышать Масуду: «Командующий, что ты сделаешь с Усамой Бен Ладеном, когда подчинишь себе весь Афганистан?» Масуд успел еще засмеяться, и тут террористы активировали спрятанную в камере бомбу. Теперь даже пуштуны вешают в своем доме портреты таджика Масуда — Панширского Льва.

Раббани посвящает свою речь Масуду, но очевидно, что его золотое время как оратора пришлось на период войны с Советским Союзом.

«Мы выгнали коммунистов, мы способны прогнать любого захватчика с нашей святой афганской земли!» — восклицает он.

Советский Союз вывел войска из Афганистана весной 1989 года. Несколько месяцев спустя пала Берлинская стена. Это, а заодно и распад Советского Союза, Раббани тоже записывает к себе в актив.

«Не будь джихада, мир по-прежнему находился бы в тисках коммунизма. Берлинская стена пала, потому что мы нанесли Советскому Союзу неисцелимые раны и вдохновили другие народы на борьбу с угнетателями. Мы развалили Советский Союз на пятнадцать частей. Мы освободили людей от коммунизма! Благодаря джихаду мир стал свободнее! Это мы спасли мир, потому что именно здесь, в Афганистане, коммунизму пришел конец!»

Мансур не выпускает из рук фотоаппарата. Он протиснулся почти к самой сцене, чтобы сфотографировать выступающих, а главное, Карзая. Он без устали щелкает, не сводя объектива с этого невысокого худого человека. Будет что показать отцу.

Ораторы по очереди выходят на сцену, попеременно звучат молитвы и призывы. Один мулла обращается с благодарностью к Аллаху, а министр образования говорит о том, что Афганистан должен стать страной, где Интернет заменит оружие.

«Смените автоматы на компьютеры! — кричит он. А еще призывает народы Афганистана забыть об этнических различиях: — Посмотрите на Америку, там люди разных национальностей живут в одной стране и все считают себя американцами. И между ними почему-то не возникает никакой розни!»