Читаем без скачивания Книготорговец из Кабула - Осне Сейерстад

За обедом он пытается ее рассмешить, заставить почувствовать себя избранной, уговорить поесть, как следует. Она сидит, не снимая паранджи, за угловым столиком спиной ко всем остальным. Вилка и нож остаются лежать нетронутыми, как и большинство афганцев, она ест руками. Рассказывает о своей жизни, о семье, об учебе, но Мансур не слушает, он слишком возбужден. Абсолютно незаконное свидание. Уходя, он дает официанту такие щедрые чаевые, что у студентки округляются глаза. По ее платью он видит, что она не богата, но и не бедна. Мансур должен торопится обратно в магазин, девушка запрыгивает в такси, что во времена Талибана могло стоить порки и тюрьмы, как ей, так и шоферу. Свидания в ресторане вообще не могло случиться: не будучи близкими родственниками, женщина и мужчина не вправе были бы просто идти по улице рядом, а такого, чтобы она публично открывала свое лицо, вообще нельзя себе представить. Времена изменились. К счастью для Мансура. Он пообещал ей принести книгу завтра.

Весь следующий день он думал о том, что скажет, когда она придет опять. Он должен поменять тактику, из книготорговца превратиться в соблазнителя. Язык любви знаком Мансуру исключительно по индийским и пакистанским фильмам, а там пафосные выражения звучат не умолкая.

Фильм обычно начинается со встречи героев, они проходят сквозь ненависть, предательства и разочарования, а заканчивается все радужными обещаниями вечной любви. Чем не учебник для молодого соблазнителя? Сидя за прилавком в окружении штабелей книг и бумаг, Мансур мечтает о том, что скажет студентке: «Я думал о тебе каждую секунду с тех пор, как мы расстались вчера. Я сразу понял, что ты особенная, ты создана для меня. Ты моя судьба!» это ей наверняка понравиться, и тогда он посмотрит ей прямо в глаза, может быть, даже возьмет за руку. «Я так хочу побыть с тобой наедине. Хочу увидеть тебя целиком, хочу утонуть в твоих глазах» — вот что он ей скажет. Или, возможно, стоит взять тон поскромнее: «Я прошу самой малости. Просто заглядывай сюда, когда тебе нечем заняться. Я пойму, если ты не захочешь. Но как насчет раза в неделю?»

Может быть, надавать ей обещаний: «Когда мне исполнится восемнадцать, мы можем пожениться?»

Она должна думать о нем как о Мансуре — на — дорогой — машине, Мансуре — владельце — книжного — магазина, Мансуре оставляющем — щедрые — чаевые, Мансуре облаченном — в — западную — одежду. Он будет соблазнять незнакомку картинами жизни, которая ожидает ее с ним: «Я подарю тебе большой дом с садом и толпой слуг, мы будем ездить на отдых за границу». Надо, чтобы она почувствовала себя избранной, увидела, как много для него значит: «Я люблю одну тебя. Каждая секунда без тебя для меня мучение».

Если она все же не согласится на его просьбы, надо подпустить пафоса: «Не покидай меня, лучше сначала убей! Или я спалю весь мир!».

Но после свидания в ресторане студентка не появляется в магазине, ни на следующий день, ни позже. Мансур продолжает репетировать свои фразы, но каждым днем все больше падает духом. Может быть, он ей не понравился? Обо всем узнали родители? Может, ее посадили под домашний арест? Кто-то их увидел и насплетничал родителям? Сосед, родственник? Может быть, он, Мансур, наговорил глупостей?

Из задумчивости его выводит появление пожилого человека в тюрбане с палочкой. Тот что-то ворчит в знак приветствия и спрашивает какую-то религиозную книгу. Мансур достает книгу и раздраженно бросает ее на прилавок. Никакой он не соблазнитель, а просто замечтавшийся сын книготорговца.

Изо дня в день он ждет, что незнакомка явится опять. Из вечера в вечер опускает железную решетку на дверях, так и не повидавшись с ней. Ежедневное сидение в магазине с каждым днем становится все невыносимее.

На улице, где стоит магазин Султан, располагается еще несколько книжных лавок и лавчонок, там продают канцелярские принадлежности, переплетают книги или копирают документы. В одном из таких магазинчиков работает Рахимулла. Он частенько захаживает к Мансуру выпить чаю и поболтать. Сегодня Манасур сам пришел к нему, чтобы пожаловаться на свои несчастья. Рахимулла только смеется.

«Не стоило тебе связываться со студенткой. Они слишком добродетельные. Те, кто нуждается в деньгах, куда покладистее. Проще всего с нищенками. Некоторые из них бывают очень даже ничего. А еще можешь сходить туда, где ООН раздает муку и масло. Там много молодых вдов».

Мансур слушает раскрыв рот. Он знает, где раздают продукты самым нуждающимся, главным образом военным вдовам с маленькими детьми. Они получают свой рацион раз в месяц, многие тут же, распродают часть продуктов, чтобы раздобыть хоть немного денег.

«Иди туда, выбери себе ту, что помоложе. Купи у нее бутылку масла и пригласи к себе. Я обычно говорю: „приходи ко мне в магазин, а я помогу тебе в будущем“. Когда они являются, я даю им немного денег и завожу в подсобку. Они приходят в парандже и уходят в парандже — никто ничего и не заподозрит. Я получу то, что мне нужно, а они — деньги для детей».

Мансур недоверчиво смотрит на Рахимуллу, который открывает дверь в подсобку, показывая, как все происходит. Это маленькая комната площадью в несколько квадратных метров. Пол застлан кусками грязного, затоптанного картона в каких-то темных разводах.

«Я снимаю вуаль, платье, сандалии, штаны и трусики. Если уж она зашла сюда, раскаиваться поздно. Кричать она не может: даже если кто и придет на выручку, виновной все посчитают ее. Скандал испортит ей всю жизнь. Со вдовами все просто. А если она окажется молодой девушкой, девственницей, я делаю это у нее между бедер. Прошу только сжать ноги покрепче. А еще можно сзади, ну, ты знаешь, сзади», — объясняет торговец.

Мансур в шоке смотрит на приятеля. Неужели все так просто?

Когда он после обеда притормаживает рядом с толпой синих паранджей, не очень-то это оказывается просто. Он покупает бутылку масла, но руки, ее протягивающие, шершавы и грубы на ощупь. Он оглядывается вокруг и видит только нищету, так что он бросает бутылку на заднее сидение и едет прочь.

Он перестал заучивать наизусть фразы из фильмов. Но однажды у него появляется надежда, что еще удастся пустить их в ход. В магазин заходит молодая девушка и спрашивает словарь английского языка. Мансур становится сама любезность. Он узнает, что девушка записалась на курсы английского для начинающих. Галантный сын книготорговца предлагает ей свою помощь.

«У меня так мало покупателей, так что заходи, можем проверить домашнее задание вместе».

Помощь начинается с посиделок на диванчике, потом перемещается за книжные полки, сопровождаясь обещаниями брака и вечной верности. Однажды он поднимает паранджу и целует девушку. Она вырывается, убегает и больше не возвращается.

В другой раз он приводит в магазин девушку с улицы, совсем неграмотную, ни разу в жизни не видевшую книги. Она стоит на остановке напротив магазина и ждет автобуса, он обещает ей показать кое-что интересное. Время от времени она захаживает в магазин, ей Мансур тоже обещает радужное будущее. Иногда она разрешает ему прикоснуться к ней под паранджей. Но от этого желание в нем только больше разгорается.

Он чувствует себя грязным. «Я грязен в сердце своем», — признается он младшему брату Экбалу. Он знает, что не должен думать об этих девушках.

— Интересно, и почему только они такие скучные? — как-то раз говорит Мансуру Рахимулла за чашкой чая.

— Как это «скучные»?

— Здешние женщины совсем не такие, как в фильмах. Просто лежат как бревна, и все, — поясняет старший приятель.

Он где-то достал порнофильмы и теперь в мельчайших подробностях пересказывает Мансуру, что там вытворяют женщины и как они выглядят.

— Может быть, афганские женщины другие? Я пытался им объяснить, что надо делать, но у них не получается, — вздыхает он.

Мансур тоже вздыхает.

В магазин заходит девочка лет двенадцати — четырнадцати. Она протягивает к ним грязную ручку и смотрит умоляюще. Голова и плечи ее закутаны в грязную белую в красных цветах шаль. Она еще слишком мала, чтобы носить паранджу, обычно паранджу надевают, выйдя из подросткового возраста.

Нищие часто заходят в магазины. Мансур сразу их выгоняет. Но Рахимулла смотрит на детское личико, формой напоминающее сердечко, и достает из кошелька десять бумажек. Нищенка смотрит на деньги округлившимися глазами и делает движение рукой. Но Рахимулла выхватывает деньги у нее из-под носа. Он машет ими в воздухе, не сводя с нее глаз.

«Ничего в жизни не бывает даром», — говорит он.

Рука девочки замирает. Рахимулла дает ей две бумажки.

«Сходи в хамам, помойся и возвращайся назад. Тогда получишь остальное».

Она быстро сует деньги в карман платья и закрывает половину лица своей грязной цветастой шалью. Смотрит на него одним глазом. На щеке ямочки от старых болячек. На лбу следы от укусов песчаных мух. Она поворачивается и уходит, худенькая фигурка исчезает в кабульской суматохе.