того своим посохом, явно пытаясь отвлечь его от Сергея, но кончилась эта затея для него плохо, ведь монстр логично обратил внимание на раздражитель и очень сильно ударил по Родиону, повалив с ног. Но добивать, однако, не стал, что снова подметил более-менее пришедший в себя Сергей, увидев, как тот нейтрализовал Родиона, снова повернувшись к отступнику. Но у Сергея по-прежнему ничего не было из того, что он мог бы противопоставить монстру. Однако, видимо, правду говорят, что в критических ситуациях либо теряются, либо очень быстро находят выход из нее. В случае с Сергеем — он вспомнил, что у него в кармане остался один мешочек с чертовым порошком, о котором он совсем забыл. Отступник тут же достал спасительное средство.
Сам монстр, встав перед Сергеем в полный рост и разведя в стороны все свои конечности, кроме четырех ног, на которые он опирался, как на ножки стула, приготовился обрушиться на Сергея, который, понимая, что медлить нельзя, воспламенил мешочек и бросил его в монстра, а сам поспешил отпрыгнуть назад, спасаясь от взрыва и закрыв лицо руками. Взрыв произошел — если так можно сказать — под задней частью монстра, полностью перебив две его ноги, от которых остались только две культи, из которых обильно текла черная жижа, да торчали голые кости и куски мяса. С остальными двумя ногами тоже было не все хорошо: и хоть их не оторвало, как остальные, но они получили сильные повреждения и множество ран. Однако несмотря на это, они продолжали функционировать. Сам монстр, кроме упомянутых повреждений, получил еще сильную контузию, отчего тот не совсем ориентировался в пространстве. Но некоторую контузию получил и Сергей. Упав на землю от взрыва, он попытался отползти назад, а посмотрев назад, он вдруг заметил вилы рядом с одной избой. Но монстр, как будто поняв, что задумал отступник, сделал резкий рывок, настигнув Сергея и повалив того с ног. Монстр, схватив его за ногу, пытался подтянуть к себе пытавшегося уползти от него отступника. Отчаянно сопротивляясь этому, Сергей стал бить свободной ногой в харю твари, умудрившись сильно подбить его левый глаз. Хватка ослабла, и Сергей смог освободить ногу, наконец дополз до вил и, взяв их и оперев об стену избы, он встал, ожидая, что монстр снова сделает на него рывок. Это он и сделал, что только и нужно было. И Сергей, подловив его в воздухе, удачно насадил монстра на вилы.
Тварь не смогла совладать с вилами и попыталась достать своими металлическими когтями и лезвиями самого Сергея, но длина черенка не позволяла это сделать. В итоге возникла достаточно забавная ситуация, разумеется, со стороны Сергея, так как монстр фактически попал в ловушку. И удивительно, но монстру как будто не хватало мозгов и интеллекта отступить назад или уйти куда-то вбок, чтобы сняться с вил. Вместо этого, он продолжал бездумно переть вперед к своей цели. Пользуясь моментом, Сергей, поднявшись на ноги, все еще удерживал вилы с монстром. Недолго думая, он вонзил кинжал ему под челюсть, проткнув ее вместе с языком и вогнав его глубоко в мозг. Это уже тварь, к счастью, пережить не смогла и, обмерев, так и застыла мертвой и повисшей на вилах. А Сергей, переведя дух, еле сдерживая гнев, схватился за Родиона понимая, что если тот бывал здесь раньше, то явно знал про тварь. Это еще не учитывая, что оно на него не нападало. К тому же ему в край осточертело все это, и ему нужны были ответы, что здесь за чертовщина вообще происходит.
— Ты знал об этом нечто и все равно завел меня сюда! Знал и молчал! Что еще ты утаил? Говори!
— Ну, во-первых, хватит меня трясти, — спокойно ответил Родион, и когда Сергей немного остыл, продолжил: — А во-вторых, да, я знал об этом, как ты выразился, нечто. Хоть я звал его смотрителем, чем, собственно, он и являлся.
— Смотритель?
— Да, смотритель и отчасти защитник. Ведь, как ты видишь, местные… жители не особо сообразительны, и за ними нужно постоянно следить и защищать, но… Эх, Сергей, лучше рассказать тебе все с самого начала.
— С этого и надо было начинать, — раздраженно проговорил Сергей.
— Ну, как получилось… Видишь ли, когда-то эти земли были дарованы одному дворянину вместе с модным тогда — исчадье побрал бы эту моду — титулом графа за отличие при подавлении восстания в Кургане сорок лет назад. Понятно, что молодой помещик был рад такому подарку — большому куску земли с его богатствами и проживающими здесь крестьянами. Все шло хорошо, граф завел семью, и у него появились дети. Но когда на наши земли обрушился голод, а затем и мор, который убил практически все семейство графа вместе с ним, не забыв и про простых людей, как косой, начисто скосив две деревни. Эту же, — Родион развел руками, — мор особо не тронул своей мертвецкой рукой, отчего она и не особо пострадала. После смерти графа этими землями стал управлять его единственный выживший старший сын. Он учился наукам, кстати, за морем. И там, по слухам, он и увлекся черной магией. Эти слухи подкрепились, когда он приехал обратно домой, так как начали происходить некоторые странные вещи, в частности пропажа домашних животных и появления разрытых могил, но их всех списывали на диких животных. И очень зря. Ведь вот уже молодой граф, пользуясь моментом, стал исполнять свои чудовищные дела, о которых он, видимо, давно задумывал. И под видом лекарства давал яд, обещая тем немногим выжившим, что мор им будет больше не страшен. Поубивал всех оставшихся живых людей и создал из некоторых из них своих слуг шитых, а из остальных — просто иногда делающих движения кукол, поселив их здесь и став грабить проходившие рядом суда. Жил он за счет этих самых грабежей, но это ты прекрасно видел и знаешь. Сам граф так и живет в своих хоромах, сделав из них свою цитадель, в стенах которых он продолжает свои эксперименты с черной магией, истязая тех несчастных мертвых или живых, кто попадется ему в руки.
Услышанная история казалась Сергею нереалистичной и вызывала ряд вопросов, особенно насчет неких темных сил, с которыми связался граф. И главное, что Сергея удивило: почему никто не заметил, что творит граф в этих землях? О чем он и поспешил спросить:
— Учитывая большой размер графства, относительную близость Кургана и наличие рядом торговых путей, почему про творящийся здесь кошмар никто не узнал?
— Твоя правда, но на самом деле
