Слуги графа радушно приняли и Селесту, невзирая на ее красные шелковые юбки и цветастый тюрбан. Они провели мулатку в предназначенную ей маленькую комнатку, находившуюся рядом с комнатой ее хозяйки.
Уэбб же подвергся более тщательному осмотру, особенно после того как Лили представила его в качестве своего жениха, вызвавшегося сопровождать ее в Париж.
Молодых людей проводили в гостиную. Потом мадам Костар отправилась на кухню, а ее супруг — проследить, чтобы весь багаж Лили доставили наверх, где Селеста могла бы разобрать его.
— Сколько еще времени понадобится мадам Костар? Когда нам принесут поесть? Может, мне стоит пойти поторопить ее? — спросила Лили, поднимаясь с дивана.
Уэбб взглянул на нее с укором, и она снова уселась, он же принялся листать книгу, которую взял с полки.
«Если бы только, — думала Лили, — Адам не вел себя так глупо, танцуя с графиней, я, возможно, смогла бы отказаться от этого путешествия. Но раз Уэбб заметил Адама с этой шпионкой, пришлось играть роль Аделаиды».
«Сделка с дьяволом», — продолжала размышлять Лили, глядя на Уэбба.
Тот сидел, развалившись в огромном кресле, и чем-то напоминал сейчас молодого льва. Его чуть рыжеватые волосы были зачесаны назад и — по американской моде — забраны в хвостик и перетянуты черной кожаной лентой. Один локон выбился и свисал на лоб, что придавало Уэббу мальчишеский вид. На нем были темно-желтые бриджи из буйволовой кожи, черный сюртук и белоснежная рубашка. Начищенные до блеска башмаки придавали особый шарм этому скромному наряду.
Иными словами, облик Уэбба вполне соответствовал его нынешнему псевдониму: мистер Милн, американский судовладелец и жених Аделаиды.
Жених! Господи, как же она ненавидела это притворство! Мало того, что они провели в одной карете последние несколько дней, теперь им приходилось изображать сердечную привязанность друг к другу — привязанность, которой не было и в помине. Во всяком случае, со стороны Уэбба, уж в этом-то Лили не сомневалась.
После того как она вышла из-за ширмы в новом платье, сшитом для роли Аделаиды, он почти не разговаривал с ней, даже не смотрел на нее.
Если бы только она могла держаться с такой же невозмутимостью! Но Лили постоянно ловила себя на том, что наблюдает за Уэббом, изучает его… Вот и сейчас она невольно залюбовалась голубизной его глаз…
Но Адам такой же красивый, убеждала она себя. Многие бы даже сказали, что он гораздо привлекательнее, к тому же у него замечательная улыбка. Однако именно Уэбб, входя в комнату, заставлял ее сердце учащенно биться.
Однако хуже всего было другое… Каждый раз, когда он случайно прикасался к ней в карете, она чувствовала тепло его тела, и эти прикосновения разжигали в ней огонь желания. Так было и минуту назад, когда Уэбб оттащил ее от секретера.
Глубоко вздохнув, Лили заставила себя отвести от него взгляд. Она постаралась вспомнить ту ненависть, которую питала к нему, попыталась вызвать в памяти тот день, когда увидела Уэбба с леди Марстон. Но все было напрасно — вместо успокоения появились лишь новые вопросы…
Есть ли у него сейчас любовница? Кто она? Скучает ли он по ней?
Лили знала: большую часть времени Уэбб проводит во Франции. Значит, у него здесь есть женщина. Но где именно? Может, где-нибудь в загородном доме недалеко от Парижа?
Господи, если она будет изводить себя подобными вопросами, то скоро сойдет с ума! Найти бы лекарство, которое излечило бы ее от влечения к этому человеку.
— Когда вы предполагаете начать поиски? — спросила она, нарушив молчание.
Уэбб захлопнул книгу.
— Когда мы найдем предлог, чтобы выпроводить Костаров из дома. К счастью, Анри держал лишь этих слуг. Так что мы сумеем что-нибудь придумать, найдем для них какое-нибудь поручение, чтобы избавиться от них на время. И кроме того… Логичнее искать дневники графа в его кабинете, а дверь кабинета заперта на ключ.
— Откуда вы знаете?
— Я проверил это, когда мы вошли. Его кабинет — первая дверь налево. Когда меня никто не видел, я попытался ее открыть. Вот почему надо сделать так, чтобы Костары надолго ушли из дома. Мне придется повозиться, чтобы открыть кабинет. Анри был очень предусмотрительным человеком, и я уверен, что замок весьма надежный.
Поднявшись с дивана, Лили подошла к камину и принялась рассматривать фарфоровые статуэтки, аккуратно расставленные на каминной полке. Веселые пастушки и влюбленные пастухи… Лили отвернулась от них — ее раздражали их счастливые лица.
— А сейчас, что делать?
— Прежде всего — успокоиться. Скоро здесь появится солиситор, и вы узнаете, насколько вы богаты.
— Чудесно. Фортуна улыбнулась мне, и все, что я могу делать, — так это сидеть здесь и ждать. — Лили принялась расхаживать по комнате, разглядывая маленькие столики, портреты на стенах и позолоту на дверях. — Может, мне лучше подняться наверх и помочь Селесте распаковать багаж? По крайней мере хоть чем-то займусь.
Она направилась к двери, но Уэбб опередил ее и взял за плечи.
— Как это будет выглядеть? — Он нахмурился. — Наследница сама распаковывает багаж?
Лили посмотрела на руку Уэбба, вцепившуюся ей в плечо. Его большой палец касался ее обнаженной груди в вырезе платья.
Не в силах удержаться, она приблизилась к нему почти вплотную. Приблизилась — и подумала о любовнице Уэбба. Какая она? Самоуверенная? Покладистая? Воспламеняют ли ее его прикосновения?
Зачем ей знать все это?
Сейчас ей хотелось одного: поцеловать его, чтобы убедиться, что их прежние поцелуи не плод фантазии. Ей снова хотелось почувствовать вкус его губ, почувствовать их возбуждающий жар.
— Малышка, — прошептал Уэбб, — не усложняй ситуацию. — Он провел пальцами по ее обнаженной руке.
— Вы не должны называть меня так, — сказала она, потупившись.
— Малышка, — повторил он, словно поддразнивая ее.
Она приподнялась на цыпочки и заглянула в самую глубину его голубых глаз. Заглянула — и невольно отшатнулась, увидев в его глазах то, чего совершенно не ожидала увидеть.
В его глазах было желание.
Он желал ее.
В этот момент Лили не думала о том, что, возможно, совершает ужасную ошибку. В этот момент она знала лишь одно: если сейчас она не поцелует Уэбба, то никогда не найдет ответы на мучившие ее вопросы.
Лили снова приподнялась на цыпочки и приблизила свои губы к его губам.
Она решилась поцеловать Уэбба.
Она не могла не поцеловать его.
В следующее мгновение Лили почувствовала, что этот поцелуй совершенно не похож на предыдущие. Он был страстный — и в то же время нежный.
В этом поцелуе были нежность и страсть.
Наконец он чуть отстранился, и Лили тихонько вздохнула, прижалась к нему всем телом и обвила руками его шею.
