кто может запечатать дар второго по силе мага королевства? Только первый по силе – то есть Демир.
В Зале царил мрак, особенно густой по периметру. Центр освещался тусклым голубым светом. Древние руны, выбитые на стенах, не были видны, но Демир чувствовал их энергию. Он любил это место. Тут особенно отчётливо ощущаешь свою силу, которая подпитывается мощью древней первородной магии.
Гвардейцы ввели Крайдана и быстро покинули Залу. Те, кто не наделён даром, не выносят долгого пребывания здесь. Они остались один на один – два сильных мага. Никогда не были друзьями, но хорошо знали друг друга. Крайдан решительно встал по центру – ровно под голубые лучи.
– Начинай, – бросил мрачно.
Его решительность вызывала уважение. Но только она. Демир многого не понимал в Крайдане. Порой Магистр казался ему непоследовательным и подверженным ненужным чувствам.
– Не спеши, – у Демира был свой сценарий. – Сначала ознакомься вот с этим.
Он протянул Крайдану письмо от Матери-настоятельницы. Пока глаза Магистра бегали по строчкам, Демир внимательно следил за его мимикой, но ни одна мимическая мышца не дрогнула – Крайдан не выдал эмоций, будто только что прочёл текст, не многим интереснее кулинарного рецепта. Но Демир был уверен, что в Магистре сейчас бушуют страсти.
– Теперь понимаешь, из-за чего все твои беды последних дней? Зря не слушал моих предостережений. Эта северная дева – из порочного опального рода. У неё есть порочный дар. Она не только на меня пыталась наслать порчу, основная её мишень – ты.
Крайдан усмехнулся, не скрывая лёгкого презрения.
– Поверил небылицам, которые померещились послушницам? – он приложил ладонь к бумаге, и та начала чернеть и сминаться, постепенно превращаясь в пепел.
Демир не стал останавливать Крайдана. Пусть развлекается, пока дар ещё не запечатан.
– Под действием успокоительных масел, которыми постоянно обмазывают сестёр, они лишаются способности мыслить здраво, – Магистр стряхнул пепел с рук. – Я видел на шее у Анабель кулон, о котором тут говорится. Это не Капля Арата, а дешёвая женская безделушка, лишь отдалённо напоминающая артефакт.
– Допустим, – спокойно прореагировал Демир, хотя не поверил Крайдану. – Пусть это безделушка. Но она мне нужна. Я могу замолвить за тебя слово перед королём, чтобы он смягчил наказание, если пообещаешь добыть эту безделушку для меня.
Капля Арата – уникальный артефакт. Демир давно за ним охотился. Потратил несколько лет жизни – скрупулёзно изучал факты. Всё безуспешно. То нападал на след, то снова терял – надежда таяла. Казалось, будто Капля бесследно исчезла из этого мира. И вдруг такая удача!
Но знать, где артефакт – это ещё не владеть им. Каплю Арата нельзя отнять. Она потеряет силу, если окажется в руках человека, не принадлежащего роду Магвайр-л’Арата. Только если артефакт будет добровольно отдан, он сохранит все свои свойства. Демиру показалось, что у Крайдана с северянкой сложились доверительные отношения, а значит, в его силах убедить деву сделать ему подарок.
Магистр снова усмехнулся с презрением.
– Мне казалось, это мужчины должны дарить женщинам украшения, а не наоборот.
– Я хотел как лучше, – равнодушно пожал плечами Демир. – Я сам найду к деве подход, если ты не желаешь сотрудничать, – он постарался, чтобы слова прозвучали двусмысленно, с намёком на близость.
Демир слегка блефовал. Конечно, если Крайдан откажется от сделки, то Демир сам возьмётся за деву. Но он хорошо помнил, чем закончилась его попытка с ней флиртовать. Придётся действовать изощрённей. С северянкой, которая обладает порочным даром, надо быть осторожным.
Своей последней фразой Демиру удалось задеть Крайдана. Он заметил, как тот напрягся. Его жалит мысль, что Демир будет развлекаться с его содержанкой, когда самого Крайдана отправят в ссылку или в застенки.
– Поверь, мне не доставит удовольствие запечатывать твой дар, – продолжил игру Демир. – Даже если король не внемлет моей просьбе и не смягчит тебе наказание, я мог бы провести ритуал, не используя все руны – так, чтобы потеря дара оказалась обратима. Я жду лишь твоего согласия на сделку, от которой выиграем мы оба.
– Сделки не будет, – играя желваками, ответил Крайдан, и мрачно скомандовал: – Начинай.
Демир отдалился к стене. Подошёл к главной руне – руне Айцелиус. Поймал, идущий от неё поток энергии, сконцентрировался. Он не лгал Крайдану, когда говорил, что ему не доставит удовольствие запечатывать его дар – ему действительно было это неприятно. Но если не удалось заполучить Крайдана в союзники, его нужно нейтрализовать, чтобы не мешал Демиру идти к цели.
Тяжёлая мрачная сила руны Айцелиус медленно приглушала голубой свет, льющийся на Крайдана. Демир был готов начать ритуал. Но в этот момент в Залу неожиданно вошёл старший гвардеец и, морщась от наполнявшей пространство магической энергии, произнёс:
– Его Величество отдал приказ остановить ритуал и препроводить Магистра Крайдана в его кабинет.
Глава 33. Суровое наказание
Глава 33. Суровое наказание
Мёрфиль появился в покоях Твинсена беззвучно. Как он это делает? Иногда перезвон его бубенцов слышно за версту, а иногда он неожиданно выныривает, будто из-под земли, не издав ни шороха. Вот как, к примеру, сегодня.
Твинсен стоял у окна, глядел во двор. Не столько глядел, сколько размышлял. Отвернулся буквально на минуту, а когда повернулся – обнаружил сидящего на подоконнике шута. В его любимой позе. Одна нога беспечно болтается, другую, согнутую в колене, он обхватил руками.
– О чём задумались, моё глубокомысленное высочество? – Мёрфиль склонил голову набок. Бубенцы послушно звякнули.
Твинсен усмехнулся. Рассказать ли о своих мыслях шуту? Это странно, но принцу вспоминалась его первая и единственная любовь. Это случилось с ним лет в двенадцать. Профессор Виллингоф, читавший ему курс истории, требовательный, строгий и вечно недовольный, дал задание на летние каникулы изучить очередной талмуд. Толстенная книга навевала скуку. И Твинсен для начала пролистал её в поисках иллюстраций. К счастью, в книге нашлось несколько рисунков – в основном портреты. Один из них привлёк особое внимание. На нём была изображена юная дева. Казалось, её синие печальные глаза смотрят прямо на тебя. Твинсен замер, не в силах перелистнуть страницу. Дева была удивительно красива. Он долго изучал её черты, и юношеское воображение включилось. Он придумал целую историю – кто она, откуда.
Твинсен возвращался к этому портрету снова и снова. В его воображении красавица ожила. Он мысленно разговаривал с ней, флиртовал и даже заходил дальше флирта. Тебе должно быть
