продолжить тему.
– Ты думаешь, что любовные чувства можно контролировать? Что можно усилием воли избежать увлечения? Я полагал, юные девы исповедуют правило «сердцу не прикажешь».
– Я смогла приказать сердцу забыть, когда любимый предал, – снова поразила убийственной прямотой северянка. – Но боль была куда бы меньшей, если бы я сразу знала, что не нужна этому человеку. Думаю, Ваше Высочество, вы согласитесь со мной, если бывали когда-нибудь влюблены. Случалось с вами такое?
– Влюблённость? Случалось. Когда мне было двенадцать.
Твинсен невольно улыбнулся. Всё-таки северянке удалось заставить его губы растянуться.
– И кем же была эта юная дева? Надеюсь, она не разбила вам сердце?
Эта юная дева была необыкновенно похожа на ту, с кем сейчас беседует Твинсен. Особенно глаза. Будто его давнишняя юношеская фантазия ожила. Она даже разговаривала так, как ему когда-то представлялось. Просто и смело – на равных.
– Нет, моё сердце осталось целым, – ответил Твинсен только на вторую часть вопроса.
– Вот и за моё можете не волноваться, Ваше Высочество. Оно продолжит биться ровно и спокойно. Я прекрасно уяснила свою роль на фестивале.
Слова задели. Почему? Это говорит уязвлённое самолюбие? Твинсен не знал. Но совершенно явственно ощутил, что ему хотелось бы, чтобы северянка им увлеклась. В его юношеских фантазиях та дева с портрета отвечала ему взаимностью. Позволяла поцелуи и другие вольности. Но что фантазии по сравнению с тем, каким бы сладким оказался поцелуй вживую?
Взгляд замер на её губах. Их форма была точь-в-точь, что отложилась в памяти, только они были чуть более пухлыми и ещё более соблазнительными… И всё же почему северянка так похожа на ту – с портрета двухвековой давности?
– Анабель, расскажи мне, откуда ты родом. Кто твои родители?
Вопрос ей не понравился. Впервые за всё время разговора она напряглась.
– Я сирота. Мне больно вспоминать о родных. Была бы благодарна, если бы мы не стали касаться этой темы.
Твинсен тут же извинился. Сам рос без матери, и понимал чувства северянки.
– Позволите идти, Ваше Высочество? Я ещё не имела возможности передохнуть с дороги.
Он испытал новый укол совести. Сначала отец томил северянку беседой, теперь он. Она наверняка не только устала с дороги, но и голодна.
– Нет, не позволю. Только после того, как разделишь ужин со мной.
Твинсен позвонил в колокольчик, чтобы вызывать лакея.
– Позови прислугу накрыть здесь стол для вечерней трапезы на двоих, – отдал он распоряжение появившемуся на веранде Сервилю.
Старший гвардеец мрачно хмурил брови, показывая Крайдану, что время истекло.
– Магистр, следуйте за нами. Королевский приказ – доставить вас в пещеру Коэна сегодня. Мы должны выезжать немедленно, иначе не доберёмся до захода солнца.
Крайдан понимал это и без слов. Он уже несколько минут находился у покоев, которые отвели Снежане. Её не было на месте. Горничная, которая перестилала постель, не знала, где хозяйка.
Он надеялся дождаться её. Отправляться на поиски по дворцу, уже не было времени. Но Снежана так и не появилась. Пора было подчиниться приказу.
Крайдан злился. Не на кого-то конкретно – на дьявольски неправильно сложившиеся обстоятельства. Но горничная приняла его тяжёлый взгляд на свой счёт.
– Магистр, вы можете написать записку вашей подопечной. Я сейчас же её разыщу и передам, – виновато пролепетала она.
Крайдан уже знал, что письма имеют свойство сначала быть прочитанными совсем не теми, кому адресованы. Но другого выхода не было. Нужно было обязательно предупредить Снежану о Демире.
– Бумагу, – рявкнул он.
Через пару мгновений перед ним появился лист и перо. Он написал несколько слов. С виду ничего особо не значащих. Но надеялся, что Снежана поймёт посыл.
Горничная засеменила по коридору в центральную часть дворца, а Крайдан последовал за гвардейцами на выход.
Глава 36. Долгожданная награда
Глава 36. Долгожданная награда
Небосвод окрасился предзакатными красками. Пора было заканчивать работать, но Арттерик не спешил уходить из кабинета. Велел позвать целителя. Не только для того, чтобы выслушать отчёт о состоянии здоровья сына – был ещё один повод для беседы.
– Присядь, – указал Тельмару на стул, когда тот явился.
Терпеливо дождался, пока лекарь удобно устроится.
– Ты когда-нибудь слышал, чтобы все-Творец даровал женщине способность целить? – поинтересовался Арттерик задумчиво.
– Нет, Ваше Величество, – Тельмар поправил свои косматые пряди, упавшие на лоб. Почему никогда не собирает их лентой? Наверняка ведь спутанные клочья вызывают у него изрядную досаду.
– Ходят слухи, что в Лаамарии иногда рождаются одарённые девочки, – продолжил Арттерик.
– Да, Ваше Величество, до меня тоже доходила подобная информация. Но я сомневаюсь, что речь о даре целительства. Скорее, о ментальном даре женского воздействия на мужчину.
– У меня есть основания полагать, что одну из лаамариек все-Творец всё же отметил своей милостью и даровал способность врачевать. Что ты по этому поводу думаешь?
– Все-Творец мудр. Но нам, простым смертным, не дано постичь его мудрость, – уклончиво ответил Тельмар.
– Ты уже знаешь, кто будет представлять северную провинцию на фестивале?
– Да, Ваше Величество. Я слышал, что это Анабель из Лаамарии.
– Вижу, слухи при дворе распространяются быстро, – усмехнулся Арттерик. – Когда я говорил про одарённую лаамарийку – имел в виду её. С завтрашнего дня будешь с ней заниматься. Прощупаешь – попробуешь развить её дар. И прояви всё своё усердие. Если у девы начнёт что-то получаться – щедро тебя награжу.
– Могу ли я рассчитывать на ту награду, о которой давно прошу вас, Ваше Величество?
Арттерик помрачнел. Тельмар не знал отказа в деньгах. И не только в них. В распоряжение целителя было отдано целое крыло дворца. Любая другая его просьба или прихоть тоже безоговорочно выполнялась, кроме одной – Тельмар хотел обрести супругу. Но какая женщина добровольно согласится стать женой неряшливого горбуна, прослывшего при дворе человеком с большими странностями? Такой брак мог состояться только по приказу короля. Арттерик понимал желание Тельмара обзавестись семьёй и наследниками, но у него не лежала душа обрекать на несчастливую жизнь избранницу целителя.
– Я подумаю, – единственное, что мог пообещать Арттерик.
– Благодарю вас, Ваше Величество, – Тельмар остался доволен уже тем, что не получил резкого отказа на свою просьбу, как это было обычно. – Я приложу максимум усилий, чтобы выполнить ваш приказ.
Арттерик кивнул, показывая, что отпускает целителя. Тот неловко слез со
