стула, поклонился и удалился.
Король смотрел ему вслед и думал, почему так зацепился за эту идею с северянкой и её даром. Смутная надежда, поселившаяся в сердце, не таяла – наоборот росла. Наверное, впервые за долгие годы…
Несчастья обрушились на королевскую семью, когда Арттерику исполнилось сорок. Та весна была довольно прохладной, но один из дней выдался на удивление тёплым. Супруга решила прогуляться в королевском саду с Твинсеном, которому в ту пору было семь. Арттерик присоединился к ним. Захотелось отдохнуть от дел – провести пару часов с семьёй. Теперь он уже не помнил, кому именно пришла в голову идея устроить пикник прямо на молодой весенней траве в тени цветущих яблонь.
Прислуга расстелила покрывало и вынесла корзинки со всевозможной снедью. Арттерик отослал всех – сам хотел поухаживать за Зимфеей. Они наслаждались сочными сэндвичами с беконом и зеленью, Твинсен – шоколадной пастилой. Они были слишком разморены под ласковым весенним солнцем, слишком расслаблены, слишком увлечены неторопливой беседой, чтобы заметить опасность. А она уже приближалась, беззвучно скользя чёрным брюхом по траве. Она уже наметила цель.
Боковым зрением Арттерик заметил чёрную извивающуюся ленту. Кобра Ллахонсе – самая ядовитая, самая коварная, самая опасная. Он узнал её по белым искрящимся пятнам на капюшоне. Она атакует на расстоянии – просто выплёвывает яд на свою жертву. Арттерик действовал стремительно. Схватил нож и отсёк ей голову. Надеялся, что успеет защитить супругу и сына, но было поздно – змея успела выпустить яд.
Зимфея тут же лишилась чувств. И Твинсен тоже был без сознания. Кобра целилась в супругу, но немного яда попало и на сына. Через несколько часов королевскому доктору удалось привести обоих в чувства, но его вердикт прозвучал беспощадно. Противоядия не существует. Жертвы чёрной кобры обречены.
Арттерику это было известно и без слов целителя. О смертоносных чёрных кобрах знает каждый человек в королевстве. Он был убит горем. Он не знал, кого винить в произошедшем. Себя? Почему не заметил опасность заранее? Или кого-то ещё? Арттерик не мог понять, как кобра Ллахонсе могла оказаться в королевском саду. Эти змеи водятся только в одном месте – в горном районе северной провинции. Неужели одной из них удалось перебраться в центр королевства? Или это дело рук предателя. Змею могли привезти с Севера и специально подбросить в королевский сад. Доказать это не удалось, но всё равно все слуги, кто имел хоть малейшее отношение к Северу, были уволены. Арттерик издал приказ больше не брать на работу северян.
Единственным утешением в те скорбные дни стал для Арттерика Тельмар. Яд кобры Ллахонсе действует коварно – медленно, но неотвратимо, однако целитель обещал, что сможет какое-то время сдерживать губительное действие отравы. Он заверил, что владеет уникальной целебной магией, которая отодвинет неотвратимое, и приступил к лечению.
Зимфея, хоть и не заметила сам момент нападения кобры, быстро догадалась, что с ней произошло, но малыш-Твинсен – нет. Родители решили не рассказывать ему о случившемся. С лекаря тоже взяли клятву хранить молчание.
Тельмару удалось невозможное – пять лет он сдерживал болезнь Зимфеи, хотя обычно яд убивает за несколько месяцев. Но всё же настал день, когда отрава сделала своё чёрное дело. К счастью, на Твинсена попало меньше яда, поэтому до недавнего времени у целителя получалось сделать так, чтобы принц не чувствовал недомогания. Однако в последнее время Арттерик стал всё чаще и чаще замечать, что сын быстро утомляется. И горькие думы всё чаще и чаще одолевали короля.
Но сегодня мысли были не такими мрачными. Причина в деве, которая смела заявить, что умеет целить. Она с Севера. Родилась в этих мятежных, порочных, опасных, таинственных, непонятных землях. Как раз там, где водятся чёрные кобры. А что если её предки знали, как излечиться после нападения змеи? А что если ей передались эти сокровенные знания?
Глава 37. Да хранит тебя и весь твой род все-Творец
Глава 37. Да хранит тебя и весть твой род все-Творец
Ужин с принцем закончился, и Снежана наконец-то могла отправиться в свои покои. Прошедшую трапезу можно было назвать почти приятной. Почти – потому что расслабиться нельзя было ни на секунду. Приходилось постоянно контролировать себя, чтобы не сказать чего-то лишнего. Но сам принц Снежане понравился. Он оказался не только внешне похож на обаятельного Родиона День-Добрый, но и по характеру. У Твинсена внимательные любопытные глаза. Очень живая психика. Он эмоционален, и пока не научился, подобно отцу, тщательно скрывать свои эмоции. Но этим и подкупает. Он привлекателен, даже когда злится, а уж когда улыбается… В нём есть природная галантность, мужская харизма, сексуальность. Он рождён разбивать женские сердца. Ему, как и Родиону, для этого и делать ничего не нужно. Снежана была уверена, что каждая вторая девушка, приехавшая на фестиваль, падёт жертвой его обаяния. Впрочем, устоят ли оставшиеся ещё тоже под большим вопросом.
Снежана зашла в свои покои и облегчённо вздохнула – наконец-то осталась один на один с собой. Сняла туфли, присела на софу, окинула свои владения взглядом. У неё ещё не было возможности внимательно тут всё рассмотреть. Странно осознавать, что эта комната станет её домом на несколько недель. Если бы не была вымотана сегодняшним тяжёлым днём, наверное сильно бы изумилась необыкновенной роскоши. Кровать, тумбы, туалетный столик – вся мебель сделана из светлого, почти белого дерева, украшена изысканной резьбой, инкрустирована камнями. Кругом кричаще дорогие материалы – блестящая позолотой парча обивок, тонкий шёлк палантина, мягкая шерсть белоснежных ковров. Но что Снежана хотела? Королевский дворец, как-никак.
Пока освежалась и переодевалась в повседневную одежду, строила планы на вечер. Наметила несколько дел. Во-первых, разыскать королевскую библиотеку и выбрать пару-тройку полезных книг. Во-вторых, начать налаживать контакты. Ей показалось, что соседние покои, которые пустовали днём, сейчас уже кем-то заняты. Видимо, начали съезжаться представительницы знатных родов на фестиваль невест. Можно рискнуть познакомиться с соседкой.
Снежана, конечно, отдавала себе отчёт, что между девушками развернётся конкуренция, а может даже, вспыхнет открытая вражда – на дружеские отношения рассчитывать не стоит. Особенно Снежане – её ведь будут принимать за северянку. Но не могут же все поголовно оказаться такими склочными и злобными. Теплилась надежда, что удастся разыскать хоть кого-то, с кем можно будет нормально поговорить. Снежана уже соскучилась по женскому обществу. С момента, как попала сюда, ей приходилось иметь дело исключительно с мужчинами, если не брать во внимание, короткого и неприятного знакомства с послушницами и Матерью-настоятельницей.
Планы
