class="p1">Выходит, Крайдан провёл тут уже половину суток. Время в пещере Коэна текло по-своему. Ему показалось, что прошёл один миг длиною в жизнь.
Стражник сменил факел и поставил перед Крайданом миску.
– Поешь, – сказал с искренним сочувствием, – говорят, ненадолго помогает.
Крайдан влил в себя пару ложек. Ожидал, что у тюремной баланды окажется прескверный вкус, но нет – кухарка старалась. Он уже успел заметить, что к узникам здесь относятся мягко – без назидательной строгости или осуждения. С каким-то мрачным философским состраданием. Здесь знают, что нет казни страшнее мук совести. Нет наказания горше, чем остаться со своими грехами наедине.
Крайдан отставил миску, закрыл глаза. Он уже чувствовал, что накатывает новая волна горестных дум. У волны синий цвет. Точь-в-точь как её глаза. Почему Снежана? Разве он виноват перед ней? Себя не обмануть – виноват. Он желал обладать ею с самой первой встречи. Он забыл, что давал клятву другой. В своих мыслях и низменных плотских фантазиях он уже много раз нарушил эту клятву. Он посмел целовать её так, будто она принадлежит ему. Он запомнил вкус её губ, чтобы снова и снова вспоминать его. Он обещал бескорыстную помощь, но не сдержал обещания. Она искала у него защиты, какую ищут у старшего брата или отца, но он не видел в ней сестру, он видел в ней желанную женщину. Он предал её доверие. Как можно предать деву с такими чистыми отважными проникновенными глазами? Крайдан ненавидел себя…
– Похлёбка…
Альмира не привыкла рано вставать, но здесь, в этой забытой все-Творцом обители, её будил по утрам звук колокола. Низкий, размеренный, унылый, Послушницы рано начинают свой день. Она не могла понять зачем. Их жизнь так нетороплива, так однообразна, так бесстрастна. Куда им спешить? Зачем подниматься до рассвета?
Она встала, подошла к окну. Везде, куда хватало взгляда – горы, горы, горы. Самый заброшенный уголок королевства. Альмира специально выбрала одну из отдалённых женских обителей, чтобы немного отсидеться. Она объяснила Крайдану, что ей нужно время успокоиться, пережить утрату, привести мысли в порядок. Он не стал возражать. Сам отвёз её сюда. Сам просил Матушку-настоятельницу, чтобы позаботилась обеспечить Альмире покой. И та расстаралась. Альмире отвели просторную светлую келью с отдельным входом. Приставили двух послушниц, чтобы выполняли любые просьбы.
В дверь негромко постучали. Кто бы это мог быть? Девицы, которые прислуживали Альмире, знали, что ненужно тревожить её раньше обеденного часа. Сердце ёкнуло – наверное, это прибыл он.
Альмира быстро накинула домашнее платье и отворила дверь. Насчёт того, кто стал её ранним гостем, не ошиблась. Они давно не виделись. Она замерла от нахлынувших чувств. Так всегда. Этот мужчина вызывал у неё и сладкий трепет, и смертельный страх. Сердце забилось в два раза быстрее под его властным взглядом.
Он шагнул внутрь, закрыл за собой дверь. На нём был серый длинный плащ. Ей хотелось скинуть капюшон с его головы, но она не смела. Он грубо притянул её к себе, И поцелуй его тоже был жёстким, подчиняющим.
– Какая тёплая. Только из постели?
Альмира снова задрожала – теперь трепет вызвал тембр его голоса, низкий, хриплый, будто угрожающий. Её хватило только на то, чтобы кивнуть.
– Надеюсь, у тебя есть то, что я просил?
– Да.
Она метнулась к сундуку. Нащупала под ворохом одежды шкатулку. У этой дорогой фамильной вещицы был секрет – двойное дно. Шкатулка досталась Альмире от матери – свадебный подарок. Открыть потайное отделение могли только представители рода. Удобная вещь, когда нужно спрятать что-то не только от любопытных слуг, но и от мужа.
Она аккуратно достала оттуда артефакт – Ожерелье Дара, и дрожащей рукой передала своему гостю. Тот немедленно переправил его во внутренний карман.
– Супруг не догадался? Всё сделала, как я сказал?
– Всё, как ты сказал.
Разве могла она ослушаться? Альмира дотошно следовала плану. Ни на шаг не отступила от того, что ей велели. После того, как выкрала артефакт из королевской сокровищницы, сразу спрятала его в потайное отделение шкатулки. Ночное платье испачкала заранее подготовленной кровью свиньи и легла в постель. Рядом с собой положила разорванную подделку. Ту, что получила от своего гостя в их прошлую встречу. Поддельное ожерелье как две капли воды было похоже на Ожерелья Дара. Когда в опочивальню явился Крайдан, Альмира разыграла перед ним спектакль. Супруг поверил, не заподозрил подмены. Ведь если разорвать Ожерелье Дара, оно теряет магические свойства, а с ними и магический блеск, становится неотличимо от бесполезной безделушки.
– Останешься пока здесь, – скомандовал повелительный голос.
– Сколько? – решилась Альмира на робкий вопрос.
– Сколько потребуется, – губы смял болезненный поцелуй.
Он вышел, а она ещё несколько минут пыталась унять дрожь.
Глава 41. Как пройти в библиотеку
Глава 41. Как пройти в библиотеку
С утра Твинсен помогал отцу разбирать депеши из восточной провинции. Посланий накопилось столько много, что после пары часов работы в глазах начало рябить. Родитель отослал отдохнуть.
Лучший отдых – это чашка кофе. Твинсен распорядился, чтобы ему в кабинет принесли его любимый напиток. Когда прислуга удалилась, оставив один на один с дымящейся чашкой, он устроился у окна дать отдых глазам. Но видит все-Творец, уж лучше скучная бумажная работа, чем то зрелище, на которое упал взгляд – прибытие очередной «невесты».
К парадному входу подъехал кортеж из восьми карет. Восьми! Из первой вышла сама девица в белых кудрях, словно овечка сланской породы, в сопровождении похожих на неё как две капли воды тётушек-овец. Из остальных карет слуги принялись вынимать тяжёлые сундуки. Один, два… пять.. двенадцать… Твинсен не знал, зачем считает. Скепсис и раздражение бурлили в крови. Он понимал, что внутренности всех этих сундуков предназначены для него.
– Двадцать семь, – раздалось из-за спины, а уже в следующее мгновение на подоконник примостился Мёрфиль с большой чашкой кофе в руках.
– Ты тоже считал? – усмехнулся Твинсен, даже не удивившись, что шуту в очередной раз удалось подойти абсолютно беззвучно.
– Математика – моя слабость, моё раздражённое высочество, – шут сделал пару больших глотков. – Двадцать семь – это ещё скромный результат. Сегодняшний рекорд – тридцать четыре.
– Я не пойму, Мёрфиль, зачем им столько нарядов? Они полагают, я выберу ту, у которой их больше?
– За мишурою легче скрыть изъяны, моё возмущённое высочество, отсутствие талии или отсутствие ума.
– Значит, девицы собираются
