за пышными юбками и блеском драгоценностей сокрыть от моих глаз свои недостатки? И что же мне делать?
– Велите им явиться на бал в одном исподнем, – невозмутимо посоветовал Мёрфиль.
Твинсен рассмеялся. Представил всех этих напыщенных чванливых девиц в одних панталонах и бюстье, приседающих в реверансе. Раздражение как рукой сняло.
– Хорошая шутка, Мёрфиль.
– За это вы меня и держите, моё благосклонное высочество, – звякнул он бубенцами.
Да, шут, как никто умел поднять настроение. Но Твинсен ценил в нём в первую очередь преданного друга. А ещё его способность всё про всех знать.
– Тебе известно, Мёрфиль, чем заняты сейчас девицы, которые уже прибыли на фестиваль?
– Не трудно догадаться, моё любопытное высочество, разбирают свои наряды, прикидывая, что лучше сокроет отсутствие талии и ума. Или вы о той, у которой есть и то, и другое? – лукаво улыбнулся Мёрфиль.
– О ней.
Северянка не выходила у Твинсена из головы. Самая необычная дева, которую он когда-либо встречал. Его ожившая фантазия, которая в реальности оказалась ещё более прекрасной, ещё более волнующей, ещё более таинственной. Он как когда-то в юности всю сегодняшнюю ночь провёл с мыслями о ней. Но ему уже не двенадцать. Его желания стали более конкретными. Твинсен не знал, что делать с этими конкретными желаниями, но даже просто пообщаться, казалось, ему приятной затеей. Он собирался пригласить её вместе пообедать.
– Насколько знаю, она недавно разделила трапезу с соседкой, – Мёрфиль осушил чашку несколькими крупными глотками. – Теперь, полагаю, ищет пищу для ума.
Сразу после завтрака Снежана разузнала у Гризы, где находится королевская библиотека, и направилась туда. В планах было найти книги о северной провинции. Узнать историю – побольше о тамошних традициях, укладе жизни, известных и малоизвестных родах. Всё равно ведь не избежать вопросов о семье и детстве как от участниц фестиваля, так и от его устроителей – надо быть готовой. Далеко не каждый проявит такую же деликатность, как принц, который оставил расспросы, стоило Снежане упомянуть, что она сирота.
Кроме того, в книгах о Севере Снежана надеялась найти упоминание о Капле Арата. Обратный ритуал Йоханнеса вернуться домой не помог. Теперь вся надежда на особые магические свойства фамильного артефакта рода Магвайр-л’Арата.
Двери библиотеки были приветливо распахнуты, и Снежана успела обрадоваться, что никаких препятствий на пути к книжной мудрости не предусмотрено. Однако радость оказалась преждевременной. Комната, в которую попала Снежана, являлось не самой библиотекой, а только холлом, ведущим в библиотеку.
У стены, противоположной от окна, за письменным столом сидел пожилой мужчина в мантии и четырёхугольной шапочке. Обмакивая перо в чернильницу, он что-то сосредоточенно писал. Обладатель мантии производил впечатление учёного мужа, и, видимо, исполнял тут роль библиотекаря.
Снежане не хотелось привлекать его внимание. Пока в планах было попытаться самой отыскать нужные книги и, только если не получится, обратиться за помощью. Она направилась к двери, но скрипучий голос остановил.
– Позвольте узнать, вы куда?
Учёный муж даже взгляд от бумаг не оторвал. Бросил фразу между делом.
– Хочу выбрать несколько книг – почитать, – объяснила Снежана, продолжая приближаться к двери.
Обладатель мантии всё же удостоил её мимолётным взглядом, в котором Снежана безошибочно разобрала раздражение и пренебрежение.
– Это королевская библиотека. Здесь нет дамских романов и альманахов от законодателей мод.
– Меня интересует другое. Труды по истории, – она упорно продолжила двигаться к цели.
Библиотекарь ещё раз глянул на неё – теперь язвительно.
– У вас есть высочайшее дозволение на посещение библиотеки Его Величества?
– Нет. А как его можно получить?
– Вам? – со снисходительным презрением уточнил учёный муж. – Никак.
Он указал ей на выход и демонстративно обмакнул перо в чернильницу, показывая, что страшно занят и не готов больше уделить ни секунды.
Снежана даже ещё не успела мысленно запустить чернильницей в голову этого предвзятого и недалёкого как бабуин библиотекаря, когда услышала за спиной:
– Анабель.
В холл вошёл принц, разряжая своим обаянием обстановку.
– Я искал тебя. И ноги сами принесли в библиотеку.
Так Снежана и поверила проницательности Твинсена. Наверняка спросил у Гризы, а та и поведала, где госпожа.
– Позволь провести для тебя экскурсию, – принц был сегодня сама любезность, что было Снежане как нельзя кстати.
– Такая честь Ваше Высочество, но у меня нет высочайшего дозволения на посещение библиотеки, – Снежана выразительно покосилась на учёного мужа, который замер в нелепой позе – занеся перо над бумагой.
– Уже есть, – Твинсен тоже одарил библиотекаря взглядом. – Аполинэй, будь добр, с сего момента и на будущее оказывать всяческое содействие госпоже Анабель, когда она изволит посетить библиотеку.
Выражение лица принца не оставляло сомнений, что он ждёт немедленного ответа.
– Будет исполнено, Ваше Высочество, – на бумагах учёного мужа растекалась большая безобразная клякса.
Снежана злорадно усмехнулась в душе. Твинсену же подарила благодарную улыбку. Вот вылитый Родион День-Добрый. Тот тоже умел изящно поставить на место зарвавшихся в своём ничем необоснованном высокомерии второсортных земных учёных мужей.
Королевская библиотека поразила Снежану своими размерами и количеством книг. Несколько просторных залов, уставленных стеллажами от пола до потолка. С одной стороны это сильно усложняло задачу поиска нужной литературы, но с другой стороны давало надежду, что в этом огромном море информации отыщется то, что нужно Снежане.
Твинсен методично провёл по всем залам, рассказывая о фолиантах, прежде чем задать вопрос, что именно интересует Снежану.
– История, – расплывчато ответила она. Не говорить же, что ищет информацию о Капле Арата.
– А мне эта наука в юности казалась скучной.
Снежане тоже. Но полюбишь тут и скучные науки, когда надо искать способ вернуться домой.
– Могу посоветовать одну очень обстоятельную работу по истории королевства, – Твинсен подвёл к стеллажу с особо толстыми фолиантами и снял с полки один из них.
Увесистый том невольно заставил почувствовать уважение к автору. Наверно работал над книгой всю жизнь. Под этим дорогим кожаным переплётом собраны судьбы отдельных людей и целых народов. Но вряд ли многие оценят этот кропотливый труд. Было заметно, что книгу редко читают. Страницы слежались. Когда Снежана попыталась открыть фолиант, он сам собой развернулся примерно посредине. Создалось впечатление, что если книгой и пользовались, то чаще всего держали открытой именно на этом месте. Будто тут самое интересное.
А тут и действительно было интересно… Снежана обомлела. С иллюстрации на неё смотрела девушка, очень сильно похожая на неё. Она
