— Меня… меня встретят, — солгала Белл. — Если вы не хотите ехать, я возьму другой экипаж.
— Это ваши похороны, леди, вам и музыку заказывать. Садитесь. Я отвезу вас, куда вы хотите. Стало быть, набережная. Адрес дадите?
— Я скажу, где остановиться.
Карета покатила по улице, а Белл призналась себе, что ей страшно. Но она тут же вспомнила о Томми, маленьком и напуганном, и приободрилась.
Набережная выглядела темной и зловещей. Туман клубился над землей и скоро окутал экипаж удушливой мглой. Над черной водой завывали, точно неприкаянные призраки, предупредительные сирены. Только огни из окон пивных и таверн, выстроившихся в ряд по улице, немного оживляли общую мрачную картину.
— Остановитесь, — попросила Белл, высунувшись в окошко.
— Вы уверены, леди?
— Вполне уверена. — Карета остановилась, и Белл вышла из нее. — Подождите меня, пожалуйста. Я задержусь недолго.
— Никакой возможности, леди. В этом месте я никого не стал бы ждать. Если хотите прислушаться к моему совету, садитесь обратно в карету и возвращайтесь туда, откуда приехали.
— Спасибо, но я не могу.
Белл расплатилась и с тревожным сожалением некоторое время смотрела вслед экипажу, с грохотом покатившему по булыжной мостовой. Собравшись с духом, окинула взглядом длинный ряд пивных. Выбрала одну наугад и решительно направилась к ней, ориентируясь на свет в окне.
Острая вонь табака и застарелого перегара ударила ей в ноздри, когда она остановилась на пороге распахнутой двери таверны под названием «Путник». В зале было полно мужчин, одни носили матросские робы, другие были одеты в лохмотья портовых грузчиков. Были тут и женщины, если позволительно употребить такое слово по отношению к этим существам. В разной степени обнаженные, они липли к своим покровителям, крикливо требуя ласк. Белл на многое нагляделась в заведении у Наоми, однако разнузданность увиденного в этом трактире вызвала краску стыда у нее на щеках. Заведение Наоми было несравненно более изысканным.
Разговоры мгновенно прекратились, когда Белл вошла в помещение, и все глаза обратились в ее сторону. Хотя лицо ее было почти полностью скрыто капюшоном, угадать, что в плащ закутана миниатюрная женская фигура, не составляло труда. Выпрямив спину, Белл, прихрамывая, подошла к стойке.
— Если вам нужна комната, леди, то вы попали куда следует, — сказал бармен. — А где ваш мужчина? Если вы его ищете, можем предложить обширный выбор. — Он сделал соответствующий жест.
Белл проглотила комок в горле.
— Да, я кое-кого ищу, — сказала она. — Человека, который выполнил бы для меня одну работу, не задавая лишних вопросов.
Взгляд бармена приобрел жесткое выражение.
— У вас есть деньги?
— Достаточно, чтобы щедро заплатить за дело. Вы знаете кого-нибудь, кто стоил бы этих денег? Мне называли имя Сидни Дакса, который бывает на набережной.
— Так вы хотите видеть Сидни Дакса? Его сейчас нет, но вы пришли куда надо. — Бармен мотнул головой в сторону двух мужчин на дальнем конце стойки, которые пялились на Белл с похотливым восхищением. — Эта парочка будет счастлива заполучить ваши денежки и то, что вы еще можете им предложить.
Бармен расхохотался, словно собственная шутка особенно ему удалась.
Того, как двое мужчин в конце стойки смотрели на нее, было почти достаточно, чтобы Белл немедленно убежала отсюда. Их намерения легко было прочитать по выражению глаз и откровенно похотливым улыбкам. Однако мысль о том, что Томми страдает в руках у бессердечного деда, подбодрила Белл, и она подошла к отвратительной парочке.
— Послушай, Ферди, — обратился один из двоих к своему приятелю, — сдается мне, у нас будет удачная ночка.
— Да, она выглядит как стакан хорошего рома, Джоуи. Белл слышала их замечания, но не отозвалась на них.
— Скажите, вы заинтересованы в деловом предложении? Вы можете заработать кучу денег, если примете его.
— Кого мы должны убить? — осклабился Джоуи.
Белл задохнулась, потрясенная их грубым безразличием к человеческой жизни. Но чего еще она могла ожидать от этих грязных подонков?
— Я вовсе не хочу, чтобы вы кого-то убили. Я всего лишь хочу, чтобы вы выкрали моего сына из некоего дома и передали его мне. Это нелегко сделать, поскольку дом хорошо охраняется.
— Чепуха, — заявил Ферди, — нет ничего проще. Сколько вы за это заплатите?
— Пятьсот долларов, — твердо произнесла Белл. — Моему сыну пять лет. Свекор отобрал ребенка у меня, а я хочу его вернуть. Дом находится на Телеграф-Хилл.
— На Телеграф-Хилл, сколько я знаю, живет богатая знать, — протянул Ферди. Голос его был жестким, когда он потребовал: — Деньги вперед.
Белл была достаточно сообразительна, чтобы не поддаться на эту уловку.
— Нет, вы получите деньги, когда приведете ко мне сына, не раньше.
— Откуда нам знать, что они у вас есть, эти деньги? — с наглой ухмылкой спросил Джоуи.
— Вам придется поверить мне на слово.
— Нет уж, спасибо, леди.
Оба отвернулись, утратив к ней всякий интерес.
Белл пришла в отчаяние. Если все «деловые люди» на набережной таковы и требуют деньги вперед, ей никогда больше не увидеть Томми. О доверии к ним речи быть не могло. Она, естественно, боялась, что они улизнут с ее деньгами, даже не подумав выполнить условия сделки.
— Я в состоянии вам заплатить и могу доказать это.
Внимание Ферди и Джоуи моментально обострилось.
— Деньги при мне. Вы поможете, если я покажу их вам?
— Деньги у вас при себе? — сказал Джоуи, обменявшись понимающим взглядом с Ферди. — Это меняет дело, Ферди, не так ли?
Тот согласно кивнул.
— Ну и где же деньги, леди?
У Белл пересохло во рту. Ощущение было такое, будто она должна сию минуту прыгнуть с горячей сковородки в огонь. Но разве у нее есть выбор? Ответ мог быть только один.
— Деньги при мне — это все, что вам следует знать. Если отвернетесь, я их достану и покажу вам.
У Джоуи прямо-таки слюни потекли.
— Нет, только не здесь. Слишком много народу. Давайте выйдем. Как только мы увидим деньги, вы скажете нам, где ребенок.
Белл бросила полный страха взгляд за окно и сглотнула. Довериться этим двум алчным типам было опасно. Но Ферди и Джоуи, подхватив ее с обеих сторон под руки, повели к выходу.
Едва они оказались на улице, Джоуи улыбнулся Белл и отпустил ее.
— Смелее, леди, покажите нам цвет ваших денежек.
— Вы обещаете следовать моим указаниям? Не причиняйте моему сыну боли. И никаких убийств.
— Да мы никого и пальцем не тронем, верно, приятель? — сказал Джоуи, широко улыбнувшись Ферди.
— Ни Боже мой, — подтвердил тот.
Белл открыла ридикюль и достала свернутые банкноты. Глаза у Джоуи так и засверкали.
