Небольшая компания мужчин сидела в общем зале гостиницы, когда Кейси вошел, но никто из них не обратил внимания на то, что он несет женщину к себе в номер. В районе набережной подобное случалось нередко. Только хозяин гостиницы проявил к происходящему некоторый интерес, главным образом потому, что за второго человека в номере взималась дополнительная плата.
— Если она останется на ночь, вам это обойдется в лишний доллар, — сообщил он Уокеру, когда тот стал подниматься по лестнице.
— Прекрасно, добавьте это к моему счету, — коротко бросил Кейси.
У себя в номере он уложил Белл на кровать и раздел. Трудно было не ощутить возбуждение при виде ее нагого тела, на котором он искал следы повреждений, и Кейси старался думать о чем угодно, только не о белой нежной коже у себя под пальцами. Он быстро прикрыл Белл, убедившись, что серьезных травм нет, и, намочив в холодной воде полотенце, положил ей на лоб.
Белл вздрогнула и застонала, потом инстинктивным движением дотронулась до холодной мокрой ткани.
— Белл, очнись. Поговори со мной, любимая.
Белл открыла глаза и растерянно заморгала, когда туманный образ обрел реальные черты. Кейси! Она чуть приподнялась, но, ощутив внезапную острую боль, снова опустила голову на подушку.
— Где я?
— У меня в номере.
Она широко раскрыла глаза:
— Как я сюда попала?
— Ты ничего не помнишь?
Она, видимо, собиралась покачать головой, но, едва шевельнувшись, сочла за лучшее произнести:
— Нет.
— Подумай хорошенько, милая. Что ты делала на набережной? Кто эти два человека, рядом с которыми я обнаружил тебя?
Белл сдвинула брови. Даже думать ей было больно. Она не могла вспомнить ничего, кроме боли.
— Белл, если бы Наоми не прислала мне записку, эти двое могли бы тебя убить. Во имя Господа, скажи, о чем ты думала, отправляясь туда в одиночестве? Слава Богу, что я нашел тебя вовремя.
Память вернулась к Белл внезапно — вместе с острым разочарованием. Она потерпела неудачу. Теперь ей никогда уже не увидеть своего мальчика. Эта мысль была непереносимой. Слезы покатились по бледным щекам Белл, и она вся съежилась от боли.
— Где у тебя болит, любимая? Послать за врачом? Мне надо было убить этих ублюдков!
— Теперь я вспомнила, что один из них ударил меня. Не знаю, что со мной было потом. Я не была… Они не…
— Я появился раньше, чем они взялись за тебя, — успокоил ее Кейси. — Ты была без сознания. Я принес тебя сюда, потому что это ближе, чем твой отель. На щеке у тебя здоровенный синяк, и глаз подбит, но других повреждений, насколько я могу судить, нет.
Только теперь Белл осознала, что лежит под простыней голая.
— Ты раздел меня!
— Я должен был узнать, нет ли у тебя на теле повреждений. Отдохни немного, дорогая. Сейчас уже поздно возвращаться в отель. И я не уверен, что мы могли бы найти наемную карету в этот ночной час. Я отвезу тебя завтра утром.
Белл кивнула, подумав, что Кейси уже не первый раз вызволяет ее из опасной ситуации. Однако она не была уверена, что полностью может положиться на себя, если проведет ночь в постели Уокера. И разумеется, не была уверена, что может положиться на Кейси — в определенном отношении.
Она попыталась привстать, но обнаружила, что силенок у нее гораздо меньше, чем она рассчитывала. В голове шумело, а от удара, нанесенного Ферди, болело все тело. Со вздохом она снова опустилась на подушку.
Кейси рассмеялся, и она посмотрела на него с укоризной.
— Ты слабенькая, как котенок. Усни, Белл. Я даю слово, что не изнасилую тебя, — пообещал он с улыбкой. — Утром ты почувствуешь себя совсем по-другому. И тогда мы поговорим, насколько неразумно ты поступила.
— А где ты собираешься спать?
Кейси указал на свободное место на кровати рядом с ней.
— О нет, — запротестовала Белл. — Я тебе не доверяю.
— Ты дала мне это понять достаточно ясно. Но я устал. Весь день у меня было полно дел, а завтра их будет еще больше. Давай разделим с тобой постель. Ты слишком слаба, чтобы приставать к тебе. В следующий раз, когда мы займемся любовью, я хотел бы, чтобы ты была бодрой и здоровой и радовалась моим ласкам.
Он решительно уселся на кровать. Белл отодвинулась от него на самый край постели — только бы не скатиться на пол. Кейси стянул с себя сапоги и встал, чтобы снять рубашку и брюки. Белл в это время демонстративно отвернулась. Матрас просел под тяжестью большого мужского тела, послышалось шуршание простыни, и Кейси, слегка поворочавшись, улегся рядом с Белл. Она задержала дыхание в ожидании того, что произойдет далее, прекрасно понимая, что не найдет в себе сил противиться ему. Потом он начал тихонечко похрапывать, и Белл позволила себе дышать спокойно. Через минуту она тоже уснула.
Незадолго перед рассветом туман сгустился, заключив ночь в свои холодные объятия. Клубы его проникали в комнату через открытое окно, обволакивая спящих сыростью, пронизывающей до костей. Белл задрожала во сне от холода, бессознательно прильнула к теплой спине Кейси и сплела ноги с его ногами. Ее маленькое теплое тело пробудило Кейси от крепкого сна и погрузило в дремотное состояние, при котором фантазии смешиваются с реальностью. Кейси инстинктивно воспринял то обстоятельство, что женщина, нужная ему больше всех других на свете, уютно свернулась рядом с ним.
Он повернулся, чтобы обнять ее и прижать к себе; голова Белл опустилась ему на плечо, он глубоко, с наслаждением вдыхал неповторимый аромат ее кожи. Если это сон, он никогда не хотел бы просыпаться. Тело Белл льнуло к нему, как перчатка. Кейси и сам не заметил, как легонько погладил ладонью грудь Белл, но с ее губ сорвался легкий-легкий вздох. Он попробовал убрать руку, но Белл — не просыпаясь — удержала ее и сама прижала грудь к его ладони. Он осторожно сомкнул пальцы и снова услышал легкий вздох.
Кейси теперь уже окончательно проснулся и был соответственно возбужден. Он хотел бы проигнорировать это возбуждение, так сказать, погасить в зародыше, но, держа в объятиях Белл, мог думать только об одном… Он искренне намеревался отодвинуться и предоставить Белл возможность спать дальше, но вместо этого приподнялся на локтях и позволил своим пальцам коснуться сначала ее щеки, потом губ. Ему до боли хотелось поцеловать Белл. Всего один разочек, а после этого он оставил бы ее в покое. Кейси прильнул к Белл, наклонил голову и как можно нежнее поцеловал мягкие губы. Он скользнул языком по ее нижней губе и почувствовал, что его любимая дрожит.
Он твердил себе, что вот сейчас, немедленно он прекратит свое дивное занятие, твердил до тех пор, пока Белл не разомкнула губы, а пальцы не запустила ему в волосы…
