Читаем без скачивания А этот пусть живет... - Валерий Ефремов

Куцый перестроился в левый ряд и увидел следующую машину, которую нужно было обогнать. Братан вздрогнул — перед джипом «БМВ» катил серебристый «мерс». Не было никаких сомнений — «мерс» Советника. Последние две цифры его трехзначного номера запали Куцему в память — двойка и единица, то есть двадцать одно, «очко».

Братан невольно сбросил ногу с педали газа, но притормозил и «Фольксваген»!

Теперь это торможение могло означать только одно — Огонек тоже опознал «мерс» Советника.

5. Лейтенант Курский

Он установил свою «девятку» у здания Малининского РУВД, куда подвез, как и обещал, Костю Митина, и обернулся. Белая «пятерка» продолжала висеть у него на «хвосте», остановившись у магазина «Продукты», все на таком же почтительном расстоянии.

Курский вошел во двор здания РУВД, обнесенный бетонным забором, обогнул дом и на противоположной от входа стороне, под недоуменными взглядами вышедших на перекур милиционеров, с трудом, но перебрался через двухметровое ограждение. Что делать — запасной выход со двора не был предусмотрен.

Обогнув продуктовый магазин, он оказался у белой «пятерки» с тыла, со стороны багажника, и попытался опознать своего преследователя со спины. Это ему удалось.

Лейтенант подошел к передней дверце и через приспущенное стекло положил руку на плечо водителя.

Тот, всецело поглощенный наблюдением за входом в Малининское РУВД, непроизвольно вздрогнул и испуганно вытаращился на лейтенанта.

— А, это вы, — произнес он отнюдь не с облегчением.

— У вас, оказывается, у самого машина есть, Клим Евгеньевич, а вы зачем-то вчера частника брали. — Курский привычно произвел внешний осмотр транспортного средства, заглянув при этом и в салон.

— У меня машина в сервисе была, — быстро ответил частушечник. — Коробка передач забарахлила. Могу даже счет из сервиса показать. — Он открыл бардачок и стал в нем рыться. — Черт… Наверно, выбросил все-таки…

— Ничего, данный факт можно проверить и без вашего счета, — хмуро произнес Курский. — Между прочим, для чего вы за мной по всему городу ездите? Посмотрите в своем бардачке — есть ли у вас на этот счет какой-нибудь оправдательный документ?

Клим Трофимов и вправду сунулся в бардачок, но быстро отдернул руку:

— Шутить изволите, товарищ лейтенант.

— А все-таки? Зачем вы за мной следите, если не секрет? — спросил Курский, едва ли не зевая: для расследования этот фигурант никакого интереса не представлял, несмотря на его достаточно подозрительные действия.

— Бес попутал, — пожал плечами поэт, — а вернее, ваш старший лейтенант.

— Каким же это образом? При чем тут вообще наш сотрудник?

— Он меня смутил, сообщив, что за свой детектив большие деньги получил. Но ему-то хорошо — для него нужный материал просто на дороге валяется. Работа такая. Вот я и решил за вами последить — может, за какую информацию зацеплюсь. Мне ведь много и не требуется для раскрутки сюжета.

— Для такого дела вам бы не помешало хоть какое-нибудь юридическое образование получить, — вяло посоветовал Сергей.

— Во, во! У меня есть кое-что на эту тему. — Клим Трофимов обрадовался возможности блеснуть очередным своим перлом.

Вышла замуж я, как дура,За юриста-адвоката:Он со мною спит де-юре,А с соседкою де-факто.

— До свидания, Клим Евгеньевич. Желаю вам дальнейших творческих успехов.

Курский снова пошел к зданию РУВД. Оттуда в это время отъезжал служебный «уазик», на переднем пассажирском сиденье которого восседал Костя Митин. Офицеры помахали друг другу рукой.

Сергей зашел в комнату к экспертам.

Руководитель криминалистического отдела капитан Поршнев что-то напряженно разглядывал в микроскоп. Приоткрыв полглаза и узрев Курского, он не счел нужным прерывать свое занятие.

Но Сергей, успев привыкнуть к постоянной обструкции — а точнее, перестав на нее реагировать — со стороны сотрудников Малининского РУВД, не прощавших молодому лейтенанту благожелательного к нему отношения полковника Сбитнева, бесцеремонно дернул Поршнева за рукав:

— Товарищ капитан…

— Чего тебе, Курский? Не видишь, я занят! — огрызнулся криминалист.

— Срочное дело… Надо сравнить вот эти образцы, — он вынул из кармана целлофановый пакетик с горстью грязи, незаконно изъятой из квартиры Александры Ликиной, — с остатками почвы на подошвах ботинок покойного. Того, что сегодня утром в багажнике частной машины обнаружили.

— А где сопроводительные документы за подписью начальника РУВД или его заместителя? Ты, лейтенант, здесь всего без году неделя, а уже свои порядки заводишь!

— Я руководствуюсь устным приказом полковника Сбитнева, — ровно произнес Курский. — Он еще месяц назад распорядился, а на последнем служебном совещании подтвердил: в особо срочных случаях оперативные сотрудники могут сдавать материалы экспертизы напрямую, без подписи начальства.

Поршневу был такой приказ, конечно, известен, и мусор, аккуратно завернутый в целлофан, он от лейтенанта все-таки взял. Однако главное было сделано: нервы этому сопляку капитан хоть немного, но попортил.

Между тем планы Курского опять претерпели некоторые изменения. Он решил заглянуть домой к старшему лейтенанту Фомичеву, с которым начальник РУВД имел разговор, пока Курский, вызванный полковником, сидел, ожидая своей очереди, в коридоре. Сбитнев ни словом не обмолвился о характере своей беседы с гаишником, даже не упомянул о самом ее факте. Но Сергей, зная о репутации Фомичева — «непомерный стяжатель!» — и о резко отрицательном отношении полковника к сотрудникам ГИБДД в принципе, догадывался, о чем шла речь в кабинете руководителя малининской милиции.

Почему-то именно с гаишниками у лейтенанта Курского не было таких напряженных отношений — возможно, потому, что их дороги пересекались не слишком часто, — как с прочими сотрудниками районного УВД, и он рассчитывал, что сможет получить от Фомичева необходимую ему информацию по факту задержания Павла Козлова. Да и вопросов-то у Сергея к старшему лейтенанту немного. Два-три, не больше.

Фомичев встретил его с легкой усмешкой:

— Я смотрю, господин начальник уездной полиции изволил прислать ко мне своего лучшего сыщика.

— Нет, Филипп, я — по собственной инициативе, — ничуть не смутился Курский.

— Но ты ведь участвуешь в расследовании? Я имею в виду того пенсионера, труповоза?

— Да, это верно.

Гаишник жестом пригласил Сергея из коридора в комнату, куда оба они и прошли, рассевшись на мягкие стулья.

— Так что же ты от меня хочешь? Я ведь, между прочим, уже беседовал по данному делу с полковником.

Тут Фомичев снял с себя треники, взял со стула отутюженные костюмные брюки и стал их надевать.

— Ты куда-то торопишься? — забеспокоился лейтенант.

— Ничего, ничего… Давай свои вопросы. — Теперь гаишник начал облачаться в белую наглаженную сорочку.

— Собственно, вопросов всего два: что ты знаешь об этом Козлове и почему ты его остановил?

— Ну, как почему? — ненатурально удивился Фомичев. — Мы же выходим на новый уровень борьбы с преступностью, о чем не устает вещать тот же господин Сбитнев. Разве ты не слышал? В нынешних условиях развития общества от сотрудников правоохранительных органов требуется повышенная бдительность, — очень похоже передразнил он начальника РУВД.

— И ты что, все подряд автомобили останавливаешь и багажники их проверяешь?

Старший лейтент скривился.

— Я знаю, что тебе полковник по этому поводу сказал. А если не сказал — то, что про меня думает. Мол, Фомичев этого старикана тормознул, чтобы стольник у него стрельнуть. — Он взял в руки пару галстуков и какое-то время переводил взгляд с одного на другой, делая, видимо, нелегкий выбор. Лейтенант терпеливо ждал. — А я, между прочим, Серега, давно за этим пенсионером слежу. Подозрительный тип! Это сейчас Козлов все больше белым днем с пассажирами ездит, а раньше — ночью и порожняком. Якобы порожняком! Дурак я был, что в такие вот ночные поездки багажник его не проверил, наверняка бы что-нибудь интересное обнаружил.

— Значит, ты его остановил, так сказать, из общих соображений? Или заметил что-то подозрительное?

— Знаешь, Серега, когда он повернул с Раздольной и увидел меня, то сразу сбросил ход, будто испугался и раздумывал — ехать дальше или нет. А потом все-таки поперся. Да и деваться-то ему было особо некуда — поворотов других в том месте не имеется.

— А ты полковнику об этом сказал?

— А он меня спрашивал? Я, если хочешь знать, в его кабинете и рта не раскрыл.

— Ну что ж, спасибо тебе, Филипп, за исчерпывающие ответы. — Курский встал. — И последний вопрос… У тебя было сегодня плановое дежурство? Или ты подменял кого-нибудь?