— Кто вы такой? И что вам от меня надо?
Выглядел молодой мужчина не лучшим образом. Несвежая рубашка была порвана на плече, руки еще тряслись после пережитого, красные и воспаленные глаза от бессонницы.
— Мое имя Стефан Карловиц. У меня к вам, господин Вотнич, весьма выгодное для вас предложение.
Вотнич уселся напротив и переспросил:
— Карловиц? Так называется замок, который когда-то купил за бесценок мой отец.
Магистр кивнул и продолжил:
— Я хочу купить у вас замок с прилегающими к нему землями.
Вотнич недовольно вздохнул:
— Я не собирался продавать свои земли. С чего вы решили?
Стефан обвел глазами обшарпанную комнату глазами и пояснил:
— Судя по всему ваши дела идут настолько плохо, что рано или поздно замок вам придется продать, чтобы расплатиться с долгами. И тогда вам предложат за него весьма невысокую плату. Мое предложение выгодно вам тем, что вы уже сейчас сможете заплатить свои долги, а на оставшуюся сумму сможете купить неплохой дом. Это во-первых. А во-вторых, если вы мне скажете где тело убитой вами цыганки, то я сниму с вас проклятие.
Вотнич дернулся, как от удара хлыстом. Его и без того бледное лицо стало белым как мел, а серые глаза расширились от ужаса.
— Кто вам…кто вы?
Стефан подождал пока дыхание собеседника выровняется и продолжил:
— Я был в замке и видел и призрак девушки и пелену проклятия. Я сильный маг, господин Вотнич, и считайте что бесплатно проведу обряд очищения вас от проклятия.
Мужчина прищурился и запальчиво воскликнул:
— А с чего вдруг такое милосердие?
— Я это делаю не для вас. Просто я хочу чтобы душа девушки нашла успокоение. И хочу очистить свой замок от проклятия, виновником которого вы стали.
Карловиц сделал ударение на словах "свой замок" и Вотнич не воспротивился.
— Так что? Вы соглашаетесь на мои условия?
— Откуда я знаю, что вы не обманщик?
— Это просто проверить. Вы рассказываете мне как убили цыганку и где её тело. Я снимаю с вас проклятие. А после этого мы оформим сделку по замку.
Вотнич помолчал. Потом откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Когда он заговорил его голос был полон тоски:
— Ратри была очень красивой. Я никогда не видел ничего подобного. А она смеялась над моей любовью, дразнила. Я исполнял любой каприз, каждую прихоть. Но она принимала все как должное и не понимала, как я страдаю. Я был готов жениться на ней, лишь бы быть с ней рядом. Позвал в замок, чтобы показать в какой роскоши она будет жить если примет мое предложение. Это был мой последний шанс… А она, посмотрев на убранство замка, сказала с пренебрежением, что она умрет здесь от скуки. И я не сдержался… Затолкал её в одну из укромных комнат, в которой даже окон нет и запер там. Ночью пришел к ней, думал она поняла, что я дошел до края и согласится, наконец, стать моей женой. А она посмотрела на меня с презрением и рассмеялась. Я овладел ею, и каждую ночь приходил и брал силой то, чего так желал все это время. А она и после этого кривила губы в усмешке и презрительно смотрела.
Вотнич подался вперед, закрыл лицо руками и зарыдал в голос.
— Как вы убили её? — магистр был бесстрастен.
— Задушил. Не мог больше видеть её презрения и слышать её смех. А тело так и оставил в той комнате, велев слугам замуровать вход.
Вотнич вскинул на магистра глаза:
— Вы осуждаете меня? Считаете убийцей?
Стефан смотрел будто сквозь молодого мужчину и глухо ответил:
— Я не берусь судить других.
Поднявшись со своего места, магистр зашел за спину Вотнича и простер над его головой руки, прислушиваясь к своим ощущениям.
— Странно. Вместе с проклятием я чувствую и еще некую магию, которая словно пытается пробиться наружу. Но вы не маг.
Вотнич кивнул:
— Да. Когда я был мальчишкой мой отец водил знакомство с одним магом. И попросил его заговорить меня на удачу. С тех пор все у меня ладилось, за чтобы не взялся. А вот с любовью не вышло…
Стефан хмыкнул:
— Тогда я понимаю, почему вы все еще живы после цыганского проклятия. Маг поработал на славу и думается мне, как только проклятие будет снято, ваша удача снова будет работать в полную силу. Но чтобы снять его нам нужно попасть в замок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Старик, живший в сторожке замка, сильно удивился когда, выпроводив нежданного гостя, увидел его снова у ворот в сопровождении молодого господина. Но Стефан остановил все вопросы движением руки и они с Вотничем поспешили в замок под изумленным взглядом старика.
Вотнич уверено вел магистра по лестнице и коридорам замка. Остановились они на третьем этаже в конце коридора, перед глухой стеной. Чтобы не тратить время, магистр ударил по стене магическим зарядом и разлетевшиеся в стороны камни обнажили дверной проем в темную комнатку, больше похожую на чулан. Удивительно, но запаха тлена не чувствовалось. Мумифицированное тело девушки лежало на кровати, его не тронули даже мыши. Паутина, свисающая со столбиков кровати и покрытая толстым слоем пыли, служила своеобразным балдахином для тела несчастной цыганки. Стефан завернул в покрывало останки девушки и кивнул Вотничу:
— Помогай.
Вдвоем они вынесли тело Ратри на открытую террасу и остановились, положив цыганку на каменные плиты. Стефан оглядывал заросший сад, который виднелся за озером, думая где лучше похоронить тело Ратри. Вотнич, несмотря на сильную бледность, крепко держался и ничем не выдавал своих чувств. Но тут оба мужчины почувствовали холод в спину от которого волосы вставали дыбом. За их спинами вдруг раздался звонкий смех цыганки, который поднимался под своды замка, отражаясь от витражных окон и звенел, сводя с ума. Вотнич зажал уши руками и закричал:
— Замолчи! Замолчи, Ратри!
Смех оборвался и из-под арки появилась полупрозрачная фигура девушки. Она не приближалась к мужчинам, но её негромкий шепот услышали оба:
— Зачем ты сделал это со мной?
Вотнич упал на колени и, протянув руки в сторону призрака, простонал:
— Прости меня, Ратри! Прости…Я любил тебя…я так тебя любил…
Цыганка не ответила, а развернулась и скрылась в замке.
— Пора. Оплакивать девушку будете потом.
Стефан и Вотнич отнесли тело Ратри к самой замковой стене и похоронили её под кустом шиповника.
Было уже темно, когда они поднялись в комнату, которая служила несколько лет склепом для Ратри. Магистр начертил на полу несколько символов, значение которых Вотнич не знал. Свечи, расставленные по периметру комнатки, чадили и молодому владельцу замка не хватало воздуха, но выйти прочь он не осмелился. Когда магистр начал читать заклинание, пламя свечей взвилось вверх и стало ярче. Мрак, царящий в комнате отступил, затаился по углам.
— Ратри, ты здесь? — Стефан задал вопрос шепотом, будто боясь испугать девушку.
Призрак появился возле дверей в комнату и остановился, не решаясь проникнуть внутрь.
— Я пришел освободить тебя, Ратри.
Цыганка приблизилась к центру комнаты, и её призрак завис над символами, начертанными на пыльном полу. Стефан снова начал читать заклинание. Символы наполнялись сиянием, и оно поднималось вверх, прямо к призраку Ратри. Сияние окутывало полупрозрачную фигурку, расцвечивало ее яркими красками и через несколько мгновений показалось, что это вовсе не призрак, а живая цыганка парит в воздухе и улыбается. Вотнич простонав, протянул к ней руки, но магистр ударил по его ладоням и молодой мужчина с глухим стоном отступил назад. Звонкий смех снова наполнил своды замка, но теперь он не пугал своим звоном, а дарил ощущение освобождения. Вотнич упал на колени и зарыдал, а призрак медленно растворился в воздухе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
За дальнейшими действиями магистра Вотнич наблюдал с открытой террасы, куда его вывел Стефан чтобы тот не мешался ему под ногами и немного пришел в себя на холодном ветру. Молодой мужчина видел отсветы свечей в окнах замка, видел как из ладоней магистра рассыпаются золотистые искры в разные стороны и от этих искр плавится некая темная пелена, висящая в воздухе. Когда магистр закончил, выглядел он усталым и осунувшимся. Но останавливаться на этом Стефан не собирался. Он остановился напротив Вотнича и внимательно посмотрел на него:
