— Теперь ты. Готов?
Вотнич поднялся с перил, на которых он сидел и пожал неуверенно плечами: смотря что собирается с ним делать магистр. А Стефан подвел его к самому озеру и сухо произнес:
— Раздевайся.
Вотнич не посмел возражать, хотя на дворе стоял холод и до весны еще далеко. Оставшись совершенно нагим, Вотнич испуганно поглядывал на магистра: а вдруг он просто сумасшедший?
— Будет больно. Когда боль станет совсем нестерпимой — прыгнешь в воду.
Магистр зашел за спину Вотнича и простер над его головой руки. Сначала молодой мужчина почувствовал просто тепло, которое лилось на него сверху. Постепенно тепло перерастало в жар, и скоро Вотничу казалось, что на него дует раскаленный ветер, который обжигал обнаженную кожу, царапал её. Мужчина кусал губы, но терпел, и только когда ступни словно лизнули языки пламени, он с болезненным криком прыгнул в ледяную воду. Когда он с вытаращенными глазами выбрался на сухую траву берега единственным его вопросом было:
— Теперь уже все?
— Все.
Магистр вернулся лишь через пару дней и Димитр уже всерьез волновался за деда. Стефан Карловиц выглядел уставшим, но по счастливому блеску его глаз легко было догадаться, что магистр доволен исходом дела. Первым делом он попросил накормить его и только затем обратился к остальным присутствующим.
— Ну, Марфуша, угодила! Хороша стряпня у тебя! Повезло тебе Георги с женой! — на это заявление Марфуша застенчиво улыбнулась, а Георги расплылся в счастливой улыбке. Лишь Димитр промолчал и сделал вид, что занят чем-то своим.
— Думаю, пора нам собираться в обратный путь.
— Дед, но мы же…
— Димитр, не перебивай. Я вернул свой замок и мне не терпится вернуться домой.
— И сколько ты отдал за него?
— Да пустяки! Горсть самоцветов из ларца Сурры.
Георги только рот открыл от удивления — ничего себе пустяки! Да горсть самоцветов — это целое состояние!
— За замок целую горсть самоцветов?! Магистр, но это расточительство!
— Нет, Георги, не только за замок. Еще и за прилежащие к замку земли. А если бы ты знал, какие там луга, да лес какой! Опять же, возле замка озеро есть — будет, где Сурре купаться. Так что, пора в обратный путь!
Георги сразу как-то сник. Понимал он, что вряд ли еще судьба сведет его с Димитром. Да и Димитру не хотелось терять верного друга. А магистр, как ни в чем не бывало, продолжил:
— Правда есть одна загвоздка! Замок-то надо привести в порядок, да и озеро расчистить — заросло оно. Да и вообще, нужен мне хороший управляющий, чтобы хозяйством занимался. Да вот беда — где ж его взять? Я все знакомства подрастерял, а незнакомого человека брать боязно — а ну, как воровать начнет? Вся надежда на тебя, Димитр. Есть у тебя надежные люди, которым можно было бы хозяйство доверить? — и магистр лукаво улыбнулся. Димитр понял его с полуслова.
— Конечно! Георги, это то, что нужно! Почему бы тебе не стать управляющим замка великого магистра? Это звание ни чем не хуже, чем звание рыцаря.
— Да, Георги, почему бы и нет? У тебя будет собственный дом, да и хозяйство, если пожелаешь, заведешь. Я буду платить тебе за твою работу, и ты будешь независим.
Георги задумался. Предложение, конечно, заманчиво, но как бросить тут все? Да и захочет ли Марфуша уехать в чужие края?
— Ты подумай Георги. До следующего утра даю тебе срок.
Все это время Димитра не покидало беспокойство за судьбу Стефки. Все-таки надо было взять ее с собой! Было бы спокойней. А ну, как что с ней случится? Правда с ней там Сурра, но ведь она всего лишь слабая женщина. Да и видел Димитр не раз, что стоит лишь Сурре окунуться в озеро, как она ничего вокруг себя не видела и не слышала — так любила купаться. Может, спросить у магистра перстень — он бы проведал Стефку и мигом назад — но магистр был непреклонен:
— Димитр, ты же маг! Ты должен понимать, что путешествие в пространстве это не увеселительная прогулка! И не нужно этим злоупотреблять. Я уверен, что с Суррой и Стефкой все в порядке! Судя по разнице во времени — они еще спят. А мы скоро уже вернемся. К тому же, там рядом река, вдоль которой находятся поселения речных людей. Они по первому зову Сурры придут на помощь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Всю ночь Георги шептался с Марфушей — советовался. Одному такое важное решение нельзя принимать. С одной стороны — хочется ему вернуться в родные края, увидеться с братом. Доказать ему, что он, Георги, тоже на что-то годен! А с другой стороны — а ну, как не получится? Ведь одно дело — нехитрое крестьянское хозяйство, и совсем другое — замок с прилегающими землями!
Вспомнил Георги как много раз присутствовал при разговорах отца со своими приказчиками. Вспомнил его наставления по бережному и рачительному отношению ко всему. Вспомнил и то, как после смерти батюшки Радан неумело и неуклюже вел разговоры с теми же приказчиками и давал нелепые указания. Уж если тогда Георги разбирался в этом лучше брата, то сейчас и подавно не заробеет! Была, не была!
Утром, Георги дал свое согласие магистру быть у него управляющим.
— Ну, в таком случае, не будем мешкать. Собери все необходимое, что можно унести в руках. Как соберешься, так и отправимся.
— А как же быть со скотиной? — растерялся Георги.
— Да продай соседям, — посоветовал Димитр.
Тут вмешалась Марфуша:
— Не будем мы скотину продавать. Так отдадим дядьке Авдею. У него полна изба ребятишек.
— Точно. Кстати, Димитр, дядька Авдей и есть тот рыжий мужик, которого ты за прадеда принял, — напомнил Георги.
— А я-то уж и забыл про него. Так что это за Авдей?
— Да я толком ничего и не знаю. Пусть вон Марфуша расскажет.
— Хороший он, — начала рассказ Марфуша, — работящий. Да вот только не везет ему последнее время. В позапрошлый год амбар у него сгорел со всем урожаем. А в прошлый год, такая засуха была, что всему селу тяжко пришлось. А в этом годе, у Авдея на скот мор напал. А изба полна ребятишек — мал мала меньше. Отдадим ему курей да буренку нашу, глядишь до нового урожая и дотянут. Да и Сивка, хоть и старый, да еще поработает.
Тут и магистр заинтересовался удивительным сходством Авдея:
— Марфуша, а давно ли Авдей в вашем селе живет?
— Так он здесь родился! Мне бабка моя сказывала. Матушку дядьки Авдея звали Соломея. Цыганкой она была. Пришла издалека, была уже на сносях. Моя бабка ее и приютила на первое время. Потом-то Соломея своим домом обзавелась. Красивая была! Бабка сказывала, что к Соломее то и дело сваты приходили. Но она всем отказывала. Так и жила без мужика, сына растила. Все удивлялись — Соломея черноглазая, волосы как смоль, а Авдей — рыжий да конопатый! А у нас в селе рыжих боятся. Вот и дядьку Авдея всё колдуном считали. Ни одна девка за него идти не хотела. Думали, так и останется бобылем. А вот тетка Лукерья не побоялась.
Магистр, как только услышал о цыганке Соломее, так и переменился в лице. Похолодело в груди, даже показалось, что сердце остановилось. Вспомнил он, как много лет назад, пришла к нему молодая цыганка, вся в слезах. Жаловалась на его сына Димитра Карловиц. Молодой повеса соблазнил юную красавицу, а теперь в кусты. А что ей делать? Такой позор! Да её из табора прочь погонят.
Схватился тогда Стефан за голову. У него все уж обговорено с будущим сватом — нашел богатую невесту для своего непутевого сына. А тут эта цыганка! И жаль ее, да и не хотелось ему с цыганами вражду сеять. Цыгане, они с ворожбой нехорошей дело имеют, не хватало еще рисковать благополучием своей семьи! Что делать? И не придумал тогда Стефан ничего лучше, как откупиться от Соломеи. Уговор у них был — коли обещает она уехать в дальние края и никому не сказывать чьего ребенка носит под сердцем, то он ей даст столько золота и серебра, что нуждаться Соломея не будет. Оба свое обещание выполнили. Соломея уехала, увозя с собой не только золото и серебро, но и еще не рожденного внука великого магистра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
