25 декабря 2010 года в 14.18 поступил звонок в службу «02» о том, что по адресу… девушка упала с балкона шестого этажа. Первой на место происшествия приехала «Скорая помощь», через какое-то время, судя по всему довольно длительное, подоспели сотрудники патрульно-постовой службы, потом и участковый подтянулся. Свидетелей падения было много – во дворе гуляли мамочки с детьми и пенсионеры. Несколько человек видели все, что произошло, и уверенно утверждали, что потерпевшая, Екатерина Аверкина, стояла на балконе вместе со своей сестрой Натальей и Наталья Катю столкнула. Никаких разногласий в показаниях очевидцев на тот момент не усматривалось. Через час с небольшим после события на место приехала следственно-оперативная группа, начался осмотр места происшествия, потом криминалист сделал фотографии, после чего к делу приступил судебно-медицинский эксперт. Следователь получил от участкового довольно внятные объяснения и немедленно дал указание оперативникам разыскать и за держать сестру погибшей Наталью Аверкину. Группа выехала в адрес, но Аверкиной дома не оказалось, и милиционеры остались ждать, когда она появится, поскольку не было понятно, где ее искать. Она появилась вскоре после одиннадцати вечера в компании с Ленаром Габитовым и была немедленно задержана, а в квартире произведен обыск, в ходе которого найден пакет с большой суммой денег – более семи миллионов рублей купюрами по пять тысяч. Там же, в квартире, обнаружен счет, выставленный 25 декабря московским филиалом швейцарской клиники на весьма солидную сумму за проведение ряда медицинских исследований. Счет на имя Натальи Аверкиной.
Кирган привычно обращал внимание на сроки по ст. 165 Уголовно-процессуального кодекса, в соответствии с которой можно было проводить обыск и выемку без судебного решения. Иногда здесь удавалось зацепиться за нарушение сроков, и тогда легче было ставить под сомнение результаты вышеозначенных следственных действий. Когда производство этих действий не терпит отлагательства, следователь имеет право вынести соответствующее постановление, но в течение 24 часов должен уведомить судью и прокурора, а судья в течение 24 часов все проверяет и выносит постановление о законности или незаконности действий следователя. И если эти действия признаются незаконными, то все доказательства считаются недопустимыми. Но в деле Аверкиной все сроки были четко соблюдены.
Пока оперативники ждали Аверкину возле ее квартиры, следователь, закончив осмотр места происшествия, захотел осмотреть и ту квартиру, с балкона которой произошло падение потерпевшей. Квартира оказалась съемной, дверь была закрыта, ключей в карманах одежды погибшей обнаружено не было, и пришлось искать и вызывать хозяйку, которая смогла бы открыть замок. Протокол допроса хозяйки квартиры имелся. Из него адвокат узнал, что «у Кати появились деньги в последнее время, причем явно немалые. Когда я в последний раз приходила за квартплатой, Катя выразила желание заплатить за год вперед. Я удивилась, откуда у нее деньги, а она сказала, что получила наследство. Я согласилась принять оплату, и она достала деньги и отдала мне. Деньги хранились в диванном ящике для постельного белья, большой пакет. Я еще обратила внимание, что из магазина «Перекресток». Катя его развернула, достала пачку пятитысячных и отсчитала мне. Я ей сказала, чтобы не валяла дурака и не хранила такие деньги в квартире, посоветовала отнести их в банк и положить на счет. Но она только рассмеялась и рукой махнула, сказала, мол, ей они душу греют, она на них каждый день смотрит и считает». Судя по адресу, сама хозяйка квартиры живет в этом же доме, но в другом подъезде, поэтому нашли ее быстро, еще до того, как задержали Наталью Аверкину. А вот денег в квартире погибшей не обнаружили.
Два протокола допроса Ленара. В первый раз его допрашивал какой-то оперуполномоченный старший лейтенант Шведов сразу после задержания Натальи. Адвокат сличил время, проставленное на протоколах допросов Натальи и Ленара, и понял, что их допрашивали одновременно, Аверкину – дежурный следователь, Ленара – опер. Посмотрел отдельное поручение следователя Шведову – есть. Жаль, а то можно было бы прицепиться… Показания Ленара полностью сходятся с показаниями Наташи. Во второй раз Габитова допрашивала уже сама Рыженко, принявшая дело к своему производству в понедельник, о чем, к сожалению, имелся соответствующий документ. Значит, и тут ничего не выловишь полезного для дискредитации результатов следствия.
– Надежда Игоревна, я не усматриваю разногласий в показаниях Аверкиной и Габитова, – осторожно произнес Кирган. – Они говорят в точности одно и то же, какие у вас основания им не верить? Если бы Габитов лгал, чтобы составить алиби Наташе, то непременно были бы расхождения, уж вам ли не знать.
– А они хорошо подготовились, – не глядя на него, ответила Рыженко и добавила, не скрывая сарказма: – Вам ли не знать? Когда речь идет о таких суммах, люди имеют обыкновение как следует готовиться.
Виталий нашел протокол обыска квартиры Натальи Аверкиной: деньги были обнаружены в ящике туалетного столика все в том же пакете из «Перекрестка».
Протокол изъятия одежды, в которой Аверкина была в момент задержания. Протоколы опознания одежды свидетелями: им были предъявлены «три куртки женские зимние красного цвета», и они единодушно указали именно на куртку, принадлежавшую подследственной. Протоколы опознания самой Натальи Аверкиной, в которой свидетели без колебаний признали человека, стоявшего на балконе вместе с погибшей и столкнувшего ее. Н-да, дело, похоже, совсем тухлое. Все доказательства против его подзащитной.
Кирган поднял голову и увидел, что Надежда Игоревна Рыженко больше не смотрит в свои документы. Теперь она смотрела на него, смотрела холодно и пристально, и в глазах ее были презрение и отвращение. Он на мгновение смешался от этого ледяного взгляда, но быстро взял себя в руки и спросил:
– Вам не кажется, что если бы Аверкина была виновна, то не отправилась бы с любовником разгуливать по городу и потом не явилась бы домой как ни в чем не бывало, да еще в той же одежде, в которой совершила убийство? Уж наверное, она бы предприняла какие-то меры, чтобы скрыть улики. Или сама уехала бы, или переоделась, или позаботилась об убедительном алиби. А получается, что она вела себя как полная дура.
– А она дура и есть, – пожала плечами Рыженко, не переставая пристально смотреть на него. – Вы же ее видели, неужели сразу не поняли? Вот познакомитесь с ней поближе – и сами убедитесь. У нее мозгов меньше, чем у курицы.
Судя по имеющимся материалам, в момент задержания у Аверкиной сразу же изъяли ключи от квартиры, открыли ее и провели обыск в присутствии хозяйки, при этом предложили добровольно выдать имеющиеся денежные средства. Аверкина, наверное, была совершенно растеряна, потому что сразу сказала: деньги храню в ящике туалетного столика, и показала, в каком именно. Как раз там и нашли похищенные у сестры деньги в пакете из магазина «Перекресток», причем Аверкина заявила, что не знает, откуда они там появились. Там же лежали в конвертике и семь тысяч рублей собственных накоплений Аверкиной, а также документы, из которых следовало, что у Натальи Аверкиной существует счет в одном из московских банков, на который она то и дело вносит от пяти до пятнадцати тысяч рублей. Итоговая общая сумма счета не так уж велика, видно, Наталья не только вносила деньги, но и снимала.
– То есть получается, – продолжал Виталий, – что Аверкина убила сестру, украла ее деньги, принесла домой, положила в незапирающийся ящик к своим собственным деньгам и ушла гулять с любовником. Вам не кажется, что это более чем странное поведение для убийцы, который совершил преступление из-за денег? Уж наверное, она должна была бы спрятать их подальше, а не держать у себя дома.
– Я вам уже ответила – она недалекого ума, чтобы не сказать грубее. Сами увидите. Они с любовником все проговорили насчет алиби, вызубрили наизусть и решили, что этого вполне достаточно.
И снова ему стало зябко от ее неподвижных глаз. Ну что ж, имеет право. Во всяком случае, основания не любить адвоката Киргана у Рыженко есть, он и спорить не станет.
Протокол допроса матери сестер Аверкиных, прибывшей в Москву из небольшого городка после сообщения о гибели одной из дочерей. Об отношениях между дочерьми ничего интересного рассказать не может, она давно уже не живет с девочками, вышла замуж и уехала из Москвы десять лет назад, но, насколько она может судить, конфликтов между Катей и Наташей никогда не было. Хотя она не очень в курсе, потому что общалась с дочерьми крайне мало и нерегулярно.
– Надежда Игоревна, – Кирган решил не обращать внимания на пристальный неподвижный взгляд следователя и работать как ни в чем не бывало, – скажите, пожалуйста, что собой представляет мать Аверкиной? Она была на свидании?
