— Не понял, зачем?
— Что зачем? — чуть удивился Намди, — Я же говорю, что командор Хорас хочет перестраховаться…
Ангел же ответила:
«Да увидела тут у тебя в памяти, с твоей Земли. Вдруг паутина вылетит?»
Стихии окончательно проснулись, и я выпустил сканер. И сразу же обнаружил — под нами рыли подкоп. Пещеры пауков шли чуть в стороне, но прорва мелочи усиленно грызла твёрдую породу, пытаясь прокопаться к нам.
— Нам надо уходить, — сказал я.
— Знаю, — кивнул Намди, — Поэтому и жду, когда ты уже займёшься делом.
Глава 13. Двойная игра
Потратив ещё пару минут на восстановление, я попробовал оценить ситуацию.
Если бежать к холму, придётся делать это по паутине, под которой полно этих ползучих. В какой момент серебристая ткань порвётся, неизвестно. Но если в неё упасть, можно уже не мечтать о магии: помнится, она высасывает силу не хуже колючек.
Тем более, ткань создаёт помехи для сканера. И где точно находятся ловушки с подкопами, я точно определить не могу. Так можно и вниз свалиться.
Впрочем…
Я перепробовал, стараясь сильно не напрягаться, разные заклинания. Прострел камнями бесполезен, покрывало почти не теряло целостность.
Дорожка из тупых пик? Вытянуть и пробежаться по ним?
Боюсь, что не смогу контролировать их высоту и местоположение, ещё не такой мастер. Я-то, может, и добегу, но надо бы подумать о Намди.
«Ты прав. В тебе стало слишком много милосердия», — проворчала Хали.
Я усмехнулся. Ну, ещё бы, с ангелом-то внутри.
А вот «земная волна» должна сработать. Паучье покрывало протянулось не до самых холмов, а до ближайших оврагов. В принципе, тут метров пятьдесят.
Около трех заклинаний, и я пробью проход. Человечья мера от такого не упадёт, у меня ещё останутся силы добежать до холмов.
А может, даже хватит сил на четвёртое заклинание. Надо бы закончить то, ради чего пришёл…
Я прищурился, глядя на слепящее солнце. Однозначно, днём самое оптимальное время пробираться на разведку в Паучьи Овраги. Странно, что отряды посылают ночью.
— А где матка мёртвая? — спросил я.
«О, нет, Марк, неужели рискнёшь?»
Из любой ситуации надо извлекать выгоду. А то какого хрена я сюда припёрся? Просто, чтобы погибнуть?
Намди указал направление.
— Была там. Но это же Инфериор…
Я посмотрел на ровный ковёр паутины. Твою ж меру, времени прошло слишком много, тело уже исчезло.
Впрочем, к тому месту, куда указал Намди, под покрывалом двигалась цепочка мелких пауков. Туда, и обратно.
Может ли быть так, что после смерти паучихи и исчезновения тела остались яйца?
— Ладно, Намди, — сказал я, — Мне надо попробовать достать яйцо…
Зверь промолчал, лишь посмотрел на меня странным взглядом. У меня кольнуло чувство опасности.
— Не понимаю, — честно признался я.
— Я не просто так шпионю в войске Жёлтого приора, — покачал головой Намди, — Не могу тебе позволить этого сделать.
Тут мне стало ясно, что в задачи этого Безликого наверняка входили и мелкие диверсии.
— То есть, неудача каждого отряда ещё и на твоей совести?
Намди пожал плечами.
Я знал, что один на один у него нет шансов. Может быть, у него и есть какие-нибудь приёмы, но бой всё равно закончится моей победой. Вот только убивать хладнокровного молчуна мне уже не хотелось.
— У меня план, — попытался поспорить я, — Достану яйцо, оракул как-нибудь отблагодарит. Мне нужно к Жёлтому приору. А Шараза обещала ещё и к брату отвести…
Я осёкся. У меня же теперь есть хороший шанс добраться до этого Хораса. Уж Намди-то в этом поможет.
— Оракул просто убьёт тебя, — покачал головой Безликий, — Ты плохо знаешь эту стерву. Если какой-то зверь решит забрать себе часть славы, она с ним расправится.
— Не жалует зверей?
— Ненавидит. Считает нахлебниками, незаслуженно получившими свободу.
Намди замолчал.
А мне было бы интересно послушать. Получается, со стороны людей тоже есть эдакий расизм в отношении второй меры. Некоторые хотят видеть вокруг только рабов.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Пауза затягивалась, и тогда я спросил:
— Ты отведёшь меня к своему Хорасу?
Зверь с готовность отозвался:
— А вот достать яд можно, — он кивнул, — Тогда мы вместе с Шаразой поедем в Каудград. Там я устрою тебе встречу.
Ясно. Разрушать надёжную легенду Безликому не хотелось, уж очень удачно он вписался в армию здешнего командора.
* * *
Сказано — сделано.
Я настроился на прорыв, в то время как Намди пообещал подцепить хоть одного мелкого членистоного. Он даже показал мне стрелу с цепким наконечником.
Откуда он их доставал, если колчан у него давно опустел?
«Попробуй добавь огня», — посоветовала Хали.
Закрутить спираль энергии в теле, добавив туда ещё и пламя ярости. А потом воображаемым копьём рубануть по земле…
Хали была права. Вместе с деформацией земли вперёд пронеслась волна пламени, вычищая всё вперёд на десяток метров. Пламя было невысоким, но паутина с мелочью под ней горели хорошо.
Мы сразу побежали по образовавшейся просеке. Из-под тлеющих обрывков паутины в нашу сторону свиристели обозлённые и обожжённые твари, они высовывали лапы, но солнце и горячая земля отпугивали их.
Пока бегу, новый набор энергии. Спираль закручивается, поджигаем её — и рубим!
Ещё на десяток с лишним метров дорога открыта.
Намди пыхтит позади, подняв лук наизготовку. В нос бьёт запахом палёной шерсти и…. резины? Это что, паутина так пахнет? Или пауки?
Снова набираю энергию.
Ещё удар.
Чувствую, как усталость бьёт по мозгам. Всё-таки, я мало сил подкопил после ночной потасовки. Хватит меня ещё на одно заклинание?
Нам приходится прыгать — земная волна раздробила подкопанную ловушку, и тонкий пол обвалился. Я мельком смотрю, как внизу в яме блестят сотни глаз, из мельтешащей мохнатой массы тянутся лапки и отдёргиваются от солнечных лучей.
Даже мне, человеку четвёртому персту, страшно падать в этот живой ковёр из пауков.
Набираю энергию для четвёртой волны. Нет, не смогу. Упаду.
«И у меня не хватит для тебя сил, Марк…»
Я рычу, а потом кричу Намди:
— На спину!
Протягиваю ему руку, удивлённый зверь всё же цепляется за мои плечи.
И последние десять метров я бегу по белому ковру. Паутина сразу же цепляется за сапоги, липнет, где-то под ступнями смачно хрустят мелкие везунчики.
Я вливаю остатки силы в скорость, но продолжаю вязнуть… не выдерживаю, падаю, кувыркаюсь. Наматываю белую, липкую…
Всё в паутине, я пытаюсь выбраться, разорвать её ладонями. Кажется, сейчас начну паниковать.
«МАРК!» — голос Хали грохнул в мозгах.
Я сразу же прислушался. Замер. Не похоже, что меня сейчас утащат полчища пауков.
«Успокойся. Ты выбрался.»
Не спеша я разорвал паутину и выбрался из того свёртка, в который меня накрутило при падении. Рядом мелькнуло мохнатое тело: мелкий паук прыгнул, метя прямо в лицо.
Я перехватил его на излёте и просто ладонью вбил в землю. Тварь трепыхнулась и затихла.
Намди рядом медленно ворочался, тоже запутавшись в паутине.
Мы с ним свалились у самого края белого покрывала, успели обмотаться, но по инерции укатились уже на твёрдую землю.
Впрочем, свёрток с Намди внутри вдруг с шорохом стал двигаться обратно. Тонкие крепкие нити, за которые пауки подтягивали его, блестели в лучах солнца.
Я сразу подорвался, оборвал паутину, и стал вытаскивать зверя. Он был весь посиневший, и едва-едва смог вдохнуть, когда я его извлёк из ловушки.
— Холодно, — он упал на землю, стал откашливаться, — Именно паутину я и боялся.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я кивнул. Да, помню, тогда возле Шмелиного Леса меня тоже…
Постой!
Обрывки кокона, из которого мне только что пришлось выбраться, трепыхались на камнях. Я задумчиво смотрел на них: а ведь ничего не почувствовал.
