вернуться к тому, как все было».
«Я не уверен, что это возможно, если ты имеешь в виду до Дженнифер».
«Да. И ты можешь быть удивлен тем, чего хочет Дженнифер. Мы с ней разговаривали. Она скажет тебе. И я думаю, что она честна, но ты должен судить сам».
«Ты должна знать, что я не верю в возможность длительных романтических отношений с тобой ни сейчас, ни в будущем. Тебя устроит быть моим другом и заниматься сексом время от времени? Чего ты хочешь от жизни? Наверняка большего!»
«Хочу. Но это далеко в будущем. Я хочу поступить в колледж. Тогда я буду готова остепениться. А пока я хочу веселиться. Я хочу, чтобы ты был частью этого. Я знаю, что мы не станем парой сейчас, возможно, никогда, как ты говоришь. Я могу найти такого человека в колледже, могу найти его после колледжа, но до тех пор я просто хочу веселиться».
«А если я не буду заинтересован? Или Дженнифер не захочет со мной делиться? Ее предложение поделиться может быть одноразовым. Даже если это не так, может быть, я хочу быть с ней эксклюзивным».
«Ты? Я в это не верю».
«Поверь. Если это то, что нужно, чтобы исправить мои отношения с Дженнифер, я сделаю это. И я буду счастлив это сделать».
«Нет, не будешь. Ты будешь несчастен. И в конце концов произойдет что-то, что заставит тебя нарушить это обещание, и тогда всякая возможность отношений с Дженнифер исчезнет. Так же, как у нас с Питом. Не обещай того, что не сможешь выполнить».
«Я думаю, я смогу его сдержать».
«Не обманывай себя! Ты не сможешь. Я знаю тебя достаточно хорошо, и ты знаешь, что я знаю тебя. Позволь спросить, ты бы перестал встречаться с Бетани, если бы это было необходимо?»
«Да. И с Джойс. И с Анной. И Мэри, хотя между нами все кончено, по крайней мере, пока. Я уже расстался с Бекки, чтобы расчистить путь».
«Я думаю, ты пострадаешь, если ты это сделаешь, и пострадает Дженнифер. Раньше ты слушал меня!»
«Слушал, — прорычал я, — пока ты не смогла сдержать свое чертово сексуальное влечение, разбила сердце Питу и нарушила его доверие! А потом пыталась обвинить меня в этом и разрушила наши отношения. Какого черта я должен слушать тебя снова? Ты солгала Питу. Ты лгала мне. Нет, я не думаю, что буду слушать. Не сейчас. Пока ты не заслужишь мое доверие!»
Она разрыдалась. Я был резок, и я знал это, но мне нужно было достучаться до нее. Я позволил ей выплакаться. Через несколько минут она взяла себя в руки.
«Мне жаль. Мне правда жаль!» — умоляла она между всхлипами, — «Я сделала все то, о чем ты говорил. Я хочу их исправить. Очень, очень хочу! Ты можешь простить меня и дать мне шанс?».
«Да. Абсолютно, никогда не было никаких сомнений, что у тебя есть шанс. Но ведь не я теперь настоящая проблема, правда?»
«Нет.»
«Позвони Питу. Признайся четко и открыто, что ты сделала, что ты нарушила его доверие, что ты солгала. И посмотри, отреагирует ли он положительно. Может, и нет. Но, опять же, может. Это может занять время, но пока ты не придешь к нему, не признаешься во всем и не возьмешь на себя ответственность, у нас нет шансов все исправить. И мне будет сложнее доверять тебе».
«Но я уже говорила с ним!»
«Да, ты рассказала ему о том, что сделала, и, вероятно, попросила прощения. Но сказала ли ты это так, чтобы он тебе поверил?».
«Нет, наверное, не сказала».
«Тогда сделай это. Если ты сможешь это сделать, тогда мы сможем восстановить наши отношения. Я хочу иметь возможность доверять тебе, Мелани».
«Я тоже хочу, чтобы ты мне доверял. Мне нравилось то, что у нас было, даже после Дженнифер. Я приму это, если это все, что я могу получить. ОК?»
«Мелани, примирись с Питом, даже если ты не сможешь исправить отношения. Я сделал это с Бекки. Мы расстались на очень хороших условиях, несмотря на обстоятельства. Попробуй сделать то же самое с Питом».
«Смогу», — ответила она с решимостью. «Спасибо, что поговорил со мной начистоту».
«Это меньшее, что я мог бы сделать. Ты делаешь это для меня!»
Я проводил ее до двери, обнял и смотрел, как она уезжает. Я пошел писать в свой дневник, ожидая звонка Анны. Он поступил около 21:00. Ее сестра не была заинтересована в двойном свидании прямо сейчас. Я сказал Анне, что мне очень жаль, и я посмотрю, что еще можно придумать. Она восприняла это довольно хорошо. Я надеялся, что смогу дать чувствам увянуть из-за расстояния и отсутствия возможности встречаться. В конечном счете, это было к лучшему.
Я позвонил Питу и сказал ему, что Джина еще не готова идти на свидание. Он отнесся к этому спокойно и попросил меня иметь его в виду. Он сказал, что пригласил кого-то на субботу, и я пожелал ему удачи.
Я закончил писать в своем дневнике и читал еще пару часов, прежде чем лечь спать. Ночью я снова спал спокойно, мне снилась моя дружба с Биргит.
После обычной утренней рутины в четверг я отправился на прием к доктору Мерсер. Мы поговорили о моих проблемах с гневом, и я сказал ей, что говорил о них с большинством людей. Я чувствовал себя лучше. У меня все еще болело сердце, но мне не снились кошмары. Она сказала, что рада моему прогрессу, но предупредила, чтобы я не удивлялся, если что-то ни с того ни с сего вызовет эмоции.
Я попросил рассказать о Бетани и о своих опасениях, что она может понять все неправильно. Я не был заинтересован в каких-либо долгосрочных постоянных обязательствах и беспокоился, что даже простое свидание с Бетани может быть воспринято неправильно.
«Я думаю, что все в порядке», — сказала доктор Мерсер. «Это очень похоже на то, чего она хочет. Это часть ее желания быть нормальной. По какой-то причине она чувствует себя в безопасности с тобой. Она рассказала мне, что ты дал ей знать о других девушках, с которыми встречался, и что ты был сексуально опытным и активным. Я рада, что ты был честен с ней. Но я все же хочу спросить тебя об этом».
«Конечно».
«Похоже, в твоей жизни было много, и я имею в виду МНОГО, девушек. Ты довольно молод, чтобы быть связанным с
