таким количеством девушек. И это меня беспокоит. И ради тебя, и ради Бетани».
«Ну, все немного изменилось. Мы с Бекки прекратили наши отношения. Это было по взаимному согласию, и мы расстались на хороших условиях. С парой других девушек я просто позволю отношениям увянуть. Настоящий конфликт, если хотите, возникнет между Дженнифер и Бетани, если Бетани захочет долгосрочных отношений».
«А ваши отношения с Дженнифер, судя по тому, что я прочитала в вашем дневнике, находятся в подвешенном состоянии».
«Да, как и с Биргит, у нас с Дженнифер есть связь. Как и Биргит, мы знаем, что мы слишком молоды, чтобы брать на себя какие-то обязательства. Мы будем жить день за днем и посмотрим, как все сложится. Мы оба знаем, что быть полностью эксклюзивными и пытаться оставаться таковыми в течение десяти лет, прежде чем мы сможем пожениться, вероятно, не получится. Это особенно верно, потому что я хочу быть студентом по обмену в следующем году, как вы знаете, и потому что мы можем оказаться в разных колледжах».
«В этом есть смысл. Это тоже довольно зрело. Но я боюсь, что по мере продвижения вперед ты столкнешься с новыми проблемами. Это все часть взросления. Если ты не будешь очень осторожен, то можешь навлечь на себя серьезные эмоциональные и душевные страдания».
«Я знаю об этом, доктор. Так было со мной и Бекки. Я стараюсь извлекать уроки, но, наверное, это не всегда получается».
«Это часть жизни. Моя с тобой цель здесь — научить тебя стратегиям как справляться с эмоциональной болью. Это моя работа».
«Так что насчет Бетани, доктор? Что вы посоветуете?»
«Просто будь ее другом. Делай все медленно и по одному шагу за раз. Если родители одобрят, своди ее на свидание».
«А поцелуй на ночь?»
«Если она захочет, то да. Но постарайся быть уверенным».
«Вы знаете, чего она хочет от меня?».
«Она сама должна тебе сказать. Я не могу сказать тебе, что она сказала мне. Просто прислушайся к моему совету быть с ней очень осторожным».
«Доктор, расскажите мне об изнасиловании».
«Это акт насилия, контроля и доминирования. По сути, мужчина использует свой пенис как оружие, чтобы причинить боль женщине. Это очень упрощенно, но я думаю, что этого достаточно, чтобы ответить на вопрос, который ты задал».
«И какой вопрос я действительно задал?»
«Было ли то, что случилось с Бетани, «сексом» в том смысле, как, я думаю, ты это определяешь. Ответ — абсолютно нет. И это правильный вопрос. По крайней мере, для тебя. Пока что».
«Спасибо, доктор».
Остаток дня был типичным. После ужина Стефани упомянула, что Вики звонила ей и хотела снова остаться на ночь. Я согласился, но никаких обещаний. Я подумаю об этом. Конечно, я знал, что сделаю это, и Стефани тоже. Я был слишком предсказуем.
Я установил шахматную доску на столе на веранде и стал ждать Дженнифер. Она появилась около 19:00, и мы сели играть, хотя я не ожидал очень хорошей игры, потому что мы действительно были здесь, чтобы поговорить.
«Дженнифер, теперь, когда я решил вопрос с Бекки, нам нужно выяснить наши отношения. Я знаю, что мы уже говорили об этом раньше. У меня было время подумать, и у тебя тоже. У меня нет условий, нет требований, нет необсуждаемых пунктов. Все лежит на столе. Ты можешь сказать мне, чего ты хочешь?»
«Кроме хорошего траха?» — хихикнула она.
«Да, кроме этого!» — простонал я.
«Все начинается с того, что я люблю тебя. В конечном счете, это все, чего я хочу. Любить тебя. И чтобы ты любил меня в ответ».
«Это именно то, чего я тоже хочу. Но на что это похоже?»
«Я не знаю. Во всяком случае, пока. Как далеко ты просишь меня заглянуть вперед?»
«Так далеко, как ты хочешь».
«Я вижу реальную возможность того, что ты — моя половинка; что когда-нибудь мы поженимся, у нас будут дети и внуки. Ты видишь такую возможность?»
«Да. Я видел это с Биргит. Но знаешь что, я видел это и с тобой, даже когда у меня была Биргит. Будущее так неопределенно. Смерть Биргит ясно дала мне это понять. Все эти планы исчезли во время шторма в Швеции и грозы одновременно здесь».
«Боже мой, точно! В тот день была ужасная гроза».
«В то же самое время, Дженнифер. В то же самое проклятое время. Ты знаешь, что в тот день, когда мы с ней занимались любовью, была гроза?»
«Нет, не знала. Вот это да!»
«Вот так, жизнь совершенно неопределенна. Мы можем строить все планы в мире, но это может ничего не значить. Я помню евангельскую историю о человеке, который строит грандиозные планы, а ему говорят, что он дурак, потому что его жизнь востребована от него в ту же ночь после того, как он построил все планы. Вот что случилось с Биргит. Так что да, Дженнифер, я могу видеть эти вещи, но произойдут ли они? Кто знает?»
«Что я хочу, так это шанс, чтобы они произошли. Просто шанс. Если мы любим друг друга, мы сможем пройти через все».
«Ну, любовь, а также честность и доверие. Я видел, что недостаток честности и нарушение доверия могут сделать с Мелани. Вчера мы с ней долго разговаривали, и я сказал ей, что она должна загладить свою вину перед Питом, даже если это не поможет им снова быть вместе. И что мы с ней никогда не сможем построить доверие, пока она этого не сделает».
«Я вижу это, да».
«Подумай о доверии, которое у нас с ней было раньше. Доверие, достаточное для того, чтобы я занимался с ней аналом. А это кое-что, да значит. Я пока ничего от нее не слышал, поэтому не знаю, сделала ли она это».
«Она сделала. Она звонила ему вчера вечером. Очевидно, она сделала то, что ты сказал. Выложила все на стол и взяла на себя ответственность. Пит сказал ей, что будет поддерживать связь, но сейчас он не может быть с ней. Он был слишком сильно ранен».
«Обида проходит перед лицом честности и правды. Так было со мной и Бекки. Я не могу поверить, что мы расстались на таких хороших условиях. Я возможно увижусь с ней один раз перед отъездом. Она попросила об этом, и я думаю, что это безопасно. Ну, до определенного момента».
«До определенного момента?»
«Да, она попросила повторить выступление, так сказать».
«И что ты ответил?»
«Я сказал
