Глава 33
Танзани, когда он остался наедине с Володей, ругался долго и со вкусом, но ругаться, когда твой собеседник никак не реагирует скучно, неинтересно и надоедает. Надоело и графу. Он замолк и задумался.
— Я чего-то не понимаю? Есть что-то, что я упустил? Как иначе объяснить твою идиотскую выходку? — наедине без церемоний, а граф довольно недвусмысленно дал понять охранникам что с ними будет, если их кто-то потревожит пока идёт, как он выразился, беседа.
Володя вздохнул.
— Я долго думал, как лучше всего выйти из возникшей ситуации. Поверь, моё решение не порыв, а результат долгих размышлений.
— Вызов на поединок Игранда? Остроумно.
— Как думаешь, какие у меня шансы?
Граф открыл рот, закрыл и задумался.
— Игранд начал тренироваться раньше тебя… у него больше опыта… хотя… мы с тобой тренировались почти каждый день… И у тебя намного лучше школа. Тебя учил настоящий мастер — это чувствуется. Пожалуй я бы поставил на тебя.
— Есть ещё кое-что. Условия поединка. Проиграет Игранд или победит, но он сдаётся королевскому правосудию. Единственная разница — если он победит — спасёт остальных, тех, кто пошёл за ним. В последнее время я старался узнать как можно больше о нём… Игранд очень похож на отца. Для него существует только его «Я», его представление о чести. Из-за своих понятий о ней герцог Торенды поднял мятеж, не думая, как он отразится на других, что он подставляет своих вассалов, семью. Его «Я» перевесило всё остальное. Игранд такой же, но он, кроме всего прочего, ещё и молод…
— Хм…
— Да-да, он мой ровесник… всё верно. Но у него не было той школы жизни, через которую пришлось пройти мне. Поверьте, граф, на улице очень быстро расстаёшься со многими иллюзиями и очень быстро взрослеешь.
— Я заметил.
— Вот именно. А Игранд… у него нет мотива бороться. Он проигрывает по любому, а сражаться за других он не будет. Не то, что он эгоист, просто это выше его… не знаю как сказать…
— Я понял. Ты хочешь сказать, что по его представлению вассалы должны погибать за сюзерена, но никак не наоборот.
— Верно. Это не тот повод, который может его вдохновить на бой. За себя он бы ещё сражался, но чтобы спасти доверившихся ему людей… нет, не будет.
— Ладно, уговорил, шансы у тебя в поединки действительно очень велики. Но зачем??? Зачем, вот я чего не понимаю?
— Из-за герцога Нарского. Он уверен, что это я отдал приказ об уничтожении всех в замке графа Иртинского.
— Какая связь?
— Я могу смириться с тем, что так уверены все вокруг, но герцог пользуется славой честного человека и благородного рыцаря.
— Заслужено.
— Тем более. Мне важно его отношение ко мне, только тогда я смогу быть уверен, что вторжение не повторится. Оправдываться бессмысленно — надо делами показать. Если мне удастся спасти его честь — он будет мне благодарен. Поединок — самый рыцарский поступок в разрешении таких конфликтов на взгляд Нарского.
— О-о-о… Ты и об этом узнал.
— Да, я попросил выяснить всё, что касалось герцога. Был там и такой эпизод, когда он пытался поединком решить один спор с соседом.
— Думаешь тут он будет в восторге?
— Думаю, ему мой вызов понравился. И он действительно решает все его проблемы.
— Но Игранд даже в случае победы сдаётся на суд короля Артона…
— Зато спасает всех своих вассалов. Борьба не за себя, а за своих людей.
— Погибший парламентёр?
Володя помрачнел.
— Мне было непросто дать Игранду возможность уйти с честью. Очень непросто, но… Граф, у меня на руках остаётся семья герцога. Они и так меня мягко говоря не любят, а если рядом с отцом и мужем на плаху ляжет ещё брат и сын, то… Отомстить за смерть парламентёра хорошо, но тогда мне придётся убить и семью герцога. Я не готов платить такую цену за победу. Думаю, дать Игранду возможность умереть с честью за своих людей — самый правильный выбор.
— Это тоже создаст проблемы в будущем в виде легенд о благородном рыцаре…
— …погибшем на поединке.
— Который ещё надо выиграть.
— Я выиграю.
Граф удивлённо вскинулся.
— Так уверен?
— Да. Мне есть за что сражаться и есть ради кого жить.
— При всей твоей силе — поединок есть поединок и там возможны разные неожиданности… даже нечестная игра Игранда.
— Я прекрасно всё понимаю.
— Делай что хочешь, — граф раздражённо махнул рукой и вышел из шатра. В общем-то ему уже давно надо было быть у противника договариваться о будущем поединке, но решил сначала вправить мозги князю.
Сам поединок начался через три часа на специально выбранной поляне в стороне как от позиций локхерцев, так и от позиций корвийцев. От каждой стороны выделялось равное число наблюдателей и секундантов числом по шесть. Условия поединка, которые выдвинул Игранд — пешими без доспехов мечами, тут Володя всё правильно просчитал. В их возрасте работать с коней копьями гиблое дело — ни Игранд, ни тем более Володя копьё просто не удержат. Точнее удержать удержат, но вот воевать с ним… ничего кроме смеха у рыцарей это не вызовет. Что касается доспехов, то Игранд считает себя мастером фехтования мечом, а узнать что-либо о своём противнике он не удосужился — ну понятно, зачем настоящему герцогу что-то знать о каком-то выскочке? Володя был менее привередлив и собрал максимально возможную информацию. Потому ему и удалось почти полностью предсказать реакцию и поступки Игранда.
— Ты ведь предвидел это? — поинтересовался Танзани, когда сообщал об условиях поединка.
Володя пожал плечами.
— Он считает себя хорошим фехтовальщиком. Доспехи же… думаю Раймонд что-то сообщил ему о моих — он имел возможность оценить их качество. К тому же полностью показать своё мастерство Игранд сможет именно без доспехов.
— Как раз тебе в плюс. Твоё оружие — скорость. Я тебя побеждаю только за счёт опыта, но у тебя всё чаще и чаще получается удивить меня. А я лучший фехтовальщик королевства. Хотел бы я пообщаться с твоим учителем.
Со стороны Володи присутствовал граф Танзани — распорядитель со стороны князя, Джером, Лигур, Арвид и ещё двое благородных. От корвийцев был лично герцог Нарский и его ближайшие помощники. Раймонда среди них не было. Игранд стоял чуть в стороне, понурый и крайне недовольный. Володя всё то время, пока стоял, готовясь к схватке, не спускал с него глаз.
— Ты готов? — подошёл Танзани.
Володя посмотрел на небо, помолчал…
— А знаешь, мне сегодня исполнилось пятнадцать…
— Что? — граф поперхнулся.
— Сегодня у меня день рождения. — Володя расстегнул накидку и скинул её прямо на землю, проверил как выходят мечи. В этот момент подул ветер, раздув словно парус рубашку — доспехи Володя снял ещё в лагере.
— Что ж ты молчал?
— Отвык уже. Даже забыл, признаться. — Володя шагнул вперёд. Игранд тоже.
Они встретились на середине поляне и минуты две стояли напротив друг друга, словно пытаясь запомнить этот момент. Игранд заметно нервничал, а Володя был совершенно спокоен. Как обычно в минуты опасности все эмоции ушли, никаких чувств, ничего…
— Это всё из-за тебя! — вдруг выдохнул Игранд. — Из-за тебя, выскочка!!! Всё из-за тебя!!!
Володя даже не шелохнулся, слушая сыплющиеся оскорбления. Шагнул назад, вытащил мечи вместе с ножнами, секунду подумал и откинул их в стороны, не в противника. Игранд разом замолк и тоже отпрыгнул, на лице откровенный страх, кажется не привык видеть такое нечеловеческое спокойствие в ком-то.
Что-то заорав, Игранд бросился в бой, стараясь сокрушить натиском, ошеломить, заставить совершить противника ошибку. Володя действовал расчётливо и спокойно — шаг назад и в сторону, одним мечом отвести удар, вторым выпад, заставляющий врага отшатнуться и сбиться с ритма, тут же выпад правым, левый отводит удар, мечи меняются… Игранд выхватил кинжал и теперь помогает им.
— Двуручник, — прошипел он. — Хочешь убить меня как убил всех в замке гарфа Иртинского? — Ноль эмоций в ответ. — Да ты человек вообще?!!!
