Может, ты и прав. Но ты уже должен был понять, что волшебники не любят изменений. Любых. Если кто-то вновь попытается вспомнить про идеи Сам-знаешь-кого и призовёт истреблять магглорождённых. Или если кто-то загорится идеей реставрировать Совет волшебников и превратить нашу жизнь в одну сплошную череду дуэлей за каждый свой шаг. Наверняка из этого ничего не выйдет, но кто-то может пострадать в процессе. И я не хочу, чтобы Клэр и Галахад были втянуты в нечто подобное, — неожиданно добавила она. Арчибальд не смог бы сказать, был в её словах простой расчёт, желание не отпускать приглядывающую за сыном и, потенциально, имеющую удачное родство полукровку, или искренняя забота о практически поселившейся у них девочке. Эта ведьма была достаточно непредсказуемой, чтобы проявлять и то, и другое. И похоже, это и было главной идеей, которую она хотела донести. А может, просто делала вид, маскируя за давлением иные вопросы и своё любопытство.
— Вы точно переоцениваете наши способности, — скромно ответил маг. — Всего лишь небольшой клуб по интересам для тех, кому мало школьной программы — это не угроза порядку и не какое-то рисковое предприятие. Мы не затеваем интриг и даже не нарушаем правила, как печально известные «Мародёры». Это всего лишь попытка не отстать от тех, кто заранее имел не слишком честное преимущество. Восстановление справедливости, не более того. Разве наш директор не любит постоянно говорить, что все ученики равны?
— Но некоторые равнее других, — произнесла младшая сестра, но тихо, это даже нельзя было назвать вмешательством в беседу.
— Что ж, рада буду ошибиться. Когда у вас будут собственные дети — поймете, что такое настоящее беспокойство, — наставительно заметила Хелен. — Хотя вам пока ещё рано об этом думать. Аманда, а можешь рассказать мне ещё кое-что?
***
«Проклятье, как я устал…»
Тяжело вздохнув, Арчибальд без малейшего почтения присел на низкий надгробный камень. Огляделся по сторонам, борясь с желанием уснуть прямо здесь. Старое кладбище было тихим и пустым, что неудивительно для двух часов ночи. Звёзды не пробивались сквозь смог и облака, и даже свет редких фонарей тонул в густом тумане. Немного разгоняло мрак тускло-зелёное свечение двух магических кругов, нанесенных на перекрестках небольших аллей. В центре каждого из них мерцали несколько бронзовых накопителей в форме небольших кубов.
Август уже подходил к середине, скоро вновь придётся покинуть Лондон, а потому приходилось большую часть времени и сил тратить на выплату долгов — создание зелий и хлама для преступников, лечение, несколько допросов особенно несговорчивых людей и даже избавление от пары неудобных трупов. Последние, впрочем, пошли в дело, ведь второй актуальной задачей было обеспечение безопасности лаборатории на следующие четыре месяца, а это предполагало и обновление маскирующих заклинаний, и обязательное усиление охраны. Созданные из частей нескольких тел конструкты могли провести на страже несколько месяцев без еды и сна, но нежить требовала подпитки магической энергией, и лучше всего — связанной со смертью. Вот только какой-нибудь крупной войны поблизости нет, где после очередного сражения её можно собрать вдоволь, а выбраться за этим куда-нибудь в Африку или Азию, поближе к очередному локальному конфликту, он не рискнул — для таких экспедиций требуется полноценная вооруженная группа сопровождения, а не один недомаг с ружьём и парой фокусов. Пока же приходится довольствоваться каплями энергии с городских кладбищ. Благо он нашел одно подходящее, расположенное прямо на одной из лей-линий Лондона, и даже так приходилось выбираться сюда каждую ночь уже вторую неделю, чтобы набрать требуемый запас.
Но причина дурного настроения была не в необходимости заниматься подобными ритуалами, а в самом этом месте. Как и любой некромант, да и любой чего-то стоящий маг, Арчибальд не боялся обычных мертвецов и не испытывал пиетета перед местом их упокоения. Однако далеко не каждый некромант сумел пройти через собственную смерть и запомнить это. И когда он смотрел на ряды памятников и надгробий, в голову раз за разом лез, в общем-то, малозначимый вопрос — а как там, в ином мире и ином времени, обошлись с его собственным телом? Зачисткой следов войны Грааля занималась Церковь, так что труп лорда Эль-Меллой, вероятно, по договоренности выдали Ассоциации, а там уже будут решать, как извлечь остатки почти разрушенного магического герба Арчибальдов и что из найденного оставить себе в качестве процентов за услуги, а что — всё-таки отдать Рейнес. Останется ли после всех операций, что похоронить, и не поставят ли девятому наследнику семьи камень над пустой могилой — вопрос открытый. С Солой в каком-то смысле проще — герб семьи она не унаследовала, а её отец и брат в Часовой башне люди далеко не последние, так что тело им, скорее всего, вернут в целости. Насколько это возможно после всего произошедшего, разумеется.
— Я же говорил, тут всю неделю кто-то ставит магглотталкивающие чары, а это неспроста, я уверен, — прозвучал неподалёку незнакомый мужской голос.
— Может быть, тоже кто-то кладбищенскую траву собирает на зелья? — произнёс другой человек, постарше.
— Целую неделю? Да тут бы всё уже было срыто до глины и гробы торчали, — отверг эту идею первый.
Кайнетт тихо выругался, потянувшись к карману плаща. Он в самом деле устанавливал лишь барьер, отводящий внимание обычных людей, чтобы сейчас не тратить силы понапрасну. Однако идея, что сюда явится кто-то из волшебников в поисках ингредиентов для своих зелий, ему даже в голову не приходила. Лин остался у входа на кладбище, вряд ли они прошли мимо него, вероятно, просто аппарировали прямо сюда, за стены. И маскироваться уже поздно, да и за несколько секунд скрыть не только себя, но и магические круги, он уже не успеет. Потому Арчибальд лишь быстро опустошил запасенный пузырёк с отвратительным на вкус зельем, натянул на правую руку перчатку для усиления магии ветра и извлек волшебную палочку, дожидаясь гостей.
— А всё оказалось даже интереснее, чем ты говорил, Юлиус! — воскликнул один из них, появляясь из-за мраморного памятника и восхищённо присвистнул. За первым незнакомцем последовали ещё трое. Все — довольно молодые, но уже потрёпанные жизнью, да и одетые не лучшим образом. Обитатели Лютного, скорее всего, или иные маргиналы волшебного мира. После того, как за них всерьёз взялся аврорат, многие оставили совсем уж нелегальные дела, переключившись на менее опасные заработки. Эти, похоже, взялись за зелья и их компоненты. Но возможности подзаработать упускать не собирались.
— Ага, удачный день, — согласился другой. Судя по голосу,
