способен сделать хоть кого-то из поживших и в немалой степени определённо несколько мудрей, но то, что очень многие возможности, доступные в более юном возрасте, с почтенными годами начинают попросту элементарным образом утрачиваться, такое в общем-то неоспоримо. Одним из признаков фразы хоть о ком-либо — преклонные года, как раз и сводятся к тому, что при общении с подобным человеком от этого общения всем следует вполне резонно ожидать естественных и общих стариковских недостатков. Подобным образом ветшает плоть, и личность, замкнутая в плоти, как будто отражая протекание процесса, как будто тоже превращается лишь в бледный отблеск ранее известной личности. И здесь резонно словно сам собой рождается вопрос — по смерти что же станет отражением того, кто прожил эту жизнь, такой образ, что был, надо полагать, гораздо более заметен-одарён в среде различных окружающих живущих и в возрасте уж точно далеко не стариковском, или подобный дух, в общении на момент смерти обветшавший, как и всё тело обветшало? Да и ещё, ведь сразу очень важно было бы отметить, что, первое — попробуй-ка и сходу, оцени, в каком же возрасте такой когда-то живший и получше получился? Ну, а второе, может где-нибудь по жизни, всё смотрелось и получше, но, а душа-то как? То есть, насколько совершеннее душой такой, что молодой тогда и силой полон, и проворен, чем результат трудов немалых, что всю жизнь прожил, и, по завершении существованья, таким, возможно обветшалым наконец-то помер? С душою, если воплотившийся в обличии, кто помер, перед смертью в церковь обязательно ходил, всё может получиться даже очень правильно, весомо и серьёзно. Духовный Свет, важней такого нет, когда существованию конец, а если плоть на момент кончины обветшала, а вместе с плотью интеллект уж явно не блистал, какой же слепок с личности такой, своё прожившей и скончавшейся, после чего и образу такому возникать, по смерти появиться сможет?
РАННИЙ СТАРЫЙ ТЕКСТ Ну, что ж, знаменуем. Очередное перемещение по пути продвижения к цели сделано. Перемена во взгляде на ситуацию по меньшей мере выглядит достойной того, чтобы быть в обязательном порядке здесь и сейчас надлежащим образом при осмыслении отмеченной. В чём же здесь суть? Если быть точным, совсем недавно ощущал себя только одной ущербной половинкой того, чему, по результату рождения — взросления в лучшем из ранее встречавшихся вариантов полагалось, опираясь на укрепившийся голос сознания, с полным правом и уверенностью возносить молитвы Божественному Началу от одной из двух противоборствующих половин. При этом здесь же можно отметить, что пребывал насколько только возможно вне хоть какого понятия-понимания, что стало с тем, которого подготовили от стороны Света, однако если судить по тому, когда вдруг началась эпилепсия, (по жизни как раз тридцатилетие) на тот момент всё ещё был полностью дееспособен, жив, здоров, и если исходить из того, что полностью повернулись лицом в сторону подготовленного Тьмой и ночью, и от рождения чёрного когда тому уже было заметно за сорок, отказываться от представителя направления, гораздо более склонного к белому не захотели уж воистину до последнего. Держались за такого конкурента столько, сколько только было можно. Но, как приходится судить по тому, что, во всяком случае, на этот раз, Творец, и вдруг решил полномасштабно интересоваться тем, который и от Темноты, с тем, которого подготовили от Света, со всею очевидностью, а всё-таки случилась некая, по всему видно, грандиозная беда. И хотя за того, от Света, а держались уж воистину до самого конца, как получается предполагать, исходя из того, что опять было продемонстрировано желание использовать только одно для всякого такого подходящее телесное творение, (и на этот раз то тело, которое подготовлено от Темноты), с тем, которого подготовили от Света, приключилось по ходу самоусовершенствования что-то определённо очень нехорошее. И пусть за предложенного конкурента, как такое понимаю, всё-таки держались пока только можно было хоть на что-то как-нибудь надеяться, становится понятно, что тому, от Света, с некоторых пор уже не засветиться, не зазвучать, и прояснилось всё, имеется ввиду со всеми всякими, сложившимися где-то далеко не лучшими делами определённо удручающе и скверно, и уж по меньшей мере для момента написания недавно. Во всяком случае, если уже делать выводы из организовавшейся своеобразной ситуации, меж этим мигом приключившегося разочарования и таким временем, когда за всё раскручивание ситуации на этот раз взялись всерьёз, как можно было бы предположить, от силы всего несколько лет минуло-прошло. При этом длительность подобной приключившейся оттяжки прежде всего должна была базироваться на такой идее, что претендента, до того как будто бы забытого и словно похороненного в среднестатистической обыденности обычного человеческого бытия, при возникновении нового существенного интереса, понадобилось ко всему тому, что теперь ждёт, ну хоть немножечко в основе своей подготовить. Притом нельзя сказать, что совершенно, ну, совсем и от рождения не готовили. Судя по всем тем экзотическим пертурбациям, с которыми от момента появленья на свет, и особенно по тому белому пятну на шее, кое-кто обо всём таком, в изрядном и пугающем обилии потом в разное время приключившимся, ещё до появления на свет во многом знал-догадывался. То, что специально подготовленный реальный претендент получился в результате именно такой, в чём-то вне всякого сомненья ущербный и немного порченный, и это после непомерно долгого формирования в утробе матери, и вследствие жизни, и после воздействия медицины, всё это песня, вне сомнения отдельная. Как не крути, но это, к счастью, совершенно не мешало суметь взглянуть свободно и в обыденности просто по особенному на всю сложившуюся в последствии ситуацию, после чего с уверенностью наполниться благими мыслями, что, может, и действительно пришлось таким довольно странным образом оформиться уж точно далеко не в лучший из возможных вариантов, но, с одной стороны, если судить по доходящим до сознанья спорам, другого воплощения у этаких заядлых спорщиков, притом, как от Света, и от Тьмы попросту нет. Ну, а раз таким образом всё повернулось, то, с другой стороны, тем озабоченным представителям, что от стороны Света, что и от стороны Тьмы в самую пору начинать с заметно большим вниманием обращать свой взор в сторону разных слов, какими, и по ходу протекания происходящего, описывается каждая сложившаяся ситуация. После чего, при всём таком незамедлительно, на первый план, насколько только можно более не менее заметно, а начинает проступать основополагающая тонкость, что если в описании идёт разносторонний разговор о том, кого в самую пору называть тем важным и основополагающим, весомым словом Бог, то это означает, что и некие способности
