– Вы полетите, – процедил Мурад. – А мне тут работы… теперь на годы хватит. – Внезапно он улыбнулся, видимо, тоже считал, что зря они так-то вот, сухо… Тоже пытался смягчить обстановку. – Порт-Артур буду возводить.
– Ага, тебе тоже понравилось, – улыбнулся ему Ким, видимо, за последние дни они неплохо спелись.
– Ладно, ребята, с этим покончено, как я понимаю, – Рост неопределенно обвел рукой залив перед собой. – Выкладывайте, зачем я начальству потребовался?
– Понимаешь, Рост, – Ким сразу стал каким-то отчужденным или испуганным даже, – беда у нас. – Помолчал. – Астахова его птерозавр… мертвым на алюминиевый возвратил. Начальство боится, что и других наездников… эти гиганты могут уморить. И никто ничего не понимает. – Снова помолчал. – Даже Зевс, кажется, не понимает. Или мы не умеем его расшифровать. Вот для этого ты и нужен – объяснить, что происходит и почему?
– Астахов? – только и спросил Ростик.
– В этом деле, Рост, очень много непонятного, – Ким взъерошил свои не очень короткие для офицера волосы, в которых неожиданно промелькнула седина. Он посмотрел на друга, глаза его были печальны, даже странно стало, что еще полминуты назад он улыбался. – Не завидую я тебе, ох не завидую.
Откуда-то из-за скал, разом сделавшись очень мощным, вывалился звенящий звук крейсера, который почему-то форсировал свои котлы. А потом Рост увидел, как на воде завоеванного заливчика появилась отчетливая, словно нарисованная тушью, тень. Но она уже направлялась к берегу, крейсер садился, чтобы подобрать их. Вернее, отправить его на новое задание.
Часть III
Мертвый наездник
13
В крейсере Росту отвели самое почетное, как он понял, место, между котлами, но он настоял, чтобы его пустили в башенку. Стрелок и заряжающий, в чем-то неуловимом похожие ребята, вдруг обиделись и ушли куда-то в хвост. За главного пилота сидел, конечно, Ким, а вот вторым пилотом у него оказалась очень скромная на вид девушка с восточным разрезом глаз. Ким потоптался около нее и вдруг представил Росту:
– Ты бы познакомился, это Гуляб. Она теперь со мной летает, детей-то мы пристроили няньке. Ты, кстати, ее знаешь, помнишь у тебя в Пентагоне была такая почтенная матрона из волосатиков, Дутил? Вот она у нас теперь за домоправительницу.
– Дутил… – пришлось Росту напрягать память, и только потом он сообразил, что сделал ошибку. Первой, конечно, следовало признать вот эту самую Гуляб. Ким по ней давно сох, еще когда был жив ее брат, кажется, его звали Рустам, погиб во время одного из разведывательных вылетов в сторону побережья дваров. Ох, и сколько же лет тому назад это было?
Выглядела Гуляб тем не менее довольно молодо, какой была, вероятно, в девицах. И совсем не походила на других пилотов, у которых от физических нагрузок рано или поздно появлялась эдакая тяжеловесность гиревиков.
– Я про вас наслышана, – Гуляб сдержанно улыбнулась.
– Надеюсь, хорошего, – Ростик пожал ее крепенькую от рычагов мозолистую ладошку.
Двух боковых от Гуляб пилотов Ростик не знал, как не знал почти никого из экипажа. Зато загребными на двух котлах крейсера оказались Микрал и Никудышник. Вот они-то Росту понравились, здоровые, спокойные ребята, кажется, даже волосы на лицах стали слегка стричь. Между ними проступало тайное соперничество, Ростик не подозревал, что у бакумуров такое бывает. Хотя отчего же не быть и соперничеству, волосатики вполне освоились в человеческих отношениях, даже некоторые их неблаговидные черты переняли, куда же без этого.
Поднялись вертикально, Рост хотел было посмотреть на фьорд сверху, но Ким сразу ушел подальше от береговой линии, потом повернул на запад-северо-запад. Ростик попросил его, перекрикивая звон крейсерских котлов:
– Ким, ты показал бы мне хотя, как крепость строится?
– Там еще смотреть нечего, – отозвался Ким, – лагерем стоят, в палатках ночуют, и то не всем хватает.
Скорость он развил вполне приличную, даже захотелось развернуть башенку, чтобы в щель для пушек не слишком дуло. К тому же Росту не нравилась одежда, она была великовата, или он похудел в Левиафане, или Киму выдали то, что другим не подошло, как всегда бывает.
Внизу поплыли незнакомые по другим местам Россы едва ли не субтропические джунгли. В них, наверное, было много змей, крокодилов и прочей, невиданной около Боловска живности. Да и лес так плотно стелился, что казалось – плюхнись, ветви и не прогнутся. В лесу дваров можно было на антиграве летать между гигантскими деревьями, а тут… Зеленая броня, иначе не скажешь.
Мимо проскочило сразу четыре грузовых антиграва, они явственно направлялись в Порт-Артур, или в Дальний, в общем, к Мураду. Ким, добрая душа, решил посмотреть, как там его пассажир, бросил рычаги на остальных пилотов, подошел, уселся на приступочку для заряжающего.
– Эти грузовики мы уже дня три ждем, в них… – он оборвал себя, сообразил, что Ростику это, наверное, неинтересно. Хотя послушать, как Боловск взялся за строительство крепости, было нелишним. – Ты не волнуйся, Рост, мы обратно всегда порожняком ходим, быстро долетим.
– Я не волнуюсь, – Ростик улыбнулся ему, всегда-то Ким, когда захочет, умеет быть бестактным. – Может, тогда на корабль в Гринозере взглянем?
– Нет, друже, это крюк более тыщи километров выйдет. А мы напрямик, сразу на завод пойдем.
Так и получилось, Ким пошел напрямик. Причем, насколько Ростик понял, маршрут более трех тысяч километров его не пугал. Он даже не присаживался нигде, чтобы передохнуть, просто передал кому-то из стрелков места за рычагами, дал пилотам прикорнуть на пару часов, а потом опять поднажал. Как менялись загребные, Ростик не заметил, но определенно и там имелась какая-то система, только заведовали ею бакумуры, благо, загребными они были опытными. Среди них оказалось несколько п'токов, но слушали они волосатых спокойно, хотя обычно и не любили, когда ими командовали не люди.
Ростик тоже заснул. Устал, оказывается, пребывать в полудреме, которую ему обеспечивал Левиафан, вот и наслаждался обычным человеческим состоянием благодушного сна. В общем, перелет этот оказался отлаженным, словно часовой механизм, и когда эти ребята так научились? На этот вопрос Роста, коварно улыбаясь, Ким пояснил:
– Только на моем крейсере так заведено. Я же командир отряда всех наших летунов, вот и отобрал себе ребят потолковее. У других не получается, – внезапно он загрустил и даже вздохнул. – Командиров толковых не хватает, потому и Ладу твою пристроили на грузовик. Она же – кремень-девчонка, дай ей волю, поколачивать начнет тех, кто не успевает.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
