офис СКП, Нью-Йорк
Экстренное совещание директората СКП проходило в обстановке, находившейся где-то между истерикой, паникой и высадкой в Нормандии. Причиной стал уже всех доставший Броктон Бей, за какие-то два месяца из тлеющей горячей точки превратившийся в кипящую клоаку, в которую угрозы S-класса слетались как мухи на дерьмо. Разрушения достигли такого уровня, что на высшем уровне было принято тяжелое решение о формировании новой карантинной зоны. Похоже, проклятому городу это не понравилось, и он решил напоследок вдарить как следует.
Казалось, что после отбитой атаки Левиафана в Броктон Бей можно будет вдохнуть новую жизнь. Да, были и разрушения, и жертвы, но было и воодушевление. На схваченные серыми пятнами зацикленного времени куски Губителя мог полюбоваться любой желающий, и одно лишь это внушало оптимизм. Внушало до тех пор, пока эксперты не оценили стоимость восстановления инфраструктуры как «дешевле заново построить с нуля».
После этого разговоры о ликвидации города приобрели серьезный тон, а с момента, когда Бойня №9 была впервые замечена в городе, события начали развиваться стремительно. Внезапная и жестокая атака местных злодеев на офис СКП повлекла за собой крайне… неприятные последствия.
Если бы какой-то герой просто сумел повторить силу Серого Мальчика, это бы еще можно было скрыть и обернуть на пользу. Но сражение с Левиафаном в Броктон Бей прогремело на всю страну, а связи с Гезельшафтом (да такие, что по одному звонку они прислали целую армию кейпов) и неприкрытый антисемитизм Магистерия привели к тому, что против него восстал буквально весь американский истеблишмент. Политики всех рангов, руководители крупных корпораций, информационные агентства, общественные деятели – все в едином порыве требовали крови. Даже всесильная шеф-директор Коста-Браун была вынуждена, в конечном счете, уступить давлению и возобновить приказ на убийство, причем его наградной фонд меньше чем за сутки превысил фонд Бойни №9 вместе взятой за всю историю разом.
Казалось, разрешение проблемы было вопросом времени, но благодаря какому-то Умнику-злодею всплыла новая информация, которая заставила всех носиться как ошпаренных.
Симург. Одного лишь этого слова оказалось достаточно, чтобы устроить среди директората СКП переполох как при пожаре в курятнике. Опасный злодей это неприятно, но привычно, но опасный злодей, подвергнувшийся влиянию Убийцы надежды – это страшно. Хотя бы потому, что его действия предсказаны, как и действия тех, кто способен ему противостоять, а значит огромного ущерба избежать не удастся.
Протекторат начал масштабное развертывание по протоколам угроз S-класса, подключился Триумвират и Дракон со своим старым новым соратником. Про Бойню, находившуюся в том же районе, давно забыли, потому что Остряк хотя и убивал тысячи людей ежегодно, но никогда не делал политических заявлений.
На несколько часов все замерло в напряженном молчании, а потом разразилась настоящая катастрофа.
Не удивительно, что по мере поступления свежих данных. Убиты десятки героев, а с ними три сотни бойцов Национальной Гвардии и полторы тысячи мирных жителей, не успевших эвакуироваться. В городе произошло как минимум два ядерных взрыва неустановленной мощности. И что самое худшее, мертвы Александрия и Легенда. Триумвират де факто прекратил свое существование.
Обычно в критических ситуациях шеф-директор Коста-Браун брала прямое руководство в свои руки, паника стихала, не успев начаться, и громоздкий механизм СКП начинал работать, перемалывая кризис медленно, но последовательно и неотвратимо. Но не в этот раз. Коста-Браун как сквозь землю провалилась, а директора Армстронга, который должен был ее замещать, увезли в реанимацию с сердечным приступом.
Все, кто еще держался, сидели в зале совещаний и с мрачными лицами выслушивали по видеосвязи доклад Дракон.
- …Отступник в критическом состоянии, даже я не могу быть уверена, что он выживет. Я тоже пострадала, но не так тяжело, и в течение суток смогу вернуться в строй. Сейчас я пытаюсь отслеживать перемещения объекта со спутников, но точность оставляет желать лучшего. Он маскирует помехами свою энергетическую сигнатуру, и пока я не могу уверенно им противодействовать.
- Сколько времени вам на это нужно? – директор Вилкинс принялся нервно барабанить пальцами по столу.
- Если отбросить все прочее… в течение суток я смогу изобрести достаточно эффективные меры.
- Слишком долго, - заявил директор Вест. – Умники дают очень плохой прогноз: Одиннадцатый час назвал «девять», у Оценщика «красный», Горб говорит о «катаклизме».
- Черт… - пробормотала Дракон. – Есть еще кое-что важное. Я не вполне уверена, но скорее всего, объект испытал второе событие-триггер. Я не знаю, какие новые способности он приобрел и что утратил, но если проводить параллели с Нарвал…
- То все плохо, - закончил за нее Вилкинс. – И мы уже потеряли двоих из Триумвирата.
- Эйдолон прибудет через пятнадцать минут,- Вест сверился с часами. – Уже через четырнадцать.
- Я не уверена, сэр, что можно позволить Эйдолону вступать в бой. Он наше самое мощное оружие, но если погибнет и он… - Дракон замолкла, будто сама поразилась высказанной ереси. – Я бы советовала собрать больше сил, разработать стратегию с учетом уточненных данных. Объект силен но не неуязвим, мы практически победили его, если бы не… непредвиденное вмешательство.
- Я бы с вами согласился, если бы имели дело не с Технарем. Чем больше времени мы упускаем, тем сильнее он становится.
- Его снаряжение получило серьезные повреждения в бою, а свою мастерскую объект уничтожил собственноручно. Без специфических инструментов и станков он не сможет починить доспех.
- Если только второй триггер не убрал у него это ограничение, - мрачно подытожил Вест. – Дракон, если у вас еще остались в запасе какие-то средства, неважно насколько неконвенционные и неэтичные, самое время пустить их в ход.
- Я не могу сделать этого без одобрения высших органов власти, - отчеканила Технарь.
- Оно у вас будет.
- Хорошо, я проведу приготовления, - Дракон запнулась. – У нас проблемы. Объект засекли на Восточном побережье, видео только что появилось на Youtube. Вывожу на экран.
Изображение Дракон, до этого занимавшее несколько совмещенных мониторов, сместилось в угол, а его место заняло видео, снятое на каком-то мосту. Оператор издавал бессвязные возбужденные возгласы и протискивался через толпу поближе к цели – к плоской серой области, пересекающей дорогу. Потом камера повернулась, и навела фокус на виновника – висящую на небольшой высоте фигуру в потрепанной черной броне. Та несколько секунд сохраняла неподвижность, а потом резко набрала скорость и скрылась вдали.
- Он перегородил мост? Зачем?
- Если предполагать худшее, а в случае с Симург иначе нельзя, то объект собирается нанести непоправимый
